подошла к двери. Никакого желания выслушивать причитания у неё не было. И она даже не испытала жалости, увидев как широко распахнулись глаза лорда Видмора, когда тот осознал, что его выставляют за порог. За порог его же собственного дома…
— А как же наша договорённость? — пробормотал он расстроенно. — По поводу приглашения.
— Оно будет у вас. Оставьте мне свою карточку, я отправлю лакея, когда всё будет готово.
Прежде чем уйти, лорд Колин Олбридж ещё несколько раз поблагодарил Викторию. Она лишь кивнула ему в ответ.
В мыслях она была уже далеко от своего гостя — вовсю решала, как быть дальше. Если Брэй-хаус оккупирует «матушка» графа (а Виктория уже не сомневалась, что, увидев дом, эта женщина захочет остаться там окончательно), то нужно как можно скорее подыскивать другое жильё. Коттедж в Бриклхёрсте можно отмести сразу — он всего в четырёх с половиной милях от Брэй-хаус, а такое соседство можно считать серьёзной угрозой спокойной жизни. Оставался только дом в Бате или Довер-хаус. Последний как раз находился на другом конце графства и...
— Леди Видмор.
Голос Роули вырвал Викторию из размышлений. Встретив мрачный взгляд дворецкого, она окончательно пришла в себя.
— Я проводил графа, — сообщил тот и позволил себе неожиданную вольность, брезгливо скривившись.
— И ты всё слышал.
— К своему величайшему сожалению.
Да уж, только такими словами и можно было описать произошедшую в гостиной сцену. Величайшее сожаление. Виктория тряхнула головой и тут же об этом пожалела — виски будто прострелило.
— Роули, — обратилась она к дворецкому, когда неприятные ощущения окончательно исчезли, — разыщи кого-нибудь из свободных лакеев. Мне нужно отправить пару записок.
Лорд Колин Олбридж, граф Видмор.
6
Двумя днями позже Виктория ехала в одном экипаже с лордом Колином Олбриджем прямиком на бал к графине Фейрвелл и сама себе удивлялась.
На её месте вряд ли кто поступил бы так же. Помогать человеку, по глупости которого ты буквально вынуждена присматривать новое жильё, — занятие неблагодарное. Возможно, даже пагубное. Однако Виктория всё же решила помочь и делала это не из-за доброты душевной и не потому, что так предписывали христианские добродетели. Она старалась ради светлого имени Видморов. Титул её покойного мужа перешёл к человеку недалёкому и инфантильному, и единственное, что могло спасти положение, — это удачная женитьба лорда Колина Олбриджа. Проведя в размышлениях два долгих вечера, Виктория пришла к заключению, что только волевая и прагматичная жена сможет научить такого мужчину, как Колин Олбридж, манерам, придать ему аристократического лоска и уверенности. А возможно, ей даже удастся отлучить его от азартных игр и вытащить из-под влияния матери. Хотя на счёт последнего Виктория сомневалась. Конечно, новой графине Видмор придётся изрядно постараться, чтобы из супруга вышел толк, но при должном усердии он непременно выйдет. Виктория встречала в своей жизни немало женщин, которые успешно и с удовольствием управляли своими мужьями, причём делали это так, что последние ни о чём не догадывались.
— Леди Видмор, — обратился к ней сидящий напротив граф с таким волнением в голосе, что Виктория насторожилась, — могу я заранее пригласить вас на первый танец? Я подумал... это ведь продемонстрирует всем, что мы в дружеских отношениях, не так ли? И мне было бы спокойнее в первый раз станцевать с кем-то знакомым…
Ну вот, кажется, Виктория уже начала жалеть о том, что согласилась на роль сопровождающей.
И когда вообще она в последний раз танцевала?
— Да, разумеется.
Её ответ прозвучал вяло, но лорд Видмор, похоже, этого не заметил. Он горячо поблагодарил Викторию, а затем и вовсе возвёл глаза к небу:
— Мне вас послал сам Господь Бог! Нет, правда! — воскликнул граф. — Вы так добры ко мне, несмотря на то, что... Несмотря на мои промахи. Даже у моей матушки не такое ангельское терпение… И я немного завидую вашему хладнокровию. Леди Видмор, может быть, вы дадите мне пару советов, как лучше себя вести?
На несколько секунд в салоне экипажа воцарилось молчание. Виктории просто необходимо было дождаться, когда раздражение уляжется внутри.
— Думаю, сегодня вам стоит поменьше говорить о себе, — начала она после паузы, — Старайтесь придерживаться нейтральных тем, и не высказывайтесь слишком категорично. — Граф с готовностью кивнул, а Виктория добавила, не сдержав усталого вздоха: — И не упоминайте сегодня свою матушку.
Всё оказалось совсем не так плохо, как того ожидала Виктория. За первые несколько минут пребывания в доме Фейрвеллов — огромном, фешенебельном особняке, главный зал которого вмещал не меньше сотни человек, — не произошло ничего такого, за что ей пришлось бы краснеть. Молодой граф довольно сносно выдержал знакомство с хозяевами праздника, и хотя волнение его по-прежнему было слишком очевидным, а комплименты, адресованные убранству дома и парадной лестнице, — чересчур восторженными, леди Фейрвелл восприняла их весьма благосклонно.
— До чего же приятные и радушные люди! — прошептал лорд Олбридж, как только они распрощались с четой Фейрвелл и направились к танцевальному залу. — И такие внимательные... Я бы с удовольствием побеседовал с графиней подольше.
На это Виктория ответила лёгким наклоном головы. Сама она в этот момент усиленно вспоминала, все ли дочери Фейрвеллов уже успели выйти замуж. Кажется, младшей сейчас должно быть около двадцати лет. И лучше бы лорд Колин Олбридж побеседовал именно с ней, а не с её матерью.
Бальный зал, задрапированный бледно-розовыми тканями и украшенный нежными цветочными композициями, уже был полон людей. Под высоким сводчатым потолком парили позолоченные люстры. Блеск свечей настолько ошеломил Викторию, что на несколько секунд она словно потерялась в пространстве.
Рядом раздалось взволнованное восклицание — похоже, на лорда Видмора праздничный зал произвёл неизгладимое впечатление. По его лицу расползлось совершенно непередаваемое восхищение, серые глаза заискрились. Совсем мальчишка, подумала Виктория со вздохом. Сначала она хотела притушить его пыл, даже открыла рот, чтобы сделать замечание, но вовремя себя остановила — в конце концов, наивная искренность в его случае будет лучше, чем принужденная сдержанность. Да и сама Виктория не нанималась к нему в воспитатели. Её задача в другом. На один вечер ей придётся отбросить меланхолию и взять себя, а заодно и молодого графа, в руки. Познакомить его с как можно большим числом людей, чтобы потом с чистой совестью отпустить в свободное плаванье.
Вот только лорд Видмор продолжал стоять на месте, как вкопанный.
— Вам следует предложить мне руку,
