настоящая территория Кмабирийских болот.
Возле крепости тоже время от времени восставали скелеты, но разрозненно, по одному и не больше, чем пять-шесть штук за сутки. Дозор стены их уничтожал.
Скелеты в этой части болот не заставили себя долго ждать. Они поднялись из мутной воды бесшумно, словно призраки. Ржавые доспехи, пустые глазницы, истлевшие обрывки древней формы. Немного, около двух десятков.
Мои новые маги замерли. Воррак, менталист, побледнел и сделал шаг назад. Астурий, маг молний, начал заикаться ещё сильнее обычного. Страх парализовал их.
Я не стал ждать. Мой клевец со свистом рассёк воздух и разнёс череп ближайшего скелета в костяную крошку. Останки с плеском рухнули обратно в болото.
— Хайцгруг, стоять! — мой голос прозвучал ровно и спокойно. — Это их работа.
Орк, хотя и изготовился атаковать, согласно кивнул. Постепенно он учился тому, что такое дисциплина и что личная отвага может здорово мешать общей картинке боя.
Я повернулся к магам.
— Вы теперь не заключённые, вы боевые маги армии Штатгаль. Вы — сила. Так покажите мне её и не бойтесь того, что что-то пойдёт не так. По сути, у нас тут боевые учения.
Через Рой я приказал Ворраку немного добавить всем уверенности, но не чрезмерно, не до эйфории.
Первым опомнился Мастан. Орк взревел, и с его рук сорвался поток пламени. Он был неуклюжим, слишком широким и большая часть просто разогнала туман, однако даже и так он поджёг сразу троих скелетов. Они запылали, как факелы, и потеряли ориентацию.
Его поддержал Тиль, метнув более точный и концентрированный огненный шар.
Это послужило сигналом для остальных. Мирэнн, эльф-геомант, ударил ладонями по трясине. Перед нашей группой начала расти стена из грязи, камней и корней. Она получилась кривой, неравномерно, но свою функцию выполнила, отсекая нас с трёх сторон примитивным грязевым валом и заставляя скелетов атаковать только в лоб.
Свен, северянин, выдохнул облако ледяного пара. Поверхность болота перед земляным валом покрылась коркой льда. Наступающие скелеты начали скользить, их движения стали медленными и неуклюжими.
— Н-на, п-получи! — выкрикнул Астурий.
Между его ладонями заплясал синий шарик, который он метнул в толпу врагов. Молния не послушалась мага и ушла вверх, чтобы разрядиться грохотом у нас над головами.
Ну да, не всё сразу.
Однако он кинул ещё и ещё, а с четвёртой попытки ударил в центр группы, раскидав нескольких скелетов и на мгновение ослепив всех вокруг.
В том числе и нас, у скелетов же нет сетчатки.
Глава 4
Гармония
Воррак, видя успехи товарищей, окончательно взял себя в руки. Он сконцентрировался, и я почувствовал, как по рядам скелетов прошла волна ментального диссонанса. Они не могли испытывать страх, но их координация нарушилась. Некоторые замерли на месте, другие начали бесцельно размахивать оружием.
Дорган, гоблин-целитель, пока оставался без дела. Его дар был не для атаки. Он стоял наготове, его маленькие глазки внимательно следили за каждым из нас.
Я мог бы командовать ими при помощи Роя, но тут дело не только в командной работе и слаженности, а в том, чтобы не дрейфить при атаке.
Как в старом анекдоте — что главное в танке? Не броня и гусеницы, а не напукать со страха.
Действия этой «бригады народного гнева» постепенно стали отдалённо напоминать слаженную работу. Неуклюжую, грубую, но работу. Огонь Мастана и Тиля сжигал врагов. Лёд Свена замедлял их. Молнии Астурия вносили хаос (в том числе и в наши ряды). А земляная стена Мирэнна позволяла нам контролировать поле боя.
Хайцгруг и его парни прикрывали группу магов и некоторых слишком ретивых скелетов прибили, действуя чётко и без лишних движений.
Примерно через три четверти часа всё было кончено. Последний скелет рассыпался под огненным шаром Тиля. Вокруг дымилась земля, пахло озоном и горелой костью.
Маги тяжело дышали. Они были покрыты грязью от брызг после взрывов Астурия, их лица блестели от пота. Но в их глазах больше не было страха. Там горела уверенность. Они смотрели на свои руки, на результат своих магических действий и на их лицах появлялось что-то наподобие уважения к себе.
— Неплохо для первого раза, — констатировал я. — Возвращаемся в крепость.
Обратный путь прошёл в молчании. Но это было другое молчание, не гнетущее, а оптимистично-задумчивое, с неким самоанализом.
Им ещё предстоит принять свою новую «суперменскую» природу, чтобы потом её развить.
У ворот крепости нас ждал Фомир. Он бросился к своим подопечным, осматривая каждого с головы до ног.
— Все целы? Никто не ранен?
Убедившись, что потерь нет, он искоса бросил на меня пару сердитых взглядов, с облегчением выдохнул и повёл их в сторону столовой.
— Вам нужно поесть и отдохнуть. Молодцы. Вы все молодцы.
Я хмыкнул, но промолчал. Вот оно как, циничный хохотун Фомир превратился в заботливую наседку. Забавно.
Вечером я остался один в своём крошечном кабинете в главной башне. Зажёг пару свечей. На столе лежал большой лист пергамента. Я достал старую карту болот, которую позаимствовал у Фомира. Картографом я не был, но никого кроме себя, для таких целей у меня тоже не было. Придётся самому.
Размяв пальцы, начал аккуратно перерисовывать карту, делая вчетверо более подробную и обновлённую версию. Вот Болотный тракт, древняя дорога, пересекающая топи. Вот остров Штатгаль. Я обвёл наш укрепрайон и подписал его: «Крепость № 1». Я был уверен, что она будет не единственной.
Затем я взял угольный карандаш и линейку. Моя рука начала делить всю карту болот на ровные квадраты. Системный подход. У любой территории есть ресурсы. У любой системы есть правила. А у этих болот был огромный потенциал, который просто нужно было правильно освоить. И монетизировать. Моей армии требовались деньги, очень много денег. А у меня только много здоровенных жлобов с дубинами, болота и скелеты на ней.
* * *
Расход ценнейших артефактов заставлял Фомира мрачнеть. Он стоял передо мной, пересчитывая оставшиеся Плащи Новичка, и его лицо выражало вселенскую скорбь бухгалтера, совершающего очередной платёж, что приводило к уменьшению количества денег на счёте.
— Восемь, Рос. Мы сожгли восемь плащей. Один на Тиля, один на Тайфуна, шесть на вчерашнюю группу. У нас осталось всего двадцать два.
Он с такой тоской посмотрел на открытый ларец, в котором аккуратно лежали оставшиеся артефакты.
— Это невосполнимый ресурс. Когда они закончатся, наш конвейер по производству магов остановится.
Я положил руку ему на плечо.
— Фомир, ты и сам можешь инициировать людей. Тех, у кого есть Искра.
— Могу, — не стал
