как назло, и близко к её рабочему месту не подходила и уж тем более не забиралась на шкаф, стоящий совсем рядом с ресепшеном.
Правда, думать об этом толком не получалось, Валентина просто визжала от омерзения и попыток снять с себя липнувшую гадость.
– Так, спокойно! – Вероника ловким рывком сдёрнула месиво с Валентины. – Это тебе повезло, что все ленты облеплены шерстью – на тебя уже маловато клея осталось. Но как они там оказались?
Шушана довольно фыркнула – она преотлично знала владельца шпица – тот был женат на очень милой женщине из дома напротив, и его жена точно не заслуживала этакого «приключения».
«Чем быстрее ты поймёшь, что ТУТ тебе ловить нечего, тем лучше! – решила Шушана, глядя на Валентину из-за шкафа. – Так-то я на тебя ещё много чего свалить могу!»
Она вообще много чего могла, именно поэтому Валентина, которая решила, что мерзкая Танька всё-таки как-то исхитрилась сделать ей гадость, и пошла на выяснение отношений, попросту не сумела войти в её кабинет.
– Ничего не понимаю… неужели у нас такие длинные коридоры? – бормотала она.
Потом, дойдя почему-то не к кабинету ненавистной ветеринарши, а к своему же рабочему месту, она ещё несколько раз пыталась пройти тот же маршрут, неизменно оказываясь около ресепшена, пока это наконец-то не надоело Ивану Степановичу.
– Валентина, вот сколько раз я не выглядываю из кабинета, вас всё нет и нет на рабочем месте! Что происходит? Хорошо, я понимаю, что вы ходили умыться и привести себя в порядок, но вас же уже давненько нет!
Валентина чем-то невнятно отговорилась и решила просто подождать – ну выйдет же Танька когда-нибудь из кабинета! Вот тогда-то она ей всё и выскажет. Почему-то именно Татьяну Валя винила во всех своих неудачах последнего времени. А что? Кто-то же должен быть виноват!
Она ждала… ждала, ждала и ждала, задержалась на работе, а потом вдруг увидела, как Татьяна…
– Идёт по двору?! Она что, в окно выбралась? Но там же решётки на окнах! Ничего не понимаю!
– И понимать-то нечего! Это просто не ваше место работы, не ваши люди, не ваша сфера. Короче, нечего вам тут, дамочка, ловить. Увольняйтесь, пока не того!
Она разгневанно обернулась, решив знатно поскандалить с непрошенным советчиком, и…
На скамейке сидел кот. Обычный рыжий гладкошёрстный кот.
– Чей кот?! – спросила она громко. – Кто забыл в клинике кота?
– Никто меня не забывал. Я сам пришёл, – объяснил кот. – И, да, не забудьте, что я вам сказал – увольняйтесь! Тут вы ничего полезного для себя не поймаете. Разве что… – кот уютно пофыркал, – разве что ещё ленты для мух на голову свалятся!
Он смотрел в спину Валентины, торопливо бегущей от клиники к подворотне, и покачивал головой:
– До чего же некоторые люди нервными бывают! Вот так поговоришь, а они уже давай вопить, ерундой всякой кидаться, через стойку прыгать… Кстати, прыгнула красиво, как кенгура! Кенгурица… тьфу, короче, как кенгуровая тётка!
Валентина, отдышавшись дома, по зрелому размышлению решила, что у неё эта… аллергия на что-то тамошнее.
«Ну точно! Надышусь за рабочий день, и понеслааась! Пойду лучше в барбер-шоп работать. Там как раз администратор нужен».
Заявление об увольнении от Валентины, полученное Иваном Степановичем на следующий день, его порадовало.
«Ну… такая баба, то есть администратор, с возу, то есть из-за ресепшена, кобыле, то есть клинике, только легче. А уж мне и подавно!» – он сделал вид, что напрочь забыл о двухнедельной отработке, и спешно подписал заявление.
