и не рассчитывала убедить Вячеслава и получить доступ к комнате Веры. Что это могло дать, девушка пока не знала, но чувствовала в этом необходимость. «По крайней мере, я в некотором роде удовлетворю свое любопытство: во-первых, посмотрю, как живут хорошо обеспеченные люди; во-вторых, действительно взгляну на гардероб Веры; в-третьих, могут попасться на глаза какие-то мелочи, которые, возможно, намекнут на ее местонахождение», – размышляла про себя Алька. – «Кстати, если Вероника уехала в отпуск, то, наверняка, прихватила с собой целую кучу вещей, а Вячеслав даже ничего не сказал мне о том, что эта затея пока может не осуществиться в связи с отсутствием «реквизита». Хотя у его жены, возможно, такой обширный гардероб, что ему не страшен никакой отпуск, даже самый продолжительный». «Надо обязательно будет зайти в магазин и взять огромную шоколадку, чтобы отметить свою маленькую победу. А может лучше набрать фруктов и начать интенсивно поглощать их с завтрашнего дня? Ладно, посмотрим. Сегодня же я имею право немножко себя побаловать», – разговаривала сама с собой девушка.
До дому она почти «долетела». Но перед этим, как и запланировала, повернула в универмаг. Ей повезло, – народу оказалось немного. На входе Алька взяла металлическую корзинку и принялась рассматривать витрины. Иногда ей нравилось ходить по магазину, пусть даже продуктовому, особенно, если не было толкотни. В такие моменты приятно подумать о своем, о, женском. Вот и теперь у нее был такой настрой. Сейчас она думала только о встрече с Вячеславом. Больше всего ей было стыдно за свою минутную слабость. «С чего, вдруг, она разревелась?», – на этот вопрос Аля и сама не знала ответа. «Но, возможно, так оно и к лучшему: мужчина увидел ее слезы, в нем сработал комплекс вины, и ему не оставалось ничего другого, как помочь ей в ее просьбе», – размышляла девушка. Она несколько раз вспоминала его черные глаза, которые смотрели насквозь, как рентген, отлично сложенную фигуру. «И почему одним достается максимум, а другим – жалкий минимум?» – задавала Алька сама себе риторический вопрос. «У Вероники есть все, о чем только может мечтать женщина: красота, ум, шикарный дом, интересная работа, любящий и любимый муж…; а, если Вера не любит его и действительно уехала отдыхать с другим мужчиной? Нет, это вряд ли: Валентина Петровна и Вячеслав не раз говорили о том, что Вероника – очень ответственный руководитель, поэтому она не оставила бы фирму по такой причине в столь сложный момент.
Ведь Марина ясно сказала тогда, что им нужно закрывать год, что у них целая куча бумажной волокиты. Да, и, как можно не любить такого красавца? В принципе, дело даже не в красоте: он надежный, сильный, уверенный. Хотя, когда рядом с тобой, ко всему прочему, еще и очень симпатичный мужчина, то это, наверное, замечательно. Женщина рядом с ним и себя чувствует королевой. Правда Вероника сполна заплатила за свое счастье, за свой достаток еще в детстве, когда рано лишилась родительской ласки и любви. Просто кто-то сначала страдает, а потом живет в полной гармонии с собой, а кто-то рассчитывается потом, да так, что после целой полосы везения как в семье, так и в бизнесе, может за один день всего этого лишиться и оказаться на помойке…». Алька слегка отстранилась от своих мыслей и бросила в корзинку двухсотграммовую плитку молочного шоколада с цельным фундуком. За ней туда же последовала парочка шоколадных батончиков, а затем, – и ароматный чай со вкусом абрикоса и персика. Дальше девушка направилась к витрине с фруктами. С полок на нее смотрели сочные апельсины, медовые яблоки, спелые бананы. Покрутившись возле них, Алька все-таки поняла, что не слишком жаждет их отведать. А завтра будет новый день, когда она проснется и решит, настроена ли на другой, более здоровый, образ жизни или нет.
В принципе, она не пила, не курила, но хотелось еще привести в порядок и свой рацион питания, – покончить со всякими перекусами и шоколадками. Но как она распрощается со сладким, девушка и представить себе не могла. Ведь так иногда хочется съесть пироженку со взбитым кремом, поджаренный беляшик с мясом! Дома Алька позволила себе расслабиться по полной программе: включила любимую музыку и налопалась шоколада. Теперь надо было определиться с планами на завтрашний день. Естественно, что в дом Вячеслава она решила ехать к обеду субботы, а не во вторник. Ей хотелось как можно скорее выяснить что-нибудь о Веронике и сообщить о результатах проделанной ею работы Валентине Петровне.
Вечером девушке позвонила знакомая и предложила сходить куда-нибудь вместе. Алька сначала «помялась», а потом все-таки согласилась. «Надо же хоть иногда выбираться в места для молодежи», – подумала она. Девушка снова приняла роскошную ванну с ароматной пенкой и солью, подняла вверх прическу, подкрасилась. Но, глядя на себя в зеркало, в тысячный раз пожалела о том, что так и не решилась сесть на диету. Ирка ждала ее возле бара, к десяти часам вечера. Аля подошла вовремя, но бывшая одноклассница уже стояла на обусловленном месте.
«Да…, в школу бы она приходила с такой пунктуальностью», – подумала про себя Алька и улыбнулась. Ирка в шестом классе приехала издалека со своими родителями, и их посадили вместе, за одну парту. Пришлось общаться. Сначала девушка вела себя довольно просто, видимо, смущалась пока еще незнакомых одноклассников. Зато с Алькой сразу как-то нашла общий язык, наверное, потому что та не зазнавалась, понимала, – человек новенький, и надо помочь. Но, спустя некоторое время, Ирка смотрела на нее свысока, хотя общаться не перестала. Разница только в том, что для Альки она была подругой, а Ира перевела ее в разряд знакомых. Она быстренько обзавелась узким кругом более симпатичных и менее сообразительных подруг, с которыми курила, выпивала и знакомилась с мальчиками. «Мальчики» обычно были старше лет на десять.
Алька ничего не высказывала, только тихо расстраивалась. Она понимала, что они разные, но успела уже прикипеть к подруге всей душой. А та просто разменивалась ее чувствами. Иногда все-таки они виделись, когда Ирке надо было выговориться, поплакать «в жилетку». Новым подругам не все можно и нужно было докладывать. А, вот, Алька как раз подходила на роль «жилетки», – все стерпит, выслушает и никому не расскажет. Еще и добрый совет даст. Сначала Аля комплексовала, переживала и считала себя слишком скромной и «серой». Она ненавидела себя за неяркость. Особенно больно было, когда сама же Ирка рассказала ей о том, что их общий одноклассник спросил: «Ирих, зачем ты общаешься с этой Алькой, она же пухлая»? И
