— Ням. Ням. Ням, - сказал он, облизывая губы и пуская слюни.
Я немедленно побежала по снегу, разыскивая место, где можно спрятаться. Такого места не было, зато было много белых заснеженных деревьев.
Бежать. Бежать. Бежать.
Я слышала его тяжелое дыхание позади себя и по его тени понимала, что он становится все больше и больше. Я самая настоящая тупица. Он играл со мной, рассказывая все эти разговоры о Смерти, когда как он и был тем самым лесным злом. Куда мне бежать? Что мне делать?
Я наткнулась на снежный холм. Он был достаточно большим, чтобы я могла в нем спрятаться. Я вспомнила, как пряталась от моей мамы в снегу, когда была ребенком. Дрожа, заслышав голос волка, я вырыла яму в снегу, прямо как кошка или кролик. Руками я копала глубже и быстрее, затем соскользнула в яму и скрылась в ней. Я закопала корзину, прежде чем надеть белы капюшон. Я радовалась, что не пролила на себя красное вино, чтобы напугать волков, когда была в повозке. Если бы мой плащ был пропитан красным, я не смогла бы спрятаться в снегу. Я задержала дыхание. Волк подбежал ближе, но остановился в полуметре от меня. Его привлек мой запах? Или запах пирогов?
Он начал нюх-нюх-нюхать. Мое сердце тук-тук-стукало. Пока он медленно шел, осматривая окрестности своими желтыми пронзающими глазами, я задавалась вопросом, как долго я смогу задерживать дыхание. Раньше это меня не беспокоило. Как заполучить такой талант?
Волк прошел прямо надо мной, не замечая меня. Я была готова закричать, но сдержалась. Находясь поблизости, волк, казалось, верил, что я нахожусь где-то рядом, но не мог понять, где именно. Затем он остановился на месте и начал дрожать. Прищурившись, я могла видеть очень немного из под плаща. Волк стоял перед чем-то, или кем-то, кого я не могла видеть. Он начал стонать, как кошка, очищая подбородок от снега. Чего он испугался? Волк обернулся и побежал. Подальше в темноту.
Я вылезла из своего укрытия, осторожно убеждаясь, что он ушел. Я схватила корзину и убрала набившийся в нее снег. Подойдя к месту, где стоял волк, я ничего не увидела. Чего он испугался?
Постойте-ка. Тут что-то было. Хотя это не о, о чем я могла подумать. Я увидела косу, наполовину закопанную в снег. Это была одна из кос моей мамы. Я замерла в ужасе. Это означало, что Смерть где-то поблизости. Он, или она, должно быть, потеряли косу по пути. Возможно, он спит где-то, прежде чем отрубит чью-то голову. Не надо мне никаких чоп-чоп –чоп на пути. Я слишком напугана. Если оборотень боялся, с какой стати мне делать обратное? После всего этого я знала, почему волки из моего окна убежали, когда я пролила на плащ красное вино. Они не просто боялись красного цвета. Они боялись Смерти.
Затем мне в голову пришла другая мысль. Я обнаружила, что зову маму, стоя в середине леса. Если моя мама была Смертью, я не думаю, что она бы убила свою дочь. Вдобавок ко всему на моем лице появилась улыбка.
— Мама? - Я подняла бровь, оглядываясь, сладкий вкус слова, сорвавшийся с губ - Ты рядом? Это я, Поварешка. Если ты Смерть, ничего страшного. Я по-прежнему люблю тебя.
Очнись, Поварешка
. Не будь дурой. Если она не хотела ранить тебя, почему тогда отправила в лес? Она убивает в лесу.
— Мама? - говорю я снова, выдыхая кольца пара в воздух. В этот раз слово на моем языке горькое и неуверенное.
Поднимайся, Поварешка. Ты знаешь, что ты сможешь это пережить.
Казалось, в моей голове сидит еще одна Поварешка и разговаривает со мной. Та, которая более сильная и решительная. Она мне нравилась больше, чем я сама, и позволила ей управлять собой. Поднявшись, я подошла к косе и подняла ее, замечая, что под снегом были еще косы.
Это здесь Смерть хранит свои орудия?
Плевать. Я пришла сюда, чтобы выполнить задание моей мамы. Неважно, Смерть она или нет, я не собиралась подводить ее. И я не собралась подводить свою бабушку. Я найду ее дом и принесу ей корзину с вином и пирогами.
— Ты слышишь это? - сказала я белке, сидящей на дереве. - Я могу сделать это. Это всего лишь корзина с пирогами и вином, - говорю я ей, взяв корзину одной рукой и косу другой, выглядя более решительной и сильной.
Белка подняла взгляд от ореха, который держала в лапах, и кивнула.
— Ты можешь сделать это. Я знаю, что можешь, - пропищала она. - Удачи. Иди своей дорогой и перестань шуметь. Мы хотим спать.
И я пошла. Я шла с корзиной и косой и в белом плаще в поисках дороги к дому бабушки. Это оказалось легко, когда я вдруг обнаружила дорожку из хлебных крошек и последовала по ней.
Шаг за шагом, и я дошла до домика моей бабушки. И это был самый милый домик из всех. Домик был сделан из имбирных пряников и пирогов, вместо стекол прозрачный сахар. Он сиял как кристалл в середине снежной пустыни. Он был розового, желтого и коричневого цвета и сразу захотелось праздника. Как такой красивый домик может быть так далеко в лесу? Мой рот наполнился слюной. У меня возникло желание попробовать домик на вкус.
Прекрати, Поварешка. Ты вежливая девушка. Так ведут себя волки, а ты не волк.
— Но если домик моей бабушки сделан из пирогов, зачем мне нести ей пироги? - пробормотала я себе у порога.
Это не важно. Уверена, если я отдам ей корзину, она позволит мне откусить кусочек от домика. Не то чтобы он развалится, если я откушу совсем немного.
— Тук. Тук. Тук, - сказала я вместо того, чтобы постучать по-настоящему.
— Кто там? - спросил хриплый голос.
— Это твоя внучка, бабушка,- сказала я гордо. - Я купила тебе пироги и вино, от моей мамы.
— Моя внучка? - спросила она из-за двери.
— Да, бабушка, это я. Ты меня помнишь?
— Конечно, я помню тебя, дорогая. - Бабушка кашлянула. Ее голос был странным, как будто она проглотила ворону. - Входи, я болею, поэтому лежу в кровати. Дверь не заперта.
О. Бабушка заболела. Должно быть, поэтому Дерево Жизни сказало нам принести ей пироги и вино. Я толкнула дверь.
В доме раздавался звук, будто бы топилась печка, но я не обратила внимания. Передо мной возникла бабушкина кровать. Я увидела ее в ней, она вся укуталась одеяла и водрузила себе на голову подушку, прямо как я, когда оставалась одна дома. Должно быть, она испугалась волков, как и я. Я хотела посоветовать ей, измазать одеяло красным вином, но, быть может, позже.
Незаметно, я отложила косу в сторону, чтобы не напугать ее и приблизилась к кровати. Я не могла разглядеть ее лицо из-за одеяла, но удивилась, почему у нее такие волосатые руки. Наверное, она и вправду была очень больна.
— Почему у тебя такой странный голос, бабушка, - спросила я, не желая подходить к ней.
— Из-за болезни. Она отнимает у меня все самое хорошее.
