— Об этом не беспокойся. Суд будет транслироваться на всю Конфедерацию, чтобы везде узнали о совершенных тобою преступлениях. Ну ладно… значит так, я посылаю за тобой морпехов — надеюсь, ты будешь вести себя прилич…
Что-то отвлекло внимание Клауса, и он отвернулся от дисплея. Кто-то из его людей вырубил звук. Доминик увидел, как морпехи бегут к «Кровавому Потоку».
— В чем дело?
— Иона, — голос Клауса раздался откуда-то сзади. Доминик отвернулся к экрану и увидел искаженное яростью лицо брата, — пока ты вешаешь мне лапшу на уши, твои «люди» — твои бакунинские друзья-уголовники — орудуют плазменными ружьями на борту «Кровавого Потока». Никаких сделок с тобой, подонок ты вероломный!
— Клаус!
— Ты заплатишь мне за все, сволочной братец!
В этот момент окружающий мир принял решение взорваться.
Мозг Доминика, насколько бы компьютеризированным он ни был, не смог сразу обработать огромный поток информации.
Клаус заканчивал свою фразу, слово «братец» еще не слетело с его губ, когда из его левой руки мгновенно вырос цветок из огня и дыма. Магнус увидел, как его брат завалился на голограф, отчего изображение развернулось к нему под углом. Но Доминик успел заметить на покосившейся картинке характерную тепловую рябь, прорезающую воздух, которая обозначила прохождение невидимого луча высокочастотной лазерной винтовки. Мощный луч пронзил воздух, бетонную крышу и двух охранников. Пронзил легко, будто не встречал на своем пути преграды. Угол, под которым производились выстрелы, указывал на то, что снайпер бьет с башни воздушного контроля.
Леви.
Едва Доминик успел осознать это, как деревянные двери кабинета с треском распахнулись.
Пятеро вооруженных до зубов морпехов ворвались в комнату, сшибая двери с петель, и на Доминика установились дула четырех узкоапертурных лазерных ружей. Он начал поднимать руки, когда командир морпехов проорал через наплечный динамик своего скафандра:
— Ни с места!
Конфедерат, вломившийся в офис последним, не нацелил свою винтовку в Доминика, он даже не взглянул на него, а пробежал через всю комнату и занял позицию у окна, позади него.
Так Магнус и стоял несколько секунд — с поднятыми руками, под прицелом винтовок противника. В свете наружных прожекторов фигуры конфедератов отбрасывали на стену причудливые тени.
Тени двигались.
Один из солдат поглядел в окно, и чуть слышно прошептал.
— О Господи.
Сверхчуткий слух Доминика воспринял этот шепот как хриплый крик.
Свет погас, и, несмотря на предупреждение не двигаться, он обернулся.
Теперь вид из панорамного окна кабинета Хелмсмена полностью заслонен «Кровавым Потоком», вернее, двумя его главными двигателями восемнадцатиметрового диаметра. Двигатели медленно поднимались вверх. Глядя на безмолвный величественный старт, Доминик мог бы поклясться, что двигатели приближаются, чуть не касаясь при этом окон. Через мгновение они действительно коснулись его.
Весь административный корпус содрогнулся, в комнату посыпались осколки разбитого стекла. Пол резко наклонился к окну, отшвырнув в сторону морпехов и бросив Доминика на стол.
Морпехи кувырком прокатились мимо него, а сам он, пытаясь найти точку опоры, схватился за стол. Комната завибрировала. Доминик оглянулся, и увидел горловину главного двигателя «Кровавого Потока». Двигателя номер три.
— Проклятие.
Пол продолжал наклоняться, двигатель медленно надвигался на Доминика. Стол заскользил по накренившемуся полу. Один из солдат съехал в большой зазор между краем пола и двигателем, раздался громкий скрежет, потом вскрик… и морпех исчез.
«Кровавый Поток» взлетал.
Здание сотрясалось так сильно, что, казалось, еще секунда, и оно развалится. Магнус уже не обращал внимания на морпехов. Двигатель поднялся выше, и пол наклонился в другую сторону.
Исполинский двигатель походил на огромную пасть, способную поглотить большую часть комнаты. Если бы маньяк, пилотирующий сейчас «Кровавый Поток», вздумал задействовать главные приводы, взрывной выхлоп двигателей мгновенно превратил бы в облако пара все здание.
Доминик ощутил мощный толчок. Когда часть потолка над ним прогнулась, он отпрыгнул в сторону, спасаясь от града бетонных обломков, посыпавшихся с потолка, и приземлился на все еще движущийся пол, между столом и двигателем. Затем завалился на бок и покатился, и тут уже сам пол начал трещать и ломаться.
Магнус отчаянно карабкался по вздыбившемуся полу, пытаясь при этом увернуться от кусков рушащегося потолка, но не удержался на наклонной плоскости и соскользнул к окну, вернее к тому месту, где только что находилось окно, а теперь зияла металлическая пещера двигателя. Даже с поврежденным при столкновении со зданием соплом двигатель был теперь единственным более или менее надежным убежищем.
Доминик нырнул в двигатель номер три как раз в тот момент, когда комната позади него прекратила свое существование, превратившись в облако размельченного в пыль бетона. Он влетел прямо в колокол сопла, ударившись обо что-то с такой силой, что в глазах у него помутилось.
Погружая левую руку в электромагнитную ячеистую сеть двигателя, Доминик тешил себя единственной надеждой — что пилот не сразу приведет в действие двигатель.
Потом он потерял сознание.
Придя в себя, он прежде всего несколько удивился, что все еще жив.
Спина и левая рука посылали в мозг сообщения о страшной боли. Однако «бортовая самодиагностика» уведомила его, что организму не причинено непоправимых повреждений, хотя боль от этого не уменьшилась. На спину Доминика вдруг упало нечто большое, припечатывая его к внутренней поверхности двигателя.
Он видел перед собой только электромагнитную сеть и не мог даже пошевелиться, чтобы взглянуть, чем его прижало.
Сам корабль, похоже, не двигался.
Доминик осторожно высвободил руку из сети и попытался повернуть голову…
— Черт побери! — завопил он от боли.
И вдруг до него дошло, что крик этот может стоить ему жизни, ему, чудом уцелевшему в жерле двигателя. Где бы ни приземлился «Кровавый Поток», его тотчас же окружили бы морские пехотинцы. Громким воплем Магнус сам указал им свое местонахождение… а он был в данный момент совершенно беспомощен.
Он затаил дыхание, ожидая, пока боль немного отпустит, и моля Бога, чтобы никто не услышал его возгласа. Мольбы оказались напрасными. Спустя несколько секунд сзади донесся какой-то звук — кто-то пробирался к нему по горловине двигателя.
Превозмогая ужасную боль — вероятно он повредил позвоночный столб, представляющий собой связку легко заменяемых сверхпроводимых моноволокон, Дом все же сумел повернуть голову.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
