– А какие улики нашли вы? – спросил он наконец. – Давайте обменяемся. Никак не могу взять в толк, откуда вы все обо всем пронюхали. Вы не должны были ничего знать, ни единой крошки.
– Мы знаем больше, чем вы думаете, – с загадочным видом произнес Фатти. – Это очень трудное дело… захватывающе интересное.
– Скажите мне про ваши улики, – повторил мистер Гун. – Будет лучше, если мы обменяемся, как я сказал. И всегда говорю: надо помогать, а не мешать друг другу.
– А куда же я дел эти улики? – сказал Фатти и полез в свои огромные карманы. С минуту покопавшись в них, он извлек оттуда живую белую крысу и с недоумением посмотрел на нее. – Это вот и есть улика? – спросил он остальных ребят. – Я что-то не могу вспомнить, Удержаться от смеха было просто невозможно. Бетси взорвалась восторженным хохотом. Мистер Гун обалдело смотрел на живую «улику».
– А ну, убирайтесь вон! – приказал он царственным жестом, подняв руку. – Только бы все обсмеять. Тоже мне детективы! Тьфу!
– Какое милое слово! – заметила Бетси, когда они с хохотом уходили прочь. – Тьфу! Тьфу, Пип! Тьфу, Фатти!
ТАЙНОИСКАТЕЛИ РАЗРАБАТЫВАЮТ СВОЙ ПЕРВЫЙ ПЛАН ДЕЙСТВИЙ
В тот день все пили чай у Фатти. Миссис Троттевилл не было дома, и дети устроили чаепитие в маленькой комнатке Фатти. Сейчас здесь было еще тесней от разложенных повсюду вещей для переодевания, париков и прочего. Ребята, прыгая от восторга, разглядывали сине-белый полосатый фартук подручного мясника, костюм мальчика-лифтера, дополненный фирменной фуражкой с длинным козырьком.
– А куда ты собираешься идти в костюме лифтера? – спросил Ларри.
– Никогда нельзя знать, мало ли какая будет ситуация, – ответил Фатти.
Книжный шкаф Фатти был битком набит детективными романами. Он прочел все, что мог найти и купить.
– Очень много взял оттуда идей и подсказок. Считаю Шерлока Холмса одним из лучших детективов. А какие замечательные тайны ему доставались! Даже я, скорее всего, не смог бы их раскрыть!
– Ну, ты и воображала! – сказал Ларри, примеривая рыжий парик. Он ему очень шел. – А как ты делаешь себе веснушки?
– Специальным гримом, – сказал Фатти. – Вон там у меня коробки с гримировальными красками, ну, вы знаете, чем артисты театра красятся. Как-нибудь я попробую загримироваться девочкой. И нагоню на вас такого страху!
– Ах! Нагони, пожалуйста, страху и на Пошлипроча, – умоляющим голосом попросила Бетси. – Дай и мне померить этот парик! Ларри! Ну дай!
– Ну ладно, хватит! Пора заняться нашим планом действий, – сказал Фатти и вынул из кармана красивый золотой карандаш.
Пип обомлел.
– Вот это да! Неужели из золота?
– Конечно, – небрежно сказал Фатти. – Я выиграл его в прошлом году в конкурсе на лучший очерк. Разве я вам не рассказывал? Замечательный был очерк, в нем я…
– Ясно, ясно! – хором перебили его Ларри и Пип. – Мы верим тебе на слово!
– У меня и в этом году получилось прекрасное сочинение, – продолжал Фатти. – А как у тебя, Пип?
– А у меня не получилось, и ты знаешь об этом. Слышал, как моя мама меня ругала? И вообще, перестань цепляться.
– Давайте все-таки поговорим о нашей новой тайне, – вмешалась Дейзи, чувствуя, что вот-вот может вспыхнуть ссора. – Начинай записывать! Переходим к делу.
– А чем я занимаюсь? – надменно произнес Фатти. И, открыв свой изящный блокнот в кожаном переплете, он маленькими красивыми буквами стал выводить на первой странице заголовок. Все внимательно следили за тем, что у него получается.
ТАЙНА. НАЧАТО 5 АПРЕЛЯ
– Ой, как здорово, – воскликнула Бетси.
УЛИКИ – было следующим словом наверху страницы.
– Но у нас еще нет ни одной, – сказал Пип.
– Скоро будут, – уверенным тоном сказал Фатти и, перевернув страницу, вывел: ПОДОЗРЕВАЕМЫЕ.
– Этого мы тоже не знаем, – сказала Дейзи. – И вообще не знаем, что мы будем дальше делать, что и как искать.
