задумалась на несколько секунд.
– Не знаю, мне показалось, что она какая-то взволнованная: могла прикрикнуть на нас без причины, а могла и вовсе не поздороваться…, но с ней такое бывает периодически, например, когда с Маринкой что-то не поделят, – более тихим голосом отметила Людмила. На такую откровенность девушки Аля даже не рассчитывала. В принципе, она не поддерживала теорию о том, что женщина либо красивая, либо умная, но это был как раз тот случай. – А что они обычно делят?
– Как что? Деньги! Вы, Аля, как будто с другой планеты. Миром правят деньги, – промурлыкала Люда, глянув на собеседницу сверху вниз так, что та почувствовала себя полной дурой. – Разве не Вероника решает здесь финансовые вопросы?
– Она самая. Но агентство создавалось и при помощи Марины. К тому же она слишком много знает в модельном бизнесе, – конкуренты только и ждут как бы переманить ее к себе. Вот она и напоминает периодически об этом Веронике.
– То есть, Марину не устраивают проценты?
– Можно сказать и так. Я уж не знаю всех подробностей. Но с полгода назад тут была настоящая война между ними. Меня как раз только устроили сюда, и месяца не успела проработать, а тут такое! Еще немножко, и агентство бы разделили пополам.
– А теперь такой угрозы больше нет? – с интересом выпытывала Аля у разболтавшейся девушки. – Не знаю, нам ведь не докладывают, что у них там на уме, – с язвительной улыбочкой ответила Люда. – Только Вы никому не говорите о нашем с Вами разговоре, иначе меня сразу же уволят. Может, Вероника Вас присмотрела на место Марины…, так сказать, будет семейный бизнес? Выплатите Марине ее долю и…, можно жить припеваючи, – хитро отметила Людмила. Аля, глядя на нее, тут же подумала: «Где-где, но здесь у нее ума хватило, лихо все подсчитала». – На самом деле, мы с девочками переживаем, что Маринка возглавит агентство. Вероника какая-то дерганая в последнее время. Позавчера как ушла, так до сих пор и не появилась на работе. А до этого она приходила раньше всех и уходила, когда на улице уже темнело. Мы этого не вынесем: Маринка и так нас тут всех загоняла до изнеможения, то осанку не держим, то разворот неправильный. – Хорошо. Вы не переживайте уж так. Я обязательно переговорю с Вероникой, настою, чтобы она не принимала поспешных решений.
– Было бы замечательно! – воодушевилась Люда и, не попрощавшись, снова заковыляла по подиуму. Алька терпеть не могла обманывать людей, но тут уж так сложились обстоятельства, что пришлось несколько приукрасить свою значимость в жизни и работе Вероники. Марина проводила девушку жадным взглядом, тихо промямлив «до свидания». Аля вышла на улицу и, сойдя со ступенек, еще раз взглянула на блестящую вывеску. Какой-то неприятный осадок поселился в ее душе после посещения этого агентства. В принципе, она почти была уверена в том, что сможет вычислить, где Вероника, а оказалось, что на работе тоже не в курсе ее местонахождения. «Странно…, а может, Марина что-то от меня скрывает? Но зачем?» – крутилось в голове у девушки. Противный ветерок набрал обороты и дунул изо всех сил прямо в лицо. Аля подняла воротник на куртке, плотнее прижимая его к шее, и быстрым шагом направилась в сторону дома. С самого раннего утра девушка не находила себе места, – хотелось поскорее узнать новости о Веронике, но раз сказано было подойти в обеденное время, – значит надо выполнять. Сегодня Аля приложила значительно больше усилий, чем в прошлый раз, к тому, чтобы выглядеть как можно лучше: сначала приняла ароматную ванну с малиновой пенкой и солью, намазалась молочком для тела, слегка подкрасилась и сделала прическу. Все это необходимо было ей для того, чтобы чувствовать себя максимально уверенно в окружении настоящих красавиц. Так девушка делала очень редко, например, перед свиданием.
Однако Аля знала, что в агентстве все равно будет ощущать неловкость в силу своей неяркой внешности, точнее, в силу нескольких лишних килограммов, которые предательски выпирали из-под юбки и торчали по бокам. Иногда ей очень хотелось похудеть, но она заранее была убеждена, что силы воли у нее нет никакой, и поэтому абсолютно бесполезно садиться на диету. К тому же, у нее в роду все полненькие: и мама, и бабушка. Но особенно Аля не комплексовала, – в конце концов, есть намного полнее, и при этом живут же, а некоторые еще и встречаются с неплохими парнями, которые их любят и ценят. Погода была весенней, несмотря на то, что на дворе стоял январь. А в воздухе витал какой-то октябрьский аромат, навевающий унылое настроение. Аля умышленно замедляла шаг, так как вышла на полчаса раньше. Решила, что на улице время пойдет побыстрее. По пути девушка наткнулась на небольшой магазинчик с несколькими отделами. Из всех внимание более или менее привлек «дамский», где продавались всякие косметические безделушки, порой необходимые, а зачастую и совсем ненужные, но такие дорогие сердцу. Алька потопталась немного у прозрачной витрины, без особого внимания разглядывая крема и блески для губ, а затем решила постоять на улице. Скучающая продавщица недовольно зыркнула на посетительницу, осмотрела ее с ног до головы, а потом пожирнее обвела губы бардовым карандашом, накладывая сверху слой помады, «перестроечного» цвета. По всему было видно, что женщина «далеко за сорок», жаждала выглядеть примерно на Алькин возраст. Так же было очевидно, что она одинока, страдает от недостатка мужского внимания, скорее всего, сама растит дочь, лет пятнадцати, и каждый день, отправляясь на работу, верит, что именно сегодня к ней наведается «красавец-мужчина».
Он посмотрит на нее внимательно только один раз, потом позовет на свидание, где предложит стать его женой и уехать вместе с ним за границу. «Вот в магазине-то удивятся! А как будет завидовать Машка из пятой квартиры!». Но вместо этого ей на протяжении нескольких лет приходилось довольствоваться тем, что было. А «было» немного: вечно подпитый (а иногда и подбитый) сантехник Колька со второго подъезда, заглядывавший «на чашку чая» раз в месяц, обычно поздно вечером, и «потому» остававшийся до утра; или женатый Толик, периодически покупавший в ее отдельчике косметику для своей жены и угощавший даму чебуреком и теплым кофе, взятыми, «до зарплаты» в кафе за углом.
А самое страшное, что эта продавщица не единственная такая в своем роде: точно также живут и парикмахерша с соседней улицы, и кондитер из булочной напротив…, и сотни, тысячи… других. Алька, несмотря на молодость, которая пока являлась ее преимуществом в данном вопросе, тоже часто задумывалась на тему недостатка количества и, увы, качества мужской «половины»
