кусты крапивы и толстые стебли зонтичных растений. Он не понимал, где оказался и как сюда попал. Помнил лишь, что крылатое существо схватило его и подняло высоко-высоко над землёй, а потом наступило помутнение, и вот — он здесь.
Кузьма поднялся и сел. По-прежнему болела шишка на затылке, саднили плечо и нога, но уже не так сильно. Он огляделся и понял, что находится во дворе какого-то частного дома. Бревенчатая изба накренилась, её тянуло в землю, словно в могилу. Определённо, там никто не жил. За понурым штакетником и разухабистой травой виднелась зеленеющая мхом крыша ещё одного деревянного одноэтажного строения.
Поднявшись и отряхнувшись, Кузьма поправил куртку и сползшую лямку рюкзака и направился к калитке. Главное, разобраться, где оказался, а потом — думать, как выбираться отсюда.
Улица, на которую он вышел, выглядела знакомой. Чахлые очереди деревянных домов по обеим сторонам, церквушка, спрятавшаяся за зелёными кучами крон, трубы молчаливого завода вдали, неработающий продуктовый магазин с заколоченными окнами. Кузьма сразу понял, что находится в своём родном городе. В этом районе он бывал не раз. Получается, крылатый отнёс его обратно. На для чего? Поступок существа выглядел крайне загадочно.
Осмотревшись, Кузьма зашагал в направлении центра города. Времени уже много, сегодня вряд ли есть смысл куда-то ехать, а вот завтра надо попытаться ещё раз.
Родная пятиэтажка, затхлый подъезд, тесная квартира. Стрелки настенных часов по-прежнему стоят на без двух минут двенадцать. За окном качели продолжают свой бессмысленный бег.
Жанна ещё не успела собрать вещи и съехать. Всё лежало на своих местах. Она как раз скоро должна вернуться с работы, если начальство не задержит сверхурочно или в магазин не понадобится забежать. Наверное, удивится.
Замок в двери привычно защёлкал. Жанна, как вошла, первым делом заглянула в зал, где Кузьма, развалившись на диване, читал книгу, а точнее, просто держал в руках, поскольку мысли его бродили совсем в других краях, пытаясь найти ответ на вопрос, почему крылатый не убил его, а принёс обратно в город.
— Кузя? — во взгляде Жанны читались недоумение и радость; живой огонёк её глаз на миг загорелся снова. — Ты вернулся? Что-то случилось? Ты… не поедешь?
— Попуток не было. Устал торчать на дороге, комаров кормить, — Кузьма отложил книгу. — Завтра попытаюсь снова.
— Понятно, — тяжёлый вздох, и в тоне подруги снова почувствовался холод. — Ладно, как хочешь. Не понимаю только, зачем ловить попутку, когда поезд ходит и частники ездят.
— Редко они ездят: раз в два дня, кажется, а поезд и вообще раз в неделю. Ждать их, что ли, я должен?
Жанна опять вздохнула, помолчала немного и, словно нехотя, проговорила:
— Завтра поезд едет. Тебе его не придётся ждать.
— Завтра? Точно?
— Ну да. Одна женщина с работы к родственникам собралась в Иркутск. Как раз завтра уезжает.
— Это же просто отлично! Поеду, значит, на поезде, как нормальный человек.
— Вот именно.
— Да не убивайся ты так. Всё нормально будет, — оживился Кузьма, обрадованный тем, что появился быстрый и надёжный способ добраться куда надо.
— Разумеется, нормально. Как ещё должно быть? — Жанна продолжала демонстрировать холодную обиду.
— А, может, кино вместе посмотрим? Не сидеть же просто так весь вечер?
В третий раз Жанна вздохнула, подумала, а затем грустно улыбнулась:
— А у тебя осталось то, что мы ещё не смотрели?
— Нет, не осталось. Мы все пересмотрели по несколько раз. Придётся идти на новый круг.
— Давай. Только чур я выбираю. И вначале ужин надо приготовиться, не будем же мы голодные сидеть весь вечер.
Старый компьютер до сих пор находился в рабочем состоянии. На жёстком диске хранилось много старых фильмов, оставшихся с прежних времён. Новых давно никто не снимал. Пять лет не было премьер в кинотеатрах, и не появлялось дисков на полках магазина, интернет и вовсе отсутствовал. Чтобы скоротать время, приходилось пересматривать то, что есть.
* * *
Поезд отходил на следующий день после обеда. Старый закопчённый тепловоз тащил всего четыре вагона, но даже в них оставалось полно нераспроданных мест.
Кузьма пришёл на вокзал заранее и купил билет, который показал проводнице, что стояла с безразличным видом на перроне.
В вагоне почти никого не было, и лишь в дальнем конце глухо бубнили несколько мужских голосов. Но время отправления близилось, и народ начал подтягиваться. Пассажиры загалдели, зашуршали одеждами, загремели полками и вещами.
В купе, где сидел Кузьма, ввалился румяный здоровяк с добродушным, немного детским лицом. Он кинул спортивную сумку на верхнюю полку.
— Здорова. Ты в Иркутск? — спросил он без лишних церемоний и уселся напротив.
— В Иркутск, верно, — ответил Кузьма. — А ты?
— Туда же. Областные соревнования по боксу будут. Вот, решил поехать.
Кузьма слышал, что в Иркутске до сих пор проводятся какие-то соревнования. Бокс, футбол, ещё что-то. Это хорошо, народу хотя бы заняться есть чем. Лучше на ринге друг другу морды бить, чем на улице. Кузьма кинул быстрый, оценивающий взгляд на могучую фигуру собеседника. С таким ссориться не следует, а то одной левой уложит.
Что-то знакомое было в этом человеке. Кузьма его где-то видел, а где — забыл. Хотя чему удивляться? Людей в городе живёт мало; наверняка пересекались где-нибудь на улице. Фигура колоритная, запомнилась.
— Спортсмен, значит. Это хорошо, — проговорил Кузьма. — Как звать?
— Саша, — здоровяк протянул крепкую широкую ладонь.
— Кузьма, — представился Кузьма, пожимая руку попутчика.
— Слушай, а я тебя видел где-то. Лицо как будто знакомое.
Надо же, и он тоже помнит. Значит, точно встречались. Кузьма пожал плечами:
— Я тебя тоже где-то видел.
— Ты, случаем, не у нас на ГЭС работаешь?
— Нет. Я до недавнего времени в народной дружине служил на постоянке. Мы улицы регулярно патрулируем. Могли увидеться где-нибудь.
— А, так ты мент, значит?
— Типа того. Хотя у нас скорее военная организация…
— А я на ГЭС монтажником работаю.
— Отлично.
Повисла неловкая пауза.
Парень работал на ГЭС — ничего удивительно. Здесь почти все работали на ГЭС. Больше негде было. Все предприятия закрылись, кроме ГЭС и хлебозавода. Оставались, конечно, и коммунальные службы, и администрация, банк, почта и даже местная газета, но всё это не могло обеспечить работой такое количество народу.
Более мелкие города и сёла давно опустели, а оставшиеся жители перебрались туда, где народу побольше и есть чем заняться. А этот пока держался, в основном из-за ГЭС. Та до сих пор вырабатывала энергию и давала рабочие места.
Кузьма с трудом представлял, что будет, если ГЭС вдруг остановится из-за какой-нибудь поломки, а запчастей не окажется, поскольку их, скорее всего, уже никто не производит. Тогда все
