А все потому, что знать подлинную историю собственной страны этим гражданам категорически не хочется. Будь иначе, хоть кто-нибудь из них выбрался бы в Румянцевскую библиотеку. Оторвался бы от затяжных боев в твиттере и погрузился в удивительный мир пожелтевших газет времен Гражданской войны. И читал бы он с удивлением номер «Известий» от 23 февраля 1919 года. В нем содержится огромная статья Троцкого с указанием всей Рабоче-крестьянской армии, как действовать в эту непростую эпоху. Читатель узнал бы наконец, что никаких парадов в честь защитников Отечества тогда не проводилось. Потому что тот же Троцкий презрительно обозвал их «шагистикой» и «зрелищем для обывателя». А армия в тот момент была нужна для совсем другого.
Больше того, потом сделали перерыв на целых три года. Снова отметили день РККА только в 1922 году, даже парад провели. Было что праздновать без всякой низости Дыбенко. О ней, кстати, никто тогда не забывал. Первый красный офицер маршал Ворошилов в 1935 году в праздничной статье окончательно поставил точку в этой истории: «Приурочивание празднества годовщины РККА к 23 февраля носит довольно случайный и трудно объяснимый характер и не совпадает с историческими датами».
Теперь переходим непосредственно к созданию Рабоче-крестьянской армии. Той самой, которая сжимала властно свой штык мозолистой рукой. Никакого Ленина, Сталина или Ворошилова в тот исторический момент на авансцене не наблюдалось. Исполнил все один Троцкий. Сомневающихся я отправляю в увлекательное путешествие по газетам Советской России первых лет пребывания коммунистов у власти. Вы с удивлением узнаете, что именно Льва Давидовича пропаганда рассматривала как единственного и неповторимого вождя Красной армии. Точно так же считали во всем мире. Западная печать называла его «военным лидером большевизма».
Троцкий блестяще справился с задачей. Правда, только на внутреннем фронте. Попытка экспансии революции через советизацию Польши провалилась, хотя вины самого создателя армии в этом нет. Ответил за разгром на Висле лично «красный Бонапарт» Тухачевский. Его предупреждали, но упрямство Михаила Николаевича множилось на его самовлюбленность, что привело к закономерной катастрофе. Впрочем, положение большевиков внутри России не пошатнулось – во многом благодаря заслугам Троцкого.
У него была тогда воистину необъятная власть. Сначала старые члены партии относились к нему настороженно, потом начали завидовать, а закончилось все это, мягко говоря, недолюбливанием Троцкого. Успешным всегда завидуют. Эту человеческую черту даже большевики всеми своими многочисленными декретами упразднить не смогли. Скорее напротив, они ее в какой-то степени культивировали – что Зиновьев, что Сталин, что Ворошилов. Каждый из них вступил с создателем Красной армии в жесткую конфронтацию в годы Гражданской войны. Тогда одолеть Троцкого у них не получилось. Время еще не наступило.
Наполеон однажды заметил, что в его отсутствие творятся одни глупости. Гитлер, руководя армией, проводил бесконечные пустопорожние совещания. Сталин любил в задумчивости слушать своих соратников. Всем им, с точки зрения управления вооруженными силами, было далеко до Троцкого.
Тот выстроил уникальную систему. Такого не было ни до, ни после него. На два с половиной года он поселился в вагоне, без устали разъезжая по фронтам Гражданской войны. Легендарный «поезд председателя Реввоенсовета республики» отправился в путь в ночь с 7 на 8 августа 1918 года и совершил 36 рейсов протяженностью 106 тысяч километров. «На хозяйстве» в Москве все это время оставался заместитель Троцкого Эфраим Склянский, которого сам создатель Красной армии называл «превосходной человеческой машиной, работавшей без отказов и перебоев». Иначе и быть не могло. Нарком много требовал от других, но еще больше спрашивал с себя. Это вам не сибариты эпохи Временного правительства. Тут не люди, а действительно машины, неизменно приносящие результат.
Троцкий был педантом, и поэтому организация поезда была продумана в мельчайших деталях. Ничто не укрывалось от пристального взора «демона революции». Он не допускал ошибок. Он их предвидел и избегал. Вместе с ним по фронтам мотались более 200 сотрудников, в том числе 30 латышских стрелков для охраны и 37 агитаторов. Имелся даже собственный революционный трибунал – для тех, кто не способен был понять и принять правила новой жизни. Или вздумывал заняться «партизанщиной».
