– Хорошо, – согласилась гадалка. – Если я закашляю, значит, вам надо уходить. Тогда, – она приблизилась к одной из стенок шатра, – пройдите здесь.
Плотная ткань с противоположной от входа стороны казалась сплошной, но гадалка слегка раздвинула ее, демонстрируя разрез, через который вполне можно было выбраться наружу.
– Еще одна вещь, – окликнул Терну Андре прежде, чем она вышла из шатра. – У вас найдется перо и бумага?
Гадалка кивнула и, не задавая вопросов, предоставила ему все необходимое. А затем вышла на площадь. Андре сел на пуф и принялся что-то писать, периодически прерываясь, раздумывая над формулировкой и снова начиная быстро водить пером по листку.
Я тоже села на пуф, извлекла из-за пазухи свои собственные листки с конспектами и нахмурила лоб. Думай, Эрта – или как тебя там, Кейра, – думай! Нет больше времени давать себе поблажки. Ты должна прямо сейчас разобраться в том, как накладывать заклинание изменения внешности. Не сделаешь этого немедленно – другого случая может уже не представиться.
Я билась над записями несколько минут, стараясь не отвлекаться даже тогда, когда снаружи послышались громкие голоса. Андре, уже закончивший писать, крепко сжал рукоять извлеченного из ножен меча и подошел ко мне, готовый уводить меня через запасной выход. Но тут до нас донесся расслабленный голос Терны:
– Видела я людей, которых вы описываете, точно видела. Странная пара, они мне самой какими-то подозрительными показались. Уж очень быстро шли и по сторонам все время оглядывались.
– Куда пошли? – быстро спросил знакомый уже мужской голос.
– Да вон туда, в сторону храма, – охотно ответила Терна. – Совсем недавно прошли, если шагу прибавите, точно догоните.
– Быстро! Вперед! – рявкнул уже удаляющийся голос офицера.
– А хотите, я вам погадаю? – «наивно» предложила Терна.
– Некогда нам, дура-баба! – грубо одернул ее кто-то из стражников.
– Ай-ай-ай, – неторопливо проговорила гадалка им вслед. – А зря, зря. Могла бы, к примеру, предсказать, что до-олго не видать вам повышения по службе, как своих ушей.
Я продолжала сосредоточенно думать и, наконец, мне показалось, что я поняла. Беда заключалась в том, что полной уверенности не было, а пробовать предстояло на живом человеке. Вздохнув, я прикрыла глаза. Ладно, придется начинать прямо с себя.
Я направила внутрь собственного организма струю энергии, настраиваемую на определенный лад. Воспроизвела перед глазами женское лицо, возможно, когда-то увиденное, а может быть, просто только что придуманное. Брюнетка с темными глазами, длинными ресницами, прямым носом, тонкими губами. Полная картина не требуется, достаточно общего направления. Резко выдохнув, я окончательно отпустила энергетическую волну. Ощутила пробежавшее по шее, лицу и вискам тепло. Повернулась к Андре.
– Ну, как? – напряженно спросила я.
Он, конечно, подозревал, чем именно я занимаюсь, и тем не менее застыл, пораженный.
– Прекрасно! – похвалил он затем. – Ты совершенно непохожа на себя.
– И это с твоей точки зрения хорошо? – грозно прищурилась я, внутренне радуясь своему успеху.
– Я ничего такого не говорил, – спешно пошел на попятный Андре.
– Ладно, давай, теперь твоя очередь, – проворчала я. – Кем хочешь стать, блондином или брюнетом? Впрочем, учитывая, что сейчас ты – крашеный блондин, лучше я сделаю тебе черные волосы, идет?
– Идет.
Я заметила, что Андре чуть-чуть волнуется. Все-таки когда над тобой принимаются колдовать, да еще и маг, применяющий нужное заклятие всего лишь во второй раз, это заставляет напрячься. Однако он держался молодцом. Взгляд был спокойным, осанка расслабленной.
Я снова выпустила волну энергии, с интересом отметив, что для этого мне даже не понадобилось шевелить руками. Я так долго существовала без тела, что привыкла перемещаться в пространстве, используя лишь свой мысленный взор и не сопровождая действия никакими физическими движениями. Видимо, поэтому и сейчас такие движения не потребовались мне для перемещения энергетических потоков. Надо будет обдумать это, когда появится время.
Внешность Андре изменилась почти мгновенно. Теперь передо мной стоял жгучий брюнет со смуглым, обветренным лицом, голубыми глазами и острым подбородком. Он вопросительно на меня посмотрел.
– Отлично, – кивнула я. И, не удержавшись, осклабилась: – Ты совсем на себя не похож.
Незнакомый мужчина со знакомой мимикой коротко улыбнулся, принимая колкость, и настойчиво потянул меня к выходу.
– Пора выбираться из этого чертова города.
Я не возражала.
На мгновение прислушавшись, мы откинули полог и вышли наружу. Гадалка прищурилась, но тут же одобрительно кивнула: то ли ожидала чего-то подобного, то ли быстро сориентировалась, благо ее профессия тоже являлась подвидом магии, пусть и весьма нестандартным.
От предложенных денег Терна отказалась.
– Спасибо. – Я на секунду склонила голову. – Мы не забудем вашу помощь. И если нам когда-нибудь представится возможность вас отблагодарить, мы непременно ею воспользуемся.
– Представится, даже не сомневайтесь, – без тени сомнения усмехнулась гадалка. – Они ушли вон туда.
Женщина указала рукой в том направлении, куда ее стараниями отправились стражники. Вновь благодарно кивнув, мы со словами прощания зашагали в противоположную сторону. Да, наша внешность изменилась, но береженого Бог бережет.
На этом моя часть работы закончилась; теперь меня уверенно вел Андре. Мы покинули площадь и прямиком направились к станции, где можно было нанять карету из Тонгута в Запп. Этот маршрут пользовался немалым спросом: большинство приезжих оказывались в этих городках именно для того, чтобы пересечь границу между двумя государствами либо в одну сторону, либо в другую. По дороге мы задержались только один раз, когда Андре перехватил гонца, на сумке которого недвусмысленно красовалось изображение голубя. Андре вручил ему написанное в шатре письмо, а также весьма солидную плату за услуги.
Когда мы уже ехали в мирно покачивающейся карете, я поинтересовалась:
– Что за письмо ты отправил с гонцом?
На губах Андре заиграла недобрая улыбка.
– Послание шерифу Мелриджа, – ответил он. – Как-никак Тонгут тоже находится в зоне его ответственности.
– Вот как?
Я начала догадываться, каково было содержание послания.
– Я написал ему, что некий Росандо Линтедж напал на тебя и пытался обесчестить. А когда у него ничего не вышло, решил отомстить, оклеветав нас перед местными стражами порядка. Попросил принять необходимые меры и позаботиться о том, чтобы парень ответил по всей строгости закона. А заодно намекнул на то, что Линтедж сильно ударился головой, так что истории, которые он станет рассказывать теперь, могут оказаться совсем уж странными. Так что на его счет можешь не беспокоиться. Ближайшие несколько лет он проведет в тюрьме без права переписки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
