Зарий любил музыку, - в процессности музыкальной формы отражалось течение Времени. Он закрывал глаза,- и видел бесконечное множество радужных спиралей: они скручивались и раскручивались, переходили друг в друга, ритмично пульсировали. Вглядываясь в полученные из Космоса сообщения, Зарий начинал понимать их непосредственное содержание. В этой периодической системе фраз была задана Иерархия Спиралей! - спиральное развертывание галактик; спиральная эволюция элементов; спиральное строение геиокода; спиральная структур;) мышления.
Синтаксис - понятен, семантика - тоже. Теперь путем кропотливой подстановки значений надо было изучить лексику космического языка, - за этот труд взялись представители разных наук: задача требовала комплексного подхода, - в успехе ее решения никто не сомневался. Поэтому интеллект Зария сосредоточился на других проблемах,- он стал думать над тем, как составить ответное послание и отправить его ожидающему Ориону.
Зарий решил обратить на эту проблему общественное внимание. Он поставил своеобразный социологический эксперимент, опубликовав статью, где оптимистически говорил о возможности обратной космической связи. Как и ожидал Зарий, ученые раскололись на две неравные группы: мизерное меньшинство считало, что целесообразно начать изучение возможностей ответа уже сейчас, в рамках имеющихся возможностей. Но остальные решительно протестовали! - мол, Аламак еще не созрел для космического диалога. Кроме того, надо разобраться в намерениях внеаламакской цивилизации: а вдруг голос Аламака привлечет к планете враждебные силы? Это соображение стало популярным, - весть о космических братьях отнюдь не освободила многих аламакцев от чувства недоверия и подозрительности. Аламак еще не опомнился от недавних социальных конфликтов. Теперь эхо этой розни проецировалось на Космос! Однако Зарий был убежден в преодолимости подобных препятствий: он верил в силы добра, доверия и взаимности, - окончательно победив на Аламаке, дух гуманизма этически подготовит планету к прямому контакту.
Очень интересовал Зария и другой аспект дискуссии, - уже не социальный, а вроде бы чисто физический. Аламакская наука считала незыблемым известное ограничение: скорость света 300 000 км/сек является предельной. Значит, миры разобщены не только в пространстве, но и во времени. Причем эта изоляция является особенно мучительной для сознания! ведь посланье, отправленное с любым излучением, даже со скоростью света, будет идти многие годы. Иногда столетия, даже тысячелетия!
А межгалактические диалоги потребуют миллионов и миллиардов лет. Совершенно ясно, что время жизни одного поколения недостаточно для полноценной беседы. Заботиться о внуках и правнуках, вступая в диалог ради них?
Но ведь нет гарантии, что потомков будут волновать проблемы их пращуров! Отсюда - пессимизм в проблеме контакта, отсюда - философия космического умолчания.
Зарий с пристальным интересом наблюдал за переменами в настроении людей. Еще недавно аламакцы восклицали, что их тяготит космическое одиночество. Теперь, после недолгого шока, вызванного обнаружением разумных сигналов, началась явная духовная депрессия. Отворачиваясь от недоступного Космоса, люди по-новому обращались к родному Аламаку: глубже ощущали его уют и красоту. Зарий разделял эти чувства. Но его мучил вопрос: почему люди не могут развить в себе гармоническую дополнительность? Почему души колеблются между разными полюсами, но не объемлют их сразу? Зарию казалось, чго ощущение ценности Аламака вполне совместимо с тягой к Беспредельности.
Философы Аламака воскресили древние теории о полпоте малого, - через созерцание капли можно выйти в Космос, слиться с ним. Зарию всегда нравилась эта концепция,- рассматривая прекрасный цветок, он видел в нем подобие вселенной. Но ученый понимал, что в сложившейся ситуации этот эстетический культ малого является своего рода защитной реакцией ноосферы,невозможность одолеть пространство и изоляцию во времени тяготила души людей. И они искали утешение в малом!
Человечество отвернулось от дальней вселенной.
Восприятие Космоса стало как никогда противоречивым: с одной стороны, было снято ощущение космической случайности жизни и разума, но вместе с тем раздвинутость миров в пространстве и времени эмоционально оценивалась как проявление враждебных начал Космоса.
Несомненно, что такое одиночество ноосфер благоприятствует энтропии! ведь рассогласованность и разобщенность всегда были на руку хаосогенным силам.
До звезд в Орионе, окруженных аурой его туманности, было 1300 световых лет, - этим числом определялся и возраст полученных радиосообщений. Имели ли хронограммы такой же возраст? Казалось бы, сходство позывных, полученных по двум разным каналам - через радиосвязь и с помощью хроноскопа, свидетельствует о том, что они были отправлены одновременно. Но так ли это?
Как известно, ограничение скорости до 300000 км/сек касается лишь изученных нами видов взаимодействий.
Распространяется ли оно на Время? Вот над чем давно размышлял Зарий, но размышлял про себя: даже с самыми близкими друзьями он не делился своими предчувствиями. Зарий понимал, к сколь радикальной ломке всей картины мира приведет преодоление светового барьера.
Зарий любил звездное небо. Таинственное для интеллекта, оно было всецело открыто для интуиции, - а она издревле подсказывала: Космос есть органическое единство, Космос пронизан животворными токами.
Зарий высоко ценил космологию древнего мудреца Латония. Многим она казалась безнадежно устаревшей, но Зарий был убежден, что Латоний заглянул на несколько тысячелетий вперед, предвосхищая науку далекого будущего. В диалогах Латония покоряло эстетическое чувство Космоса. Философ учил, что космос суть Организм. Это не нужно было понимать в узко биологическом смысле: имелась в виду организованность и целостность Космоса.
Зарий интуитивно чувствовал, что для органичной системы необходимо очень быстрое - быть может, даже мгновенное! - взаимодействие частей. Но это невозможно для релятивистской вселенной[ Вселенная, какой она предстает в теории относительности (релятивности). ], - если скорость распространения взаимодействий не превышает 300000 км/сек, то отсюда следует, что связь между двумя крайне удаленными точками во вселенной займет сорок миллиардов лет: таков по новейшим вычислениям световой диаметр Космоса.
Это значит, что во вселенной нет единого цельного Времени!- оно раздроблено на триллионы маленьких автономных времен.
Зарий понимал, сколь глубоки и точны релятивистские уравнения, - они выводились и шлифовались гениальными людьми Аламака. Бессмысленно спорить с непреложным языком этих уравнений, - даже если интуиция подсказывает, что огромность Космоса можно объять за одно мгновение. И нет для этого познания - озарения никаких преград, никаких ограничений. Зарий обращался к опыту поэзии, - откуда в ней это чувство целокупной связи со всем Космосом? Словно импульсы наития способны распространяться с бесконечными скоростями! Тут легко возразить, - поэтическое воображение не может быть аргументом. Однако Зарий был убежден, что эстетическое освоение Космоса часто опережает выводы нерасторопной науки. Да и что мы знаем о природе воображения?-быть может, у искусства есть еще не понятые нами способы подключаться к Космосу как целому. Нельзя же считать заблуждением бесчисленные свидетельства такого подключения! Зарий вспомнил картину Синкрезия "Космос", небольшое по размеру полотно обладало магической силой: оно давало возможность одновременно пережить и Безграничность, и Целостность мира. Вначале зритель видел систему вложенных друг в друга хрустальных сфер, - этот символический образ мира Синкрезий взял из учения древнего философа-математика Гория. Войдя в глубину стереоскопического полотна, зритель ощущал себя как бы внутри огромной органической клетки, - ее микроструктуры поражали своей красотой и гармонией.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
