спорить, да и… Ужасно, но мне хотелось вновь оказаться в его объятьях. Похоже, я всё же сошла с ума. Или это он свёл меня с ума? Не важно. Мне нравилось быть немного сумасшедшей.
Я сходила в ванну, переоделась и вернулась в комнату. Илиас лежал на том же месте, смотрел в потолок. По его губам по-прежнему блуждала довольная улыбка.
– Ложись, – скомандовал он, похлопывая по подушке.
Боги, что я творю? Нужно было бы возмутиться, выставить его за дверь, а я, вместо всего этого, спокойно ложусь с ним в одну кровать. Впрочем, кроватью назвать это было крайне сложно, поэтому можно сказать, что никаких правил приличия я не нарушала.
Я устроилась на его плече и замерла. От него пахло по-особенному. Чисто мужской запах, за которым скрывалась сила и обещание спокойствия. Не знаю, почему у меня это вызывало именно такие ассоциации, но я и не хотела разбираться в этом. Главное, что мне было уютно рядом с ним. Нет, его присутствие, конечно же, смущало меня. Я же не железная, в конце концов! Но эти ощущения я успешно подавляла. Пока что.
Илиас щёлкнул пальцами, и шторы на окнах задвинулись, погружая комнату в приятный полумрак. Магия искрилась в нём, словно чистый родник, только-только пробивший себе дорогу на поверхность.
– Спасибо, – произнёс он, легко касаясь губами моих волос.
– За что? – спросила, хотя и так знала, за что он меня благодарит.
– Ты вернула мне магию, но, знаешь? Даже если бы этого не случилось, я всё равно тебе благодарен.
– Илиас… – прошептала, потому что голос внезапно подвёл меня.
Я жаждала услышать то, что он мне скажет, и безумно боялась этого.
– Видишь ли, после первого брака, я уверился, что больше никогда никого не впущу в своё сердце. Но ты не оставила мне шансов. Ты самая искренняя и чистая девушка, которую я только встречал, я бы хотел быть рядом с тобой…
Я прервала его. Приподнялась на локте и опустила ладонь ему на лицо, накрывая губы.
– Я… – начала, и замолчала, потому что говорить о таком было слишком сложно. – Я сейчас скажу тебе кое-что, а ты… Не отвечай ничего, пожалуйста, хорошо?
Он кивнул и я, убрав руку, вновь улеглась на его плечо. После того, что я ему расскажу, завтра его не будет, а мне так хотелось хотя бы ненадолго задержаться в его объятьях.
– Илиас, я не могу иметь детей. По сути, брак с Альбертом именно из-за этого и распался. Он решил завести ребёнка на стороне, а потом, как признался мне при последней встрече, думал принести его в семью. Как какую-то игрушку, честное слово. Молчи!
Он хотел что-то сказать, но я прервала его с мольбой в голосе и спешно продолжила, лишь бы не струсить.
– Я понимаю, что ты хочешь помочь мне, и даже не спорю с тем, что нас влечёт друг к другу, но я знаю, пусть не сейчас, а через время, наступит такой момент, когда ты захочешь своего ребёнка. А я не смогу его тебе дать. Поэтому давай не будем усложнять, хорошо? Я буду очень тебе благодарна, если ты поможешь мне с усыновлением ребят, а дальше я не буду держать тебя.
Я замолчала. В горле стоял ком, и на глаза наворачивались слёзы, но я не позволила им пролиться. Лишь крепче прижалась к Илиасу, моля всех богов, чтобы он продолжил хранить молчание. Я не вынесу его жалости, только не сейчас, когда моя душа и так изорвана в клочья.
И он, будто почувствовав всё, что кипело у меня внутри, не стал ничего говорить. Лишь принялся гладить меня по спине.
Не знаю, в какой момент я смогла расслабиться и уснуть. Просто провалилась в какую-то яму без снов. А проснулась от тихого детского шёпота. Приоткрыв глаза, увидела, что мальчишки неуверенно топчутся у порога.
– Привет, – произнесла хриплым ото сна голосом.
Они встрепенулись и тут же улыбнулись. Риан, после всего произошедшего стал другим. Его будто бы подменили. Он то и дело норовил прижаться ко мне, и заглянуть в глаза, будто хотел удостовериться, что я всё так же с любовью отношусь к ним. А я и обнимала их, и целовала, и говорила о том, что люблю. Они для меня были всем.
То, что Илиас ушёл, я поняла сразу. Даже ещё не открыв глаза, но печалиться по этому поводу я не буду. По крайней мере, не сегодня. Сегодня я проведу весь день с детьми, а завтра… Всё же приму предложение Уильяма Фокса, потому что того жалованья, что мне платили в приюте, нам троим, точнее четверым, Саманту я не оставлю, будет слишком мало.
– Привет, – первым подошёл Реми. Я поднялась и прижала его к себе, а следом и его брата, который тоже ждал крепких объятий.
– Саманта испекла блинчики, – прошептал Риан.
– Вы уже завтракали? – произнесла, целуя его в нос.
– Нет, мы ждём тебя.
Я проспала весь вечер и ночь, и чувствовала себя, как никогда отдохнувшей.
– Тогда я мигом, только приведу себя в порядок.
Я сбежала в ванну, но пробыла там не долго. Переоделась в домашнее платье, причесалась, заплела косу, чтобы непокорные волосы не мешались, и вышла. Голоса Саманты и детей слышались с кухни.
– Доброе утро! – поприветствовала всех и мальчишки тут же усадили меня между собой.
Но не успели мы приступить к трапезе, как в дверь постучали. Весьма настойчиво. Помня события минувших дней, я успела испугаться, но заметив, что ни близнецы, ни Саманта не проявляют никакого беспокойства, выдохнула. Детям и так хватает тревог, очень не хотелось бы, чтобы привычка вздрагивать от каждого резкого звука, осталась с ними навсегда.
Дверь я открывала с опаской, и даже не сразу поняла, что вижу перед собой. А передо мной был огромный букет цветов, за которым даже не было видно того, кто его принёс. Наконец, когда гость опустил руки с цветами, я увидела Илиаса.
Он выглядел… Иначе, чем обычно. Выглаженный костюм, аккуратно причёсанные волосы, серьёзный взгляд.
«И я в домашнем платье и с косой», – подумала почему-то.
– Софи, – произнёс мужчина официальным тоном. Я едва не вздрогнула, почему-то стало очень страшно. – Разрешишь войти?
Только тут я поняла, что надо бы посторониться. Отошла к стене, пропуская мужчину. Он не остановился в коридоре, а прямиком прошёл на
