Дэниелс, суперзвезда НХЛ, трахает свою жену у стены.
Но именно поэтому этот момент стал таким захватывающим.
Линкольн задрал мою юбку и стал дразняще поглаживать внутреннюю поверхность моих бедер, прежде чем скользнуть под промокшие стринги. Я ахнула, когда он вошел в меня одним пальцем.
– Какая мокрая. Для меня. Хорошая девочка, – пробормотал Линкольн, и от этих слов по телу прокатились волны желания. Он не дал мне большего, и я застонала от разочарования, моя потребность в нем росла с каждым мгновением.
Внезапно он убрал руку, и я заскулила в знак протеста, Линкольн наклонился ниже и посмотрел мне прямо в глаза.
– Хочешь кончить для меня, милая? – прошептал он хрипло, касаясь губами бьющейся вены на шее. – Потому что я умираю от желания попробовать эту сладкую киску.
Не раздумывая ни секунды, он опустился на колени. С отяжелевшими веками я наблюдала за тем, как он сорвал с меня трусики, затем поймал мой взгляд и ртом накрыл мою киску, начав умело лизать и посасывать клитор.
Он издавал первобытные, животные звуки, а с меня уже капало. Я закинула ногу ему на плечо и подалась бедрами вперед, трахая его лицо, отчаянно желая большего. Он жадно лизал мои половые губы, обводя каждую из них непристойно и благоговейно одновременно.
Ко мне подбирался оргазм, напряжение нарастало, и в какой-то момент я подумала, что просто взорвусь. И вскоре я достигла пика, сильного и яростного, окунувшего меня в неистовство наслаждения, от которого я задыхалась и дрожала, прижавшись к стене. Линкольн продолжал ласкать меня ртом, однако теперь он еще и скользнул в меня пальцами и начал поглаживать заветную точку глубоко внутри. Я кричала в экстазе, когда он снова и снова подводил меня к краю, от его умелых прикосновений мое тело сотрясалось.
Наконец, когда я была готова упасть в обморок, Линкольн встал, развернул меня и толкнул вперед так, чтобы я руками прижалась к стене, а перед ним оказалась моя оголенная задница.
– Пожалуйста, – захныкала я, отчаянно нуждаясь в нем, как всегда.
Линкольн зарычал в ответ, глядя на меня со страстью, воспламенявшей мое тело.
– Раздвинь ноги, – приказал он, и я беспрекословно подчинилась, наблюдая за ним через плечо и умирая от его красоты.
Он стянул спортивные штаны, и я облизнула губы, увидев, как он погладил свой твердый, идеальный член, после этого Линкольн медленно провел им по моему влажному входу, дразня меня, пытая. Он прикусил нижнюю губу, схватил меня за ягодицы, сильно сжал…
И проник в меня, вбиваясь с неистовой силой, от которой у меня перехватило дыхание. Я умоляла о большем. Пока Линкольн заявлял свои права на меня, я чувствовала его повсюду: руками он стискивал мои бедра, грудью прижимался к спине, зубами царапал и кусал мою кожу. Это было дико, необузданно и неукротимо – идеальное олицетворение нашей одержимости друг другом.
Когда я кончала, он накрыл рукой мой рот, чтобы заглушить крик, хотя его стоны наполняли аудиторию.
Наконец мы рухнули у стены вспотевшие и изможденные. Мое золотистое божество немедленно сунуло руку мне между ног и стало настойчиво заталкивать в меня свою сперму, одновременно лаская меня пальцами, и вместе с этим он слизывал капли пота с моей шеи.
– Скажи, что любишь меня, девушка мечты, – потребовал Линкольн.
И я сказала. Конечно, я люблю его. Хотя мне очень нравится, когда он заставляет меня говорить это.
Эпилог № 2
Линкольн
В полночь, как раз когда я собирался прижаться к Монро, зазвонил телефон. Я взглянул на него и увидел номер Ари.
– Мне нужно ответить. Он знает, что теперь мне так поздно лучше не звонить, а значит, ему что-то нужно, – предупредил я Монро. Она сонно кивнула, удовлетворенная тремя оргазмами, которые я ей только что подарил. – Все в порядке? – спросил я в трубку, не поздоровавшись.
Последовала долгая пауза.
– Нет, – наконец, ответил Ари, его голос звучал сдавленно.
– В чем дело? – спросил я.
– Можешь встретиться со мной в том баре на седьмой? – угрюмо спросил он.
– Да, конечно. Увидимся через пятнадцать минут.
– Спасибо, – пробормотал Ари, прежде чем повесить трубку.
Я еще минуту помолчал, чувствуя неладное. Вторник, полночь. Даже до моей встречи с Монро мы выбирались в бары совсем в другие дни.
– Мне нужно встретиться с Ари, похоже, у него что-то случилось, – прошептал я Монро, нежно погладил ее по волосам и вдохнул ее запах, невзирая на всепоглощающее вожделение, которое испытывал в ее присутствии.
Я подъехал к выбранному Ари бару, в который мы порой ходили, если хотели выпить в тихом месте, и вздохнул с облегчением, войдя внутрь и увидев, что сегодня вечером здесь еще спокойнее, чем обычно. В тускло освещенном помещении с потолка свисали неоновые лампы, окрашивающие помещение в красно-синие тона. В воздухе стояли запахи алкоголя и застоявшегося перегара. На затертой барной стойке виднелись въевшиеся кольца, следы от бесчисленных бокалов и банок. За баром до самого потолка тянулись полки, уставленные бутылками всех форм и размеров. Играла музыка, и вибрация басов ощущалась даже через пол. В заведении царила суровая, спокойная атмосфера, которая нам всегда нравилась.
Я сразу заметил Ари. Он сидел за столом с поникшими плечами. Перед ним стояли четыре бутылки пива. Да уж, а он не мешкал. Подойдя к нему, я отметил, что выглядел Ари просто дерьмово. Из него будто высосали всю энергию и жизнь, на их месте оказались усталость и тревога, запечатленные в каждой черточке его лица. Глаза впали и потускнели, под ними залегли тени, будто Ари не спал несколько дней.
Что, черт возьми, происходит?
Мы с ним тренировались всего несколько дней назад. Или это было на прошлой неделе? Меня пронзило чувство вины… В последнее время меня волновала только Монро.
– Привет, Ланкастер, почему начал вечеринку без меня? – пошутил я, усаживаясь напротив него.
Его губы едва дрогнули, и я забеспокоился еще больше.
На столе лежал телефон, и на экране я заметил смутно знакомую женщину. Может, Монро недавно видела ее на рекламном щите и указала на нее?
Я выжидающе смотрел на Ари, и он ответил на мой взгляд, казалось, с неохотой.
– Просто хотел сказать тебе, Линк, до того, как это завтра всплывет в новостях.
– Сказать что? – спросил я, сбитый с толку и встревоженный тем, что он собирался сообщить.
– Я попросил, чтобы меня перевели в Лос-Анджелес. Я уезжаю.
Буррито миссис Бентли с чоризо на завтрак
Порция на четверых
Ингредиенты:
Для авокадо-томатной сальсы:
1 большое
