жить в этом поместье, уж я это гарантирую!
Пройдя мимо застывших на месте слуг, портниха не удостоила их и взглядом, прохрустела подошвами туфель по мелким черепкам разбитой вазы и даже не поморщилась.
– Зверь, а не женщина, – вопреки сказанному, Милч одобрительно покачал головой. – Люблю волевых и сильных дам. Ух! Красавица!
– Так слухи не врут и вы действительно сильно ударились? – пробубнила служанка себе под нос, но начальство её услышало, за что и отомстило:
– Убери-ка здесь, да поживее, а потом ложись спать. Завтра трудный день.
– Есть.
Больше приказывать не пришлось, Сара с завидным рвением приступила к своим обязанностям, а Чарли Чейсон Милч не отказал себе в удовольствии снова погрозить пальчиком той самой даме в чёрном платье.
– Ух, погоди у меня, я тебя поймаю и заставлю вернуть все награбленное!
Показалось ли, но уголки губ женщины на картине заметно приподнялись.
– И правда, чертовщина.
Мажордом помотал головой и поспешил покинуть коридор, пока окончательно не сошёл с ума от лицезрения непонятного явления, больше похожего на галлюцинацию, наверняка связанную с недавним ударом головы о деревянные половицы.
* * *
Сквозь приятное, непередаваемое словами действо я услышала громкий хлопок двери моей спальни и возмущённое:
– Скажи-ка мне, дорогая моя, чем вы тут заняты?
Холодный душ оказался бы во сто крат приятнее, чем явление моей мамы в комнату во время нашего поцелуя! Ох…
– Мы? Э… мы… – смущённо оправдывалась я, – мы репетируем!
Витони тактично молчал, опустив взгляд к листам на столе.
– Ах, это теперь так называется? – брови моей ма приподнялись на четверть лба.
Дальше заходило, только когда она крайне изумлялась. Сейчас же её лицо прямо-таки источало неодобрение.
– Я всё понимаю, что скоро вы станете мужем и женой, но торопить события – плохая примета. И уж тем более скандалы и сплетни лишь подогреют ненужный интерес публики, что просто не может способствовать укреплению брака! Поэтому, дорогой мой зять, я бы попросила вас покинуть эту комнату и не тревожить мою дочь до завтрашней церемонии.
– Моему поведению нет оправдания. – Витони галантно встал с дивана и поклонился Леране.
Несколько мгновений, и он уже тихонько закрыл за собой дверь.
– Вошла в роль, и уже командуешь? – пожурила я её.
Она усмехнулась и крепко меня обняла, аж в глазах защипало.
– Я так рада за тебя, дочь моя! Я лишь не хочу для вас лишних неурядиц. Ты же знаешь, как жестока бывает пресса, вот и стараюсь предотвратить возможный скандал. Кстати, об этом, – она ловко перевела тему. – Не думаешь ли ты, что вам следует жить в графстве?
– И как ты себе это видишь?
Теперь-то мне стала понятна причина её визита. Вот уже несколько дней кряду она сокрушалась из-за принятого решения – поселиться в новых поместьях, которые старший Гридж-Стоун строит для своих сыновей. Формально легенда такая, что это свадебный подарок, реально: разделяться до тех пор, пока мы не разоблачим Дирхема Коуля, нет никакого смысла.
– Не знаю, быть может, родители Витони с радостью примут вас у себя?
– С радостью? Невестку без приданого и внушительной родословной? – била по самому больному. Но иначе нельзя. Мама мастерски умела отстаивать свою точку зрения. А уж теперь, когда проблема с залогом на наш дом была решена, она снова приобрела прежнюю жизнерадостность и бойкость.
Я попала в точку. Уверенности во взгляде моей ма чуточку поубавилось. Но сдаваться раньше времени она не собиралась.
– Вы можете снять уютную квартирку в городе…
– И стать ещё ближе и доступнее для вездесущих репортёров?
Не знаю, откуда во мне столько умения аргументировать, наверняка у Равьена заразилась. Этот за словом в карман не лез, если не сказать иначе. Умения убеждать у него на троих хватит.
Мама тем временем предприняла новую попытку:
– Во всяком случае родители Витони должны сделать вам свадебный подарок.
– И они его уже сделали, – я загибала пальцы, – невмешательством в решение сына взять в жёны неблагородную девушку, а заодно, я тебе напомню, это они погасили наш долг перед заёмщиками. О большем я и мечтать не смею.
– Ох, и правда. Очень неудобно получится, если я прямо им выскажу свои опасения.
– Подожди, а ты собиралась это сделать?
– Нет-нет, что ты… – Мамуля отсела чуточку дальше и наконец отвлеклась на листы на столе. – Чем вы тут занимались? Совместное письмо? Кому?
– Ах, да, придумывали речь.
Я поспешила перевернуть листок, чтобы не дать матушке прочесть подозрительный перечень «разрешённого» и «запрещённого». Решила закрепить результат и взять с мамы слово, что она прекратит свои попытки вмешиваться в моё решение.
– Так к чему мы пришли?
– К тому, что тебе нельзя жить в поместье Стоунов, иначе пойдут слухи. И соглашаться на какой-нибудь флигель или иное строение я не намерена. Просто решение ещё не придумала, поэтому пока временно отступлю.
– Мамуль, – я посмотрела на неё ну очень выразительно, – я лишь напомню тебе слова: «Найдёшь себе достойного жениха, и я препятствовать не стану вашему счастью, а то ты в девках совсем уж засиделась».
– И вовсе я не так говорила, – проворчала моя любимая мама. – Интонация другая была.
– Но смысл тот же. Ты обещала…
– Вся в мать, такая же упертая, – фыркнула она в ответ и обиженно откинулась на подушки. – Но я же поспорила с мистером Пеппером, и ещё слуги видели приступ моего раздражения. Предлагаешь мне совсем потерять лицо?
– О чём это ты?
– Да так, о недавнем, – отмахнулась она. – Один месяц, Лара.
– М-м-м?
– Я даю вам один месяц на то, чтобы пожить, как вам хочется, и если пойдут слухи и скандалы, ты позволишь мне вмешаться. На крайний случай, вы можете пожить у нас в доме.
Смех так и рвался наружу, но я подавила его в зародыше и позволила себе лишь улыбку.
– Не обещаю, что именно месяц, но мы точно не планируем всё время жить в поместье