– Предоставь это мне, – сказал Фатти. – Скоро нам придется как следует поработать.
– Мы согласны, но что конкретно надо делать? – спросил Пип. – Ведь не будем же мы искать отпечатки пальцев, или окурки, или выпавшие носовые платки и что там еще ищут. Просто не представляю, какие в этом деле могут быть улики.
– Ну, одна, и очень важная, уже имеется, – сказал Фатти.
– Какая? – разом воскликнули все.
– Анонимное письмо, – сказал Фатти. – Очень важно на него взглянуть. Исключительно важно!
– А у кого оно? – спросил Ларри.
– Наверное, у вашей мамы, – ответил Пип.
– Скорее, все-таки у Глэдис, – сказал Фатти. – Вот первое, что мы должны сделать. Отправиться к Глэдис и расспросить ее, знает ли она, а если нет, догадывается ли, кто бы мог написать это письмо. Надо также посмотреть, что в нем написано.
– Поехали прямо сейчас, – сказал Пип. Он всегда любил с ходу выполнять принятое решение.
– Поехали! – сразу же согласился Фатти. – Говори куда.
– Но я не знаю, где она живет, – растерялся Пип.
– Ха? Я так и думал! – сказал Фатти. – Так что, Пип, придется тебе это выяснить. Вот первое, что нам надо сделать: узнать, где живет Глэдис.
– Я могу сначала спросить маму… – неуверенно начал Пил.
– Ну, не будь же таким идиотом? – оборвал его Фатти. – Пошевели мозгами! Ты прекрасно знаешь, что твои родители не хотят, чтобы мы вмешивались в это дело, поэтому и мы должны работать втемную Ни в коем случае ни о чем не спрашивай маму. И миссис Мун тоже. – А как же мне тогда узнать адрес? – недоумевал Пип.
– А я знаю как, а я знаю как, – запела вдруг Бетси. – Глэдис давала мне книжку почитать, а я не успела ее вернуть. Могу теперь пойти к миссис Мун, сказать про книжку и попросить адрес, чтобы отослать по почте.
– Умница! – воскликнул Фатти. – Растешь прямо на глазах. Может, ты лучше Пипа справишься с этим заданием.
– У меня тоже возникла идея, – с обидой сказал Пип.
– Какая? – спросила Бетси.
– Беру листок бумаги, запечатываю его в конверт, пишу на нем имя Глэдис, наш адрес и опускаю в почтовый ящик. Мама получит письмо и переадресует его, а я буду начеку и посмотрю на этот адрес, когда мама положит конверт в холле на столик для почты.
– Молодец, это тоже очень хорошая идея, – сказал Фатти. – Я бы сам лучше не придумал. Поднимаемся в высший класс, Пип.
Пип расплылся в улыбке.
– В общем, мы с Бетси начнем осуществлять каждый свою идею, и кто-нибудь из нас добудет адрес Глэдис.
– Вот лист бумаги и конверт, – сказал Фатти. – Только измени свой почерк.
– Зачем? – удивился Пил.
– Непонятно? Поскольку твоя мама каждую неделю получает от тебя письмо из интерната, есть большая вероятность, что она узнает твой почерк и очень удивится, чего это ты пишешь сюда Глэдис, если Глэдис уже здесь нет, – терпеливо, усталым голосом пояснил Фатти.
– Фатти все предусматривает заранее, – с восхищением заметила Дейзи.
Пип, конечно, сразу же все понял, но засомневался, сможет ли достаточно умело изменить свой почерк.
– Ладно, давай сюда, я сам напишу, – сказал Фатти, который, судя по всему, мог так же легко изменять свой почерк, как изменял внешний вид и голос.
Он взял конверт и под восхищенными взглядами ребят написал мелким, взрослым, совершенно не похожим на собственный, почерком имя, фамилию Глэдис и адрес Хилтонов.
– Вот так! – сказал он. – Элементарно, дорогой мой Пип.
– Потрясающе, мистер Шерлок Холмс! – сказал Пип. – Нет, честно. Толстяк, ты просто чудо! Чего только ты не умеешь делать!
– Все умею, – сказал Фатти. – Хотите покажу, как пишет какая-нибудь старушка уборщица? Вот смотрите. – И он написал несколько слов корявыми, нескладными буквами.
– Ой, так миссис Коклз пишет! – радостно воскликнула Бетси. – Она иногда оставляет записку молочнику, ну, к примеру: «ДВЕ ПИНТЫ» или еще что. Так вот, это как две капли похоже на ее почерк!
– Ну, а теперь попробуй покажи, как пишет Пошлипрочь, – попросил Ларри. – Ну, давай! Какой у него почерк?
