«веселью».
Я попытался поменяться с ними обоими, но Джилли не согласился. По его словам, я «больше никуда не хожу», и я «присутствую, черт возьми», даже если ему придется тащить меня туда самому.
Так что теперь мне предстоит вечер, состоящий, как я предполагаю, из слишком крепких напитков и недостаточно одетых женщин.
— Улыбнись, Мак, там будут стриптизерши.
Он улыбается, как маленький ребенок на Рождество, и я готов поспорить, что мне придется вытаскивать его из неприятностей в тот или иной момент, прежде чем эта ночь закончится.
Это одно из «преимуществ» дружбы с таким парнем, как Скотт Гилберт.
— Тебе нужен ром. — Он указывает на меня, прежде чем вскочить со стула и направиться к двери.
Я качаю головой — это будет чертовски долгая ночь.
— Ты идешь или как, болван? — окликает он меня, когда я не следую за ним.
Я стону.
— Тебе лучше поднять себе настроение, братан, а то ты распугаешь всех телок.
— К черту мою жизнь, — бормочу я себе под нос, поднимаясь на ноги.
* * *
— Я, черт возьми, говорил тебе, что там будут стриптизерши. — Джилли потирает руки в предвкушении, когда мы входим в двери элитного стриптиз-клуба.
Могло быть и хуже, мы могли бы пойти в один из самых грязных клубов.
— Поаплодируем моей девочке, Ди Ди.
Я фыркнул, услышав имя. Неважно, в престижном ты заведении или нет, у девушек всегда есть стриптизерские имена, например, Кэнди и Минди.
— Далее у нас любимица публики, Кристал, и, черт возьми, сегодня она выглядит прекрасно.
Кристал, Сапфир, Дестини…
Джилли хлопает меня по руке.
— Давай, брат, мы идем в VIP.
Я следую за группой пьяных мужчин к трем более уединенным кабинкам на противоположной стороне сцены и забираюсь в одну из них вместе с Джилли, Томом и одним из его приятелей, чье имя я забыл, который настолько пьян, что практически отключился.
Джилли достает из кармана пачку банкнот и размахивает ими.
— Интересно, что у Кристал есть для нас, парни.
Я заказываю ром со льдом у женщины топлесс, и не успеваю оглянуться, как она возвращается с моим напитком.
Она подмигивает мне, когда ставит его на стол. Я позволяю своим глазам скользить по ее голым сиськам — в любом случае, для этого она их и выставила — и откидываюсь назад, делая глоток своего напитка, когда она уходит, явно покачивая бедрами.
Я еще недостаточно пьян для этого дерьма.
Начинается музыка, и Джилли начинает кричать и подбадривать.
На темную сцену выходит женщина, виден только ее силуэт.
По залу разносится ритм, и я обвожу взглядом толпу. Мужчины, которые до этого выглядели скучающими, теперь сидят все во внимании.
Кристал действительно любимица публики.
Я усмехаюсь про себя; бьюсь об заклад, у этой цыпочки нет ничего общего с женщиной, которую я знал как Кристал.
Свет падает на женщину, и с моих губ срывается слово «блядь».
— Это…? — спрашивает Джилли в тот же момент, когда Том произносит:
— Ни хрена себе.
Толпа взрывается одобрительными возгласами и свистом, когда она двигается в такт, покачивая попкой в этих крошечных шортиках.
— Кинсли, — рычу я.
Это она, и, черт возьми, она выглядит сексуально. У этой публики хороший вкус — она еще даже не обнажилась, а сексуальности в ней больше, чем в каждой из топлесс-официанток, бродящих вокруг.
Ее длинные черные волосы распущены, рассыпаются по голым плечам и едва прикрытому телу. Она двигается так, будто создана для танцев.
— Господи Иисусе, — стонет Джилли. — Ты должен был трахнуть ее, когда у тебя была возможность, Мак. Черт возьми, посмотри на нее.
Ему не нужно говорить мне, я смотрю на нее, на все — от этих чертовых губ до тонкой талии и татуировок, разбросанных по ее телу, которых я никогда раньше не видел.
Эта женщина — ходячая эротическая мечта, но у меня такое чувство, что она была бы скорее ночным кошмаром, чем мечтой, если бы дело действительно дошло до этого.
— Какого хрена дочь миллиардера Кента Барлетта занимается стриптизом? — шипит мне Том.
Отличный гребаный вопрос. Готов поспорить, ее папаша не знает, что его милая дочурка раздевается здесь за деньги.
— В ее защиту скажу… технически она не танцует стриптиз, — отвечает Джилли, не сводя глаз с женщины на сцене.
Ее песня заканчивается, и кто-то с другой стороны сцены кричит ей:
— Сними это, детка!
Сцена снова погружается в темноту, и я слышу, как по залу разносится ее хихиканье.
Когда свет зажигается снова, ее уже нет.
Я допиваю остатки своего напитка и смотрю на двух своих парней.
— Мне это только что показалось, черт возьми?
Джилли усмехается и качает головой.
— Мой стояк говорит об обратном.
— Ты отвратителен. — Том смеется над ним, толкая его в плечо.
— По крайней мере, мы знаем, что она не вломится в дом босса, пока нас нет, — пожимает плечами Джилли.
— Интересно, что, черт возьми, все это значит… — размышляет Том.
Я поднимаюсь на ноги.
— Куда ты направляешься? — спрашивает Джилли.
Я выгибаю бровь, глядя на него.
— Пойти и выяснить, какого хрена это было, — отвечаю я, будто это самая очевидная вещь в мире.
Я осматриваю комнату в поисках парня, которого видел раньше, — того, который пытался не выделяться, но который явно здесь главный.
Я нахожу его в баре.
— Привет, начальник. — Я киваю ему.
Его брови удивленно приподнимаются.
— Кто, я?
— Оставь это. — Я ухмыляюсь ему. Половина парней здесь, возможно, слишком возбуждены, чтобы заметить, кто управляет шоу, но не я. — Та последняя цыпочка. — Я бросаю взгляд на сцену, на которой она выступала, а теперь там какая-то полуголая цыпочка, которой Джилли бросает деньги. — Кристал... Я хочу приватный танец.
Он качает головой.
— Кристал не танцует приватные танцы.
— Я дам тебе две штуки за пять минут с ней.
Его глаза расширяются.
— Дай мне минутку.
Он исчезает за баром и сзади. Я подумываю пойти за ним, но решаю не делать этого.
Он вернется. Деньги решают все… Я получу от нее ответы на некоторые вопросы, нравится ей это или нет. А заодно и получу приватный танец, потому что почему бы и нет — я плачу за это.
Может, она и сумасшедшая, но она также чертовски сексуальна.
Я заказываю еще один напиток, пока жду, и как только бармен передает его мне, возвращается главный.
— Если вы пройдете за мной, сэр, я не могу допустить, чтобы постоянные посетители увидели вас с Кристал здесь.
Я киваю ему и беру свой напиток. Я ожидаю, что он проведет меня тем же путем, через