Л. Д. Троцкий.
Подлинный создатель Рабоче-крестьянской армии
Его боялись и свои, и чужие. Троцкий был начисто лишен сантиментов. Например, перед выездом в Свияжск он издал показательный приказ: «Врагам народа, агентам иностранного империализма и наемникам буржуазии пощады не будет. В поезде Народного Комиссара по военным делам заседает Военно-Революционный Трибунал, который снабжен неограниченными полномочиями по отношению к полосе железной дороги, объявленной на военном положении. Со своими нерадивыми и преступными слугами Советская Республика будет расправляться не менее сурово, чем со своими врагами». И если находился кто-то сомневавшийся в решительности Троцкого, он очень быстро жалел о своей ошибке. Если, конечно, оставался к тому моменту в живых.
У Троцкого был не только кнут в виде расстрелов, но и вагон пряников. В прямом смысле этого слова. Целый вагон занимали 180 пудов шоколадных конфет, которыми поощрялись наиболее отличившиеся в боях. Это не считая бесчисленных портсигаров, часов, портмоне и прочих красных революционных шаровар. Иногда подарки заканчивались. Были случаи, когда Троцкий отдавал героям Красной армии свои собственные часы и личное оружие. Он умел произвести на людей нужное впечатление. В 1919 году на митинге в Киеве он неожиданно для всех выдал: «Не смеет враг топтать землю матушки-Руси». Подобная лексика привычно звучала из уст, скажем, Деникина. Но от председателя Реввоенсовета республики слышать такое было удивительно. Это был мастер экспромтов и политик с большой буквы. Именно этим объясняется решение Троцкого привлечь к строительству армии бывших царских офицеров.
Э. М. Склянский.
Заместитель Троцкого в Реввоенсовете республики, один из творцов победы красных в Гражданской войне
Мятеж чехословацкого корпуса не оставил большевикам выбора. Ленин и Троцкий хорошо понимали, что без профессиональных вооруженных сил не то что мировую революцию не устроишь, но и власть в России потеряешь. Причем очень быстро. Именно поэтому большевики приняли решение начать создавать армию по всем правилам – от введения единоначалия до мобилизации. Немногие сегодня знают о том, что это противоречит программным установкам самого Ленина. Он еще в 1917 году в классической работе «Государство и революция» обосновал необходимость замены постоянной армии на всеобщее вооружение народа. Не стоит забывать и демографический фактор. В России тогда большинство составляли крестьяне, которые по ленинской же оценке являлись «мелкой буржуазией». Но настоящий политик тем и отличается от дилетантов, что способен осознать и начать исправлять собственные ошибки.
Очень быстро Ленин с Троцким пришли к пониманию того, что без профессионалов армию не построишь. Слесарь с 10 годами стажа подпольной революционной борьбы может быть прекрасным агитатором широких масс, но успешно разрабатывать и, главное, осуществлять военные операции он не сумеет. Для этого нужны выпускники Академии генерального штаба. Понятно, что на 90 % это отъявленная «контра», но других нет и в среднесрочной перспективе не предвидится. Поэтому придется иметь дело с «золотопогонниками». Их вполне достаточно, можно выбирать самых покладистых. Желательно, ориентируясь на социально близкое происхождение, то есть из крестьян. В годы Первой мировой многие выходцы из сельской бедноты стали так называемыми офицерами военного времени.
Троцкий берется за дело. Провозглашает привлечение офицерского корпуса бывшей Русской императорской армии в РККА. Стремительный поворот на 180 градусов, поскольку до этого тех самых офицеров преследовали и уничтожали как бешеных собак. В лучшем для них случае их бросали в подвалы многочисленных «чрезвычаек», где они находились на положении заложников. Убьют где-нибудь видного революционера – большевики в отместку расстреляют десяток офицеров. Им не важно, что лично эти полковники и штабс-капитаны никакого отношения к террору не имели. Просто происхождением не вышли.
Председатель Реввоенсовета устанавливает новые правила игры в условиях диктатуры пролетариата.
В конце июля 1918 года вводится принудительная регистрация бывших офицеров и военных чиновников. Возрастной ценз строгий – от 21 до 26 лет.
