и отправила его на это задание. — Списки запрещенных к ввозу и вывозу товаров недавно расширились, и мы лишь хотели убедиться, что торговцы соблюдают закон.
Лириан понизил голос до низкого, тихого шипения.
— Возможно, в темноте вы не заметили, что это судно идет под флагом Кровавой Луны.
Вперед вышла, поднимая палочку, стройная колдунья с аристократичным акцентом.
— Вы что, пытаетесь нас запугать?
— О, нет. Я пытаюсь привести вас в ужас, — рассмеялся Лириан жестоким, пробирающим до костей смехом. — Прошу прощения, если возникло недопонимание. Уходите, или мы убьем вас на месте. И утопим ваши тела так далеко вверх по реке, что ваши семьи никогда их не найдут. Остаток своих жалких жизней они проведут, гадая, как вы умудрились пропасть без следа.
Лириан вел себя прямо по плану Аспар.
Бессмысленная агрессия. Справедливый повод вызвать подкрепление.
В ушах у Саффрон зашумела кровь. Каждый звук, взгляд и запах казался ей резче, усиливался от страха. Страха, к которому она давно считала себя равнодушной.
Леван посмотрел на отца. Каждая мышца в его теле была напряжена.
— Пусть обыщут трюм. Они ничего не найдут. Слышишь меня? — в последнем вопросе слышалось легкое принуждение. — Они не найдут…
— Нет. — Палочка Лириана заискрила от напряжения. — Это дело принципа. Мы сейчас прогнемся под них, под каких-то вонючих таможенников, и что дальше? Они решат, что мы слабые, податливые, и будут обращаться с нами соответственно.
— Они. Ничего. Не. Найдут, — каждое слово Леван выдавливал сквозь стиснутые зубы. — Уйми свою гордость. Не устраивай сцену…
Лириан наконец услышал, что ему говорил сын, и его лицо разгладилось.
— Хорошо. Пусть обыщут лодку.
Трое офицеров взошли на трап, и тут настроение Лириана резко развернулось в противоположном направлении, будто он проиграл в какой-то ожесточенной внутренней борьбе.
Он поднял палочку. Его лицо уродливо сморщилось, как у горгульи.
— Sen ammorten. Sen ammorten. Sen ammorten.
Все три офицера таможни были мертвы.
Кто-то закричал, и звук эхом отразился от ржавых стенок грузовых контейнеров.
Белая вспышка молнии рассекла небосвод, осветив причал бледным светом.
А потом все вокруг погрузилось в хаос.
ГЛАВА 32. ЖЕСТОКАЯ ИЛЛЮЗИЯ
Серебряные Мантии выстроились на причале, прицелившись палочками на лодку. Они будто поклонялись какому-то извращенному божеству.
Боунс превратился из кота в капитана. Аспар, которая раз за разом призывала на темное бархатное небо вспышки молний. Ящики, контейнеры и мотки веревки у нее за спиной поймали искру и вспыхнули.
Теперь она могла использовать огонь против Кровавой Луны.
Работники доков бросились врассыпную, как муравьи, но теперь нигде не оставалось безопасного места.
«Sen ammorten. Sen ammorten. Sen ammorten».
В Лириане что-то надломилось. Он беспорядочно, безумно, безжалостно швырял в сторону доков смертельные заклинания. Сегал был тоже под прицелом, но кажется, главарю было все равно, зацепит ли он одного из своих самых верных соратников.
Он хотел все разрушить, и это ему удавалось.
Кто-то из корабельной команды Кровавой Луны упал замертво, сломав лодыжку.
Лириан не остановился.
Леван сможет на отца с изумлением, с ненавистью, но даже не пошевелился, чтобы прекратить происходящее.
Серебряные Мантии, кажется, ждали приказа. Длинная сияющая стена энергетического щита ограждала их от ударов Лириана. Лоб детектива Даллара покрылся потом от напряжения. Долго он не продержится.
— Don aquiss! — закричала Кастиан, поднимая огромную волну и направляя ее на Мантий.
Поскольку вода была взята из реки, лодка накренилась и сильно закачалась, цепляясь бортами за что-то твердое и каменистое. Саффрон завалилась набок, едва успев выровняться и не упасть на палубу.
От волны щит Даллара растворился. Свежие трупы офицеров таможни смыло к горящим контейнерам. Пламя вздымалось в небо чудовищными языками. Нескольких Серебряных Мантий, включая Ниссу и Аурию, успело сбить с ног, прежде чем Аспар остановила волну в воздухе, превратив ее в нечто отвратительно-плотное.
Детективы Алиррол и Февилан обрушили на палубу град чар effigias.
Саффрон едва успела увернуться.
Согнувшись на палубе, она тоже создала хлипкий энергетический щит и прикрыла им себя и Рассо. Луноволк, совсем не похожий на яростного хищника, которым он бывал, дрожал от грохота и раскатов грома, спрятавшись под скамью. Он прижался к Сафф всем телом и заскулил ей на ухо.
— Все хорошо, — прошептала она ему. Возможно, это была самая отвратительная ложь в ее жизни, и, судя по печальным глазам зверя, он тоже это понял.
Что будет с животным, если все люди, которых он признавал, окажутся в тюрьме? Может, он останется с Сафф. На секунду эта мысль ее согрела, но потом стало понятно, что Аспар никогда не позволит существу, столь тесно связанному с ткачами времени, разгуливать по Академии.
Не считая заботы о луноволке, Саффрон нужно было лишь сохранять спокойствие и пережить битву. Она заставляла себя не высовываться, позволить Серебряным Мантиям разобраться с Кровавой Луной и молиться всем Святым, в которых едва верила, чтобы никто из ее друзей не пал жертвой беспорядочных проклятий Лириана.
Но… нет.
Саффрон не могла пойти на такой риск. Не могла позволить Ниссе или Аурии погибнуть. Не могла оставить все это на милость Святых.
Она должна была обезоружить Лириана, избавиться от его угрозы.
Раздался новый раскат грома, и Сафф зажмурилась от ослепительной вспышки молнии.
Думай.
Думай.
Разум — твоя суперсила.
Как она могла добраться до Лириана, не вызвав подозрений? Если Леван или Кастиан заметят, что она тайком подыгрывает Серебряным Мантиям, и захват пойдет не по плану… они точно поймут, что она была предателем. Что клеймо верности не сработало.
Проклятие, они скорее всего все равно обо всем узнают.
Над головой пролетело еще одно заклинание effigias, и Саффрон пригнулась за щитом. Вновь раздался раскат грома. Соседняя лодка вспыхнула. Послышался гулкий крик боли, но чей и откуда — Сафф не могла разобрать.
Со своего места на палубе она отлично видела сапоги Лириана.
Они пронеслись по трапу мимо нее, отдаваясь эхом в трюме.
— Sen ammorten, — снова и снова произносил он, и теперь в словах разгоралась дикость, подобная лесному пожару, хотя под удар мог попасть и его собственный сын. Саффрон поняла, почему Лириан занимал главное место в иерархии, почему никто так долго не мог его сместить — потому что не было такого человека, которого он не смог бы убить ради собственного выживания. Не было ниточек, потянув за которые можно было бы ослабить его волю.
Лодка яростно раскачивалась, потому что Кастиан продолжала зачаровывать и обрушивать на трап речную воду, одновременно затапливая трюм. Снизу слышался рев чар Аспар.
Раздался треск, вновь
