его из плена. Ты спрашивал, почему я его боюсь? Потому что он владеет смертоносными силами, которых я не понимаю.
– Тогда странно, как они вообще смогли заключить его в ту башню.
– У Фионы схожие таланты, и, полагаю, у Блейза тоже. Очевидно, вдвоем они сумели нейтрализовать большую часть его сил, пока не сотворили место, которое блокировало эти силы.
– Не полностью, – заметил я. – Весточку Рэндому он отправил. И однажды сумел дозваться и меня, но едва-едва.
– Значит, не полностью, – согласился Джулиан. – Но достаточно ограничивало их. Пока мы не пробились сквозь защиту.
– А что ты знаешь об их фокусах со мной – то прячут в каталажку, то пытаются убить, то спасают?
– Этого я так и не понял, – отозвался он, – разве что у них самих там была борьба за власть. Их фракция к тому моменту практически распалась, и обе части что-то себе наметили в отношении тебя. И, естественно, одни пытались тебя прикончить, а другие спасали. В итоге больше всего за твой счет выиграл Блейз, в том штурме.
– Но он же и пытался убить меня там, в Тени Земля! – воскликнул я. – Именно Блейз прострелил шину моего авто.
– Да?
– По крайней мере, так рассказывал Бранд, но это совпадает с прочими косвенными уликами.
– Тут я ничем тебе помочь не могу, – пожал плечами Джулиан. – Понятия не имею, что там у них тогда творилось.
– Однако же в Амбере ты всячески поддерживал Фиону, – сказал я. – По-моему, ты к ней просто неровно дышишь, когда она рядом.
– Есть такое, – согласился он, улыбаясь. – Мне Фиона всегда очень нравилась. Она, конечно, самая привлекательная и самая воспитанная из всех нас. Жаль, что отец был так жестко настроен против браков между братьями и сестрами, ну да ты и сам знаешь. И было очень досадно, что мы с ней оказались в разных лагерях. Когда Блейз погиб, тебя бросили в темницу, а Эрик сел на трон – все почти наладилось. Свое поражение она восприняла смиренно, мол, было – и прошло. Фиона, по всей видимости, не меньше меня боялась возвращения Бранда.
– Бранд рассказывал несколько в ином ключе, – заметил я, – но, конечно, этого и следовало ожидать. Одно не сходится: Бранд утверждает, что Блейз до сих пор жив, что он пытался достать его с помощью Козыря, и определил, что тот находится где-то в Тени и готовит новое войско для очередного нападения на Амбер.
– Что ж, вполне возможно, – проговорил Джулиан. – Но и мы к такому сейчас более чем готовы, верно?
– Да, но Бранд утверждает, что это нападение будет лишь отвлекающим маневром, – продолжал я, – а настоящий штурм последует непосредственно из Двора Хаоса, по Черной Дороге. Он считает, что Фиона как раз сейчас и занята его подготовкой.
Джулиан нахмурился.
– Надеюсь, он соврал. Мне ненавистна сама мысль о том, что их группировка воскресла и снова готовится выступить против нас, причем на сей раз с помощью темных сил. И было бы крайне неприятно узнать, что во всем этом замешана Фиона.
– Бранд заявил, что сам он из их группировки вышел, осознав, что совершил фундаментальную ошибку… делал покаянный вид.
– Ха! Я скорее поверю этой только что убитой твари, чем Бранду. Надеюсь, у тебя хватило ума держать его под охраной? Впрочем, вряд ли это поможет, если он вновь обрел прежнее могущество.
– Но какую игру он мог бы начать сейчас?
– Он или оживит их старый триумвират – эта мысль мне особенно не нравится, – или же у него уже иной план, касающийся лишь его самого. Но поверь мне, планы у него есть. Бранд никогда не удовлетворялся ролью простого зрителя. Он всегда что-нибудь задумывает. Я готов поклясться, что он и во сне строит козни.
– Возможно, ты и прав, – произнес я. – Видишь ли, в последнее время в Амбере кое-что произошло, но к добру это или нет, сказать пока не берусь. Дело в том, что я только что дрался с Жераром. Он считает, что я причинил Бранду вред. Это не так, но я не в той позиции, чтобы доказывать свою невиновность. Хотя я, кажется, был последним, кто видел Бранда сегодня утром. Жерар заходил к нему недавно. Говорит, что в комнатах все перевернуто вверх дном, повсюду пятна крови, а самого Бранда нигде нет. Не знаю, что и думать об этом.
– Я тоже. Но надеюсь, кому-то на сей раз удалось довести дело до конца.
– Господи, – взмолился я, – как все запутано! Знал бы я все это раньше…
– А раньше подходящего случая все тебе рассказать никак не выпадало, – отозвался Джулиан. – Сперва ты был в темнице и оставался уязвим, а потом сбежал, и надолго. А когда ты вернулся с новым войском и новым оружием, я не был уверен в твоих намерениях. Дальше все завертелось очень уж быстро, и вернулся Бранд. Все, поздно – мне пришлось спасать собственную шкуру. Здесь, в Ардене, я силен. Здесь я сумею справиться со всем, что он может против меня учинить. Дозоры в полной боеготовности, но, конечно, хотелось бы услышать весть о кончине Бранда. Я бы поинтересовался у кого-то из наших, как он, вот только никак не мог решить, у кого именно, ведь если он умер, подозревают в этом наверняка меня. Но я решил, что если буду знать, что Бранд все-таки жив – попробую сам до него добраться. Ну а при нынешнем… раскладе… Что ты сейчас намерен делать, Корвин?
– Еду за Камнем Правосудия – я его спрятал в одном местечке в Тени. Есть способ с его помощью разрушить Черную Дорогу. Я намерен попробовать.
– Что за способ?
– Слишком долго рассказывать, учитывая, что меня только что посетила одна жуткая мысль…
– Какая?
– Самоцвет нужен и Бранду! Он о нем спрашивал раньше, а теперь… Эта вот его способность искать вещи в Тени и переносить к себе – насколько она сильна?
Джулиан задумался.
– Он вряд ли всеведущ, если ты это имеешь в виду. Ты можешь отыскать в Тени все, что захочешь, так, как и все мы – добравшись до нужного места. По словам Фионы, Бранд просто срезает угол, чтобы ножками не топать. Так что призвать к себе он может предмет вообще, а не что-то конкретное. Самоцвет же штука сама по себе особенная, как рассказывал мне во время оно Эрик. Думаю, Бранду все-таки придется отправиться за ним, как только он найдет, куда именно идти.
– Тогда меня ждет адова скачка. Я должен обогнать его.
– Вижу, ты взял Барабана, – заметил Джулиан. – Хороший жеребец, крепкий. Во
