Конвейер
Из строя кандидатов вышел орк. Массивный, как наковальня, но его фигура двигалась с неожиданной для таких габаритов лёгкостью. В прошлой жизни Мастан был кузнецом, пока не попал в тюрьму за драку со стражниками, покалечив троих. Его связь с огнём была почти осязаемой.
Он пробормотал что-то религиозное про прародителя Григгаса и без колебаний шагнул в центр круга.
Фомир кивнул Ластриону. Полуэльф, сосредоточенный и тихий, прикоснулся к одному из камней в контуре. Рисунок вспыхнул мягким оранжевым светом.
Мастан замер. Воздух вокруг него начал уплотняться, дрожать, как над раскалённой жаровней. Затем из контура стало формироваться невесомое и не жаркое пламя. Языки огня заплясали по его коже, щетине, одежде, но не причиняли никакого вреда. Орк стоял неподвижно, чуть запрокинув голову, его глаза были закрыты. Он не выглядел испуганным и тем внушал спокойствие другим кандидатам. Так они будут понимать, что, хотя ритуал смертельно опасен, Фомир всё контролирует и процесс пройдёт спокойно.
Пламя становилось всё ярче, пока не превратилось в ревущий огненный кокон. Солдаты на площади опасливо ахнули. Некоторые осторожно отступили на шаг.
Затем так же внезапно огонь опал, буквально втянувшись в тело орка. Он открыл глаза и мне показалось, что в их глубине плясали оранжевые искорки. Мастан медленно поднял руку, и на его ладони вспыхнул, закрутился маленький огненный шар. Статический файербол.
— Неплохо, — пробормотал Фомир, вытирая пот со лба. — Очень неплохо. Чистая стихия.
Я мысленно поставил галочку. Пирокинетик. Штурмовая магия, уничтожение укреплений, огненные заграждения. Классическая артиллерия.
— Следующий по списку Воррак, — скомандовал я.
Маги суетились, проводя подготовку. На первый ритуал ушло от силы шесть-восемь минут (тут мне здорово не хватало часов с секундомером).
На смену орку вышел невзрачный человек средних лет. Бывший мошенник, чьим главным талантом было умение втереться в доверие. Его сила была не в кулаках, а в языке. Рой показывал, что его дар убеждения, который в итоге привёл его на каторгу, имеет магические корни.
Ритуал для него был иным. Никаких спецэффектов. Ластрион использовал другие компоненты, и контур засветился едва заметным, серебристым светом. Воррак вздрогнул и даже позволил себе лёгкий вскрик, и по крепостной площади прокатилась невидимая волна… Сначала это было лёгкое беспокойство, заставившее солдат вокруг нервно переглядываться. Затем оно сменилось внезапным приливом уверенности и спокойствия.
Я ощутил это даже на своём помосте. Мой разум, защищённый божественным даром, блокировал воздействие, но я смог проанализировать его привкус. Ну что, он менталист, спец по манипуляции. Управление эмоциями толпы.
Воррак спокойно стоял, довольно поглядывая на солдат. Хотя явно он сам не понимал, что делает.
— Попробуй напугать их, — приказал я.
Он посмотрел на меня, потом на толпу. Сконцентрировался. И снова волна. На этот раз холодная, липкая. Паника. Солдаты попятились. Орки оскалилсь, люди выкрикивали мат и прогнулись как от ударной волны. В их глазах появился животный страх. Кто-то даже подумал о том, чтобы бежать. Я видел это через Рой.
— Достаточно.
Воздействие прекратилось. Воррак тяжело дышал.
— Что… что это было? — прохрипел он.
— Твоё новое оружие, — ответил я. — Будешь сеять панику во вражеских рядах или поднимать боевой дух наших. Ценнейший навык, будешь его тренировать.
Фомир скептически хмыкнул, но промолчал. Он предпочитал магию, которая укладывается в каноны, которую можно увидеть и потрогать. Но наша реальность постепенно делала его более гибким. Я же видел потенциал. Один такой специалист мог ослабить боеспособность целого полка без единого выстрела.
Третьим был эльф Мирэнн. Лесной житель, охотник, попавший в тюрьму за браконьерство в королевских угодьях. Как многие эльфы, он не признавал человеческую власть, продолжая охоту и жизнь так, как считал нужным, что тоже привело его в тюрьму.
Его связь с землёй была врождённой.
Ритуал для него окрасил контур в глубокий зелёный цвет. Земля под ногами эльфа едва заметно задрожала. Он опустил ладонь, коснулся пыльной поверхности плаца. И из земли, словно клык, вырос каменный шип высотой по колено. Затем ещё один, и ещё. Через минуту перед ним уже была небольшая, но вполне реальная баррикада.
— Вот, у меня есть теперь читерский сапёр, — констатировал я. — Мгновенное создание укреплений, рвов и ловушек. Отлично.
Дальше шёл Астурий. Человек, которого преследовали неудачи. Его биография в Рое читалась как сборник анекдотов. Его однажды ударила молния, после чего он начал заикаться. В тюрьме в его руках ломалось всё, к чему он прикасался. Мы с Фомиром предполалаги, что это не неудача, а неконтролируемое притяжение энергии, причём не абстрактной, а понятной мне — электричеству.
Когда Ластрион активировал ритуал, воздух затрещал статикой. Волосы на руках встали дыбом. Астурий дёрнулся, как от удара, но на этот раз не упал. Он выстоял, и между его ладонями заплясал маленький, яростно-синий шарик чистой энергии. Шаровая молния.
— Сразу пробуй, — велел я.
— Н-на к-ком? — заикаясь, спросил он.
Я указал на тренировочное чучело в дальнем конце площади. Астурий с усилием метнул шар. Тот пролетел пятьдесят метров и… промазал. Астурий был у нас мазилой.
К счастью шарик, а это была магическая шаровая молния разрядилась в воздухе. Раздался оглушительный треск. Чучело разнесло в щепки. Даже не особенно точный, он всё равно поразил цель. А меткость… Ну что, будем тренировать.
Классический боевой маг. Нестабильный, но мощный. То, что нужно.
Пятым был гоблин Дорган. Дорган был вором, но при этом и добрым гоблином, который даже при поимке сразу во всём признался.
Работать он не хотел или не умел, поэтому воровал, но при этом сочувствовал всему живому.
Ритуал для него был тихим и спокойным. Контур светился мягким, тёплым светом. Дорган опустился на колени (и тут он отклонился от инструкции, все остальные принимали ритуал стоя) и коснулся чахлого кустика, пробившегося между камнями кладки. На глазах у всей армии кустик выпрямился, его листья налились соком и зазеленели.
— Лекарь, — прошептал Фомир с уважением. — Слабоватый, зато универсальный.
Я кивнул. Он мог лечить не только разумных, но и животных, и даже растения. Не факт, что это нам пригодится, но перспективы есть.
Последним был Свен. Северянин, похожий на викинга из старых земных фильмов. Огромный, бородатый, ему разрешили оставить бороду, временно приравняв к гномам, молчаливый.
Бывший разбойник и наёмник, осуждённый за убийство и то, что оказался в военном конфликте не на той стороне. К сожалению, у него не было особенных боевых навыков или знаний «на инструктора». Зато он был суров и от него веяло холодом.
Его инициация заморозила воздух. На земле вокруг него образовался слой инея. Свен
