— Почему бы тебе не пристрелить нас, Генри? — заметил он. — Зачем затевать всю эту ерунду?
Генри подошел к открытой двери тюрьмы, равнодушно наблюдая, как Айвс развязывает пленников.
— Соломон, ты прожил славную жизнь и, по-моему, заслужил особенной смерти. Пули для тебя будет маловато. О твоей смерти будут писать на первых страницах газет — заманчиво, верно? А тебе, Кайлин, просто не повезло — напрасно ты встал у меня на пути. Жаль, что ты не сдох в туннеле.
— И ты думаешь, что после всего этого Дженна выйдет за тебя замуж?
— Да, в этом я уверен. Она никогда не узнает, что я прикончил тебя. Нас ни в чем не обвинят — как видишь, свидетелей здесь нет. — Патерсон отошел. — Запри их, Айвс, и поедем. Двинем к южному перевалу, чтобы ни с кем не встретиться по дороге, и еще поспеем на поезд.
Дженна и Джетро Ритчи гнали упирающихся коней к городу, охваченному пламенем. Пламя уже приближалось к выходу из каньона, в любой момент рискуя перекрыть его. Все горожане покинули город. Мимо всадников во весь опор промчались последние мужчины, которые до последней минуты пытались потушить пожар.
Ритчи встретился с Дженной на полпути к железной дороге — оказалось, что он только что собрал улики, которых хватило бы, чтобы Генри и его приятелей приговорили к пожизненному заключению. Ритчи удалось подслушать их разговор об убийстве Ченса и Соломона. Дженна не могла поверить этому, но если душой она сопротивлялась, то рассудок убеждал ее в обратном. Теперь она понимала: Генри пытался увезти ее из города не зря — он рассчитывал, что пожар поможет ему замести следы.
Сейчас, глубокой ночью, вокруг было светло, как днем. Весь северный склон горы над городом объяло пламя. Ревел ветер, вздымались огненные языки, дым плыл над деревьями, поднимаясь на сотню футов в небо. Деревья трещали и гнулись от невыносимого жара. Искры затмевали звезды. Если бы не Ченс и дедушка, Дженна ни за что не решилась бы вернуться сейчас в город.
На окраинной улице уже не осталось ни единого уцелевшего строения — здесь дома стояли, тесно прижавшись друг к другу, и потому огонь беспрепятственно перекидывался с одного дома на другой.
Очевидно, это зрелище потрясло Ритчи и заставило его отказаться от своих намерений.
— Должно быть, их уже убили, мисс. Жаль, конечно, но нам надо удирать отсюда самим, пока не поздно. Рисковать своей жизнью я не нанимался.
Дженна схватила поводья, боясь, что Ритчи оставит ее одну.
— Мы должны их найти! Прошу вас, останьтесь и помогите мне.
— Мисс, какого черта им здесь делать, если только их не убили или не связали? Может, они успели уехать.
— Но тогда мы бы встретились с ними по дороге.
— А если они отправились к южному перевалу?
Дженна сердито вонзила каблуки в бока Десперадо.
— Я никуда отсюда не поеду. Если хотите, уезжайте, но если они здесь, я не дам им погибнуть.
Джетро Ритчи не мог уронить свое достоинство перед женщиной. Мысленно проклиная Дженну, он последовал за ней.
В начале главной улицы кони заупрямились — огненная стена подходила сюда слишком близко. Рев пламени оглушал их, жар становился невыносимым, вокруг рушились горящие дома. Если Ченс и Соломон находились в одном из них, спасать их было уже слишком поздно.
Дженна ухватилась за последнюю надежду — ближайшая к реке улица была еще цела. Они просмотрели каждый дом — в большинстве из них двери были распахнуты, и комнаты были хорошо видны с улицы. Другие же дома требовали внимательного поиска, и Дженна с Ритчи обходили их по очереди.
После того как был обыскан последний дом, Дженна повернулась в седле и печально взглянула на полыхающие дома по другую сторону улицы.
Ритчи сочувственно произнес:
— Сожалею, мисс, но их здесь нет, и если они в каком-нибудь из тех домов, они уже мертвы.
Надежда Дженны таяла с каждой секундой, но она не собиралась прекращать поиски. Она не могла уехать. Ченс и дедушка были ее единственными близкими. Однако Ритчи был прав — все уцелевшие в городе дома они уже осмотрели.
Жгучие слезы покатились по лицу Дженны, пока она оглядывала горящий город.
— Ритчи, тюрьма! Мы еще не искали их в тюрьме!
Галопом они добрались до строения, стоящего поодаль от остальных и почти незаметного под прикрытием кустарника. Дженна осадила Десперадо перед дверью тюрьмы и спрыгнула с седла. Внезапно она услышала от реки конское ржание — из кустов выбежал жеребец Ченса вместе со вторым, незнакомым Дженне конем.
— Это их лошади! — Она бросилась к двери тюрьмы и забарабанила по ней кулаками. — Ченс! Дедушка! Вы здесь?
— Дженна! — послышался изнутри радостный голос Ченса. — Как хорошо, что ты здесь! Но нам не выбраться отсюда — дверь слишком прочная. Надо попробовать выломать решетку на окне.
— Хорошо! Со мной Ритчи. Сейчас мы вас выпустим!
— Поскорее, — послышался нетерпеливый голос Соломона. — Мы чуть было не изжарились здесь.
Неловкими пальцами, одеревеневшими еще сильнее от испуга и близости огня, Ритчи привязал веревку к решеткам на окне и протянул ее Дженне.
— Мисс, обмотайте ее вокруг седла, да покрепче, и по моей команде хлещите коня как можно сильнее.
Дженна наблюдала, как Ритчи привязал к решетке вторую веревку и привязал ее свободный конец к луке своего седла. По команде они хлестнули лошадей. Дженне казалось, что седло вот-вот свалится со спины лошади вместе с ней. Оба коня напряглись, круто выгнув шеи. К радости Дженны, железная решетка начала поддаваться.
— Давайте, мисс, поднажмите! Еще немного!
Из окна полетели щепки, решетка рухнула, потащив за собой оконную раму. Теперь отверстие было достаточно большим для Ченса и Соломона. Ритчи отвязал веревки, тревожно поглядывая на приближающуюся стену огня.
— Придется уезжать через южный перевал.
Ченс вскочил в седло своего коня, а Соломон взял коня шерифа — на нем было седло. Ченс первым поехал по извилистой тропе к южному перевалу. Вскоре им пришлось замедлить шаг — тропа круто поднималась в гору. Лес возле города был замусорен валежником, а пеньки представляли еще большую опасность, чем деревья. Первый рассветный луч солнца помогал им найти дорогу, но, перевалив через гребень и оказавшись в следующем каньоне, путники вновь попали в темноту и видели только алый отблеск за спиной. Издалека донеслись два длинных гудка одного из поездов — сигнал к отправлению.
Путники пытались придержать лошадей на южном склоне, но даже крутой подъем не останавливал животных. Они с силой упирались в землю ногами, иногда камни вылетали из-под копыт, и лошади скользили вниз. Дженна отпустила поводья, зная, что инстинкт Десперадо подскажет ему, как найти самый лучший путь. Дженна ничего не видела в полутьме, среди черных теней. Ветки хлестали ее по лицу, норовя выбить из седла, но вороной твердо стоял на ногах, и Дженне удавалось усидеть на нем.
