– Я нашел Семеныча в локомотиве. Ленка и парни из охраны погибли еще на той станции от рук Фараона. Кончили бы и машиниста, да в схватку вступили псевдорыси Лучника, вовремя подоспевшие с инфой от тебя. Пока они отвлекали фараоновцев на себя, Семеныч, прочитав записку, развел пары и свалил. И вот он тут уже полдня. Увидел сатанистов после обеда, затаился у себя в каморке, но заметил, как они аккурат перед нашим приходом спрятались всей кодлой вон в том вагоне…
– В котором?
– Вон, второй вагон от моста, крытый, темный, с цифрой в углу.
– Ага, вижу. Почему решили, что сектанты? Может, такие же, еп-пэ-рэ-сэ-тэ, клоны, как те, которых мы сейчас завалили?
– Семеныч говорит, что заметил среди них толстяка с маузером, по описаниям похожего на Нумизмата.
– Оп-пачки-и! Вот это удача. Так мы сегодня на ужин всеми потрапезничаем – и «Всевластием», и Нумизматом, и Красной Смертью? Жаль, нету, а так до кучи бы сюда еще Харда и Фараона приплюсовать!
– Шутник, блин… Твои слова, да Армаде бы в уши… Сплюнь, чтобы химера сама нами не закусила! Кстати, с чего взял, что это Красная Смерть? Не дай Бог! – Глаза Холода округлились, лицо побледнело.
– Заметил в оптику красную плешь на ее боку, когда она на переезде появилась. Да и в Пустоши только она одна наведывается из всего сборища тварей. Сам же знаешь.
– Во влипли! – пробурчал Гучи, пристально вглядываясь в очертания стоявших на путях составов.
– Если Нумизмат полезет наружу, мочим его секту и валим сразу в здание станции, к нашим. Надеюсь, стены выдержат прискакавшую на звуки пальбы химеру? Мы подготовились четко, – Холод пошлепал по прикладу пулемета, в руках Гучи Треш заметил РПГ-7, – махом нафаршируем сатанистов.
– И че, валяться тут до ночи будем, ждать их выхода? – Треш задумался, что-то соображая.
– В принципе можно жахнуть со всех стволов по вагону, там защита никакая, прошьем стены насквозь, а, командир? – предложил Гучи.
– Можно и так, но где гарантия, что всех положим? А идти потом, проверять их – идея хреновая. Появится химера и даст всем просморкаться. Не-е, нужен другой план. Та-ак-с. Она щас хавает мертвецов из «Всевластия», наполнит желудок, станет добрее.
– Ага, и мы попросим ее ласково покинуть станцию?! Треш? – Холод осклабился и недоуменно поглядел на друга.
– Ден, ну что ты вечно кислишь ситуацию? У меня, кажись, план созрел.
– Ничего я не кислю. – Холод слегка обиделся, выпятив губу. – Надо же… план у него созрел. Тут с арканом снова не попрыгаешь, как там, по пескам, от эфы. Тут…
– …А чего так? С веревкой, говоришь? А если все же…
Треш аж привстал, оглядывая округу. Глаза забегали по сторонам, руки потрясывало, поза стала похожа на стойку гончей, завидевшей кролика. Гучи улыбнулся и кивнул:
– Командир опять чего-то удумал – сразу понятно. Мы тогда держим под прицелом вагон и дальше, да, Треш?
– Лады, сталкер. Щас сбацаем гонки с препятствиями. Только не шевелитесь, иначе собьете мне охоту.
Треш, пригнувшись, покинул засаду, прячась за сваями, пробрался к кустам сирени.
– Ч-черт… Я вот Злате скажу сейчас, так она всыплет тебе по самое «не хочу»! Ишь, охотничек. Смотри, чтобы сам не стал добычей Красной Смерти. Вот же черт! – Холод припал к прицелу и стал ждать развязки. Он догадывался, что опытный следопыт, не раз ходивший на различных мутантов чуть ли не с голыми руками, и сейчас придумал что-то эдакое. Но слухи о гигантской химере тут же вызывали на спине мурашки, руки холодели, а ноги готовы были от тряски пуститься в пляс. «Кому геройство такое нужно?! Хотя молодец он. Давай, Треш, давай, Данька! Пусть Армада видит и знает своих героев».
Данька и дал! Сталкер обогнул с тылу станцию, присел в крапиве, за поваленным забором и еще раз осмотрел территорию. Слева копошилась среди мертвецов химера, утробно рыкая, чавкая и изредка озираясь, по центру стояли поезда, а справа возвышался рухнувший посередке пешеходный мост. Столбы с оборванными проводами, натыканные вдоль первого пути с нужным составом, выглядели костлявыми пугалами без одежки. Одни еще стояли ровно, другие накренились от изредка наведывающихся сюда «смерчей».
«Работаем, сталкер! Не опозорься перед друзьями и Армадой. Пошел», – подбодрил сам себя Треш и легкой трусцой побежал вперед.
Когда товарищи, засевшие в засаде, услышали, как он окликнул химеру и предложил ей поиграть в догонялки, у них чуть челюсти не отпали. Холод дернулся влево и перевел ствол пулемета на одиннадцать часов, но разыгранное Трешем представление заставило вернуть оружие в прежнее положение и состроить гримасу ужаса и удивления одновременно. Предыдущая беготня от подземного фантома в сравнении со смертельными соревнованиями с Красной Смертью выглядела детской забавой. Поэтому Холод в унисон с Гучи грязно выругался, когда увидел эту «охоту».
Набивающая брюхо химера вяло рыкнула, услышав кричащего человека, и продолжила трапезу, выковыривая плоть мертвецов из бронежилетов, как тушенку из консервных банок. Треш затянул ремень автомата, висевшего за спиной, снял и убрал отцовскую пилотку за пазуху, еще раз огляделся. Удостоверился, что план должен сработать безотказно, все необходимые для квеста детали игрового поля находятся на своих местах, и достал «Гюрзу». Выстрел из пистолета вспугнул всех: и засевших в здании товарищей, и химеру, которую пуля ужалила в бок. Зверь зарычал обеими головами, развернулся, как недобитая самоходка фашистов, и рванулся к назойливому обидчику.
Треш, хоть и был готов к этому и ждал ответного хода хищника, но чуть в штаны не наложил от испуга. Ноги понесли бывшего спортсмена прочь. В несколько секунд сталкер преодолел расстояние до засыпанного песком перрона с ютящимся на нем ржавым автобусом «ПАЗ». Мутант уже находился в нескольких метрах позади, когда Треш обогнул транспорт и вынул фальшфейер. Холодный пот покрыл спину и виски, кровь в жилах бурлила, пальцы окоченели.
Химера боднула автобус, скрежет рвущегося ржавого железа и недовольный рык твари разнеслись по округе, вызывая страх у всех живых существ на станции. Даже вездесущие крысаки нырнули в укромные щели. Пара кругов пробежки пока закончилась успехом для сталкера. Химере сложно было маневрировать и срезать углы вокруг старого транспорта, тогда как человек проделывал эти финты более резво. Близость страшилища и его вонь повергали Треша в ужас. Он что-то кричал, махал руками, подбадривая себя, подначивал зверя и вызывал его к действиям. Лежащие в укрытии друзья замерли и окаменели как сваи, за которыми они прятались.
– Треш. Полный Треш… – прошептал пересохшими губами Гучи, пытаясь проглотить тугой комок, вставший поперек горла.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