Таня, которой Шушана и Терентий поведали о методах избавления от администратора, только головой покачала:
– А не слишком вы её? Так ведь с ума можно свести!
– Тань, человек, который самостоятельно готов сводить окружающих с ума, из равновесия, нормальной жизни, брака, достатка и прочих важных вещей, как правило, сам ниоткуда не сходит – устойчивость у таких повышенная. Разве что подтолкнуть как следует… но мы же доообрые, решили, пусть идёт себе куда подальше! – авторитетно ответил Терентий.
Соколовский прибыл через два дня, очень мрачный, хмурый и явно недовольный жизнью.
Правда, после того как ему рассказали о новостях и методах их достижения, он немного развеселился, а после разговора с Враном, признавшимся в том, что ему пришлось принимать природную форму, чтобы избавиться от девицы и её козней, и вовсе повеселел.
– Ничего не меняется… всё возвращается на круги своя! – загадочно сказал он. – На это и уповаем!
Он отмахнулся от Врана, вопросительно воззрившегося на начальство, выдал ему следующее задание и уехал уже в значительно лучшем настроении.
«Нууу, вот тебе и ерунда! Я ж думал, что в Москве-то точно и быстро найду!» – бормотал наивный Вран, возвращаясь домой после первой попытки поиска.
Он ощутил чей-то пристальный взгляд, обернулся и увидел, что рядом с забором, ограждающим их палисадник от улицы, стоит какая-то девчонка.
«Вот уставилась! – машинально подумал Вран, ныряя в подъезд. – Интересно, Таня уже дома?»
Татьяна как раз шла с работы, только чуть-чуть разминувшись с Враном.
Она не смотрела по сторонам, торопясь как можно скорее вернуться домой, поэтому появление прямо перед её носом очень знакомой личности её несколько изумило. Личность стояла прямо у её двери.
– Танька!
– И тебе добрый вечер! А что ты тут делаешь? – удивлённо спросила Таня у Вики.
– Я? Как что? К тебе пришла!
«Вот счастье-то привалило! Под обвал бы не попасть…» – машинально подумала Таня.
Вид сестры наводил на мысли о какой-то каверзе, которую она сотворила и примчалась к ней, чтобы старшая сестра взяла и всё-всё исправила «как было». Именно так раньше формулировалась задача по склейке разбитых ваз и какой-нибудь особо любимой родителями Вики посуды.
– Вик, а тебе разве не надо быть дома? Мама говорила, что тебе там соседка готовит…
– А мне надоело. Она готовит всё одинаковое, а я другое хочу! – закапризничала Вика. – Тань, ну пожалюлю! – засюсюкала она, подражая своему детскому говорку. – Ну неужели же ты меня ужином не накормишь? Я голодненькаяяя.
– Вик, иди домой, а? Давай я тебе такси вызову и отправлю! Там тебе и ужин, и дом родной… – Таня прекрасно знала и этот хитренький взгляд, и сюсюканье.
И тут прямо перед её носом распахнулась входная дверь и на пороге появился Вран.
Глава 40.
Концентрат «яхочухи»
Таня преотлично знала этот взгляд… Если бы Вику рисовал какой-то мультипликатор, то непременно изобразил бы глаза, засиявшие звёздами.
Это происходило, когда сестрице чего-то очень хотелось – игрушку, новую шмотку, заколочку-сумочку-безделушечку, смартфончик. Короче, не важно, что именно, но срочно, немедленно и обязательно.
Всё это можно было описать одним словом «ХАЧУ» – вот именно так и смотрела Вика на крайне хмурого Врана.
– Привет. Позволь тебе представить – это моя младшая сестра Вика и она сейчас уходит домой! – Таня строго посмотрела на сестру.
– Никуда я не собираюсь, – Вика любила добиваться своего, а потом… уййй, какой тут парень! Она его сразу приметила – он
