Глава 4
Лекси
МНЕ НРАВИТСЯ БЫТЬ в объятиях Калеба, в безопасности и тепле.
Последние пять лет были сущим адом, когда я думала о нем и только о нем. Калеб сумел проникнуть мне под кожу, и отсутствие его было бесконечным адом.
Когда я услышала, что он приезжает сюда, мне захотелось надавить на него и заставить страдать за то, что он уехал пять лет назад и никогда не оглядывался назад. Мне было так больно, что я избегала рождественских вечеринок, только чтобы позже понять, что он делал то же самое.
Когда он был передо мной, я хотела всего этого. Испытывая отчаянную потребность, я раздвинула все его границы и раскрыла свои секреты.
Мое сердце переполнено осознанием того, что Калеб прекрасно подыграл игре.
Я улыбаюсь, вдыхая аромат его одеколона, смешанный с ароматом кедра из подвала — у меня от него кружится голова.
Калеб гладит меня по волосам, и это ощущение убаюкивает меня. Я не хочу упускать ни одного момента с ним. Я боюсь, что если я отпущу себя и закрою глаза, я проснусь, и все это закончится. Я снова окажусь в пустоте без него.
— Ну, это было… — я замолкаю, не зная, что сказать.
Я не ожидала, что быть с Калебом, на самом деле быть с ним — такой обнаженной, незащищенной и честной — заставит меня так стесняться.
Я отодвигаюсь, пытаясь высвободиться из его рук, чтобы собрать свою одежду. Возможно, все это было ошибкой. Нам все еще нужно разобраться с моей матерью и его братом. Этого не может случиться, не так, как я хочу. Все, чем я буду, это сексуальное завоевание, благодаря фотографиям, которые у него есть. Он будет хвастаться перед своими приятелями, деловыми партнерами или кем угодно еще.
— Эй. — Калеб хватает меня за руку.
Его взгляд задерживается на моем лице, пока мы смотрим друг на друга.
— Что происходит в этой хорошенькой головке? — он заправляет прядь волос мне за ухо.
— Что мы делаем, Калеб? Это так неправильно на стольких уровнях. — мой тон прерывается, когда слова срываются с языка.
Калеб нежно проводит по моим губам подушечкой большого пальца.
— Ты сожалеешь об этом? Послушай, Лекси, каким бы замечательным ни был весь этот грязный секс, мне он не нужен. Если это то, что заставляет тебя нервничать, будь спокойна. Мне это не нужно. Мне просто нужна ты. Я чертовски устал отрицать свои чувства. Я чертовски устал убегать от тебя. Мы взрослые люди по обоюдному согласию, и мой брат просто должен понять.
Он хватает меня за голову, заставляя посмотреть ему прямо в глаза.
— Я хочу тебя, и я мужчина, привыкший получать то, что хочу. Я обещаю тебе, что то, что между нами, реально, и это навсегда. Когда я с тобой, я, блядь, чувствую себя живым. Я чувствую, что у меня есть дом. Я представляю все это с тобой, Лекси. Я хочу нас. Навсегда.
— Я тоже тебя хочу. Все, что я делаю, это думаю о тебе.
Как только я произношу эти слова, комната становится намного меньше, чем была. Слова, которые я так долго отрицала, наконец срываются с моих губ. Пути назад нет.
— И нет, секс меня не напугал. Мне это понравилось. Очень понравилось.
Калеб наклоняется, целуя меня в губы. Это не страстный поцелуй, полный вожделения. Это гораздо больше.
Его поцелуй наполнен желанием, страстью и потребностью. Этим поцелуем Калеб показывает мне, что я нужна ему. И он нужен мне. Не имеет значения, что он мой сводный дядя или на двадцать три года старше меня. Все проблемы, окружающие нас, исчезают, и все, что имеет значение, это то, что мы сейчас здесь, вместе и такие счастливые.
— Теперь пути назад нет. — шепчет он мне в губы.
— Я не хочу поворачивать назад. — говорю я, садясь на него верхом и прижимаясь прямо к его твердому члену.
Он прерывисто втягивает воздух. Мне нравится ощущение власти и то, что я могу вывести его из себя — завести так сильно, что он почти теряет контроль.
— Непослушная девчонка. Тебе нужен твердый член папочки, чтобы еще раз преподать тебе урок?
Запретная сила его слов накатывает на меня волнами возбуждения между бедер. Я не знаю, почему грязные и запретные разговоры так заводят. Это грязно, горячо и сводит меня с ума от вожделения.
— Да, я полностью за твои уроки, папочка.
Глава 5
Калеб
— СКАЖИ ЭТО СНОВА. — шиплю я, моя рука на ее коже, мои зубы касаются ее шеи.
Я хочу, чтобы она была свободна быть собой, брать то, чего она жаждет, и знать, что независимо от того, куда мы пойдем, в спальню или за ее пределы, я буду здесь, чтобы поймать ее.
— Папочка.
Ее маленькие трусики возбуждают меня как и ее мягкая киска прижимающаяся ко мне с этим словом на ее губах, заставляет меня пошатнуться.
— Вот и все, малышка.
Я запускаю руку в ее волосы, мягко дергаю, обнажая шею.
— Я бы хотел пообещать, что буду нежен. — я провожу зубами по изгибу ее шеи. — Но не думаю, что тебе это очень понравится.
Дрожь пробегает по ее коже, посылая мягкую дрожь по всему телу. Я проглатываю ее вздохи, заставляя свой язык танцевать и извиваться с ее языком, наши тела извиваются, когда мы тяжело дышим и сгораем от желания.
— Мне нравятся все твои грубости. — мурлычет она мне в губы, когда кончик моего члена касается ее горячей киски. — Я доверяю тебе, Калеб. Вот почему я могу говорить и делать с тобой все неприличные вещи. Я знаю, ты позаботишься обо мне.
Лекси дрожит, и ее глаза закрываются, когда я провожу пальцами по ее киске, потирая каждый нерв, по мере того как она становится все более влажной с каждым проходом.
— Эта маленькая киска мокрая для папочки. — напеваю я, проводя толстым кончиком своего члена по ее клитору.
Она выгибается и стонет, ее ногти впиваются в мои плечи, когда она пытается сохранить контроль.
— Мне нужно увидеть, как сладко выглядит моя маленькая девочка, когда мой член снова погружается глубоко в нее.
Вместо того, чтобы упираться в ее клитор, я ввожу свой член внутрь ее входа. Я едва проскальзываю внутрь, с моего кончика вытекает предварительная сперма. Я чертовски горяч и возбуждаюсь от ее тихих всхлипываний. Моя грязная девчонка, горячая штучка. Но не поймите неправильно, она так же сильно заводит, когда бывает милой. Мне нравится каждая частичка Лекси,
