Он почесался.
– Ха! – гаркнул Стетсон. – Политики!
В шлюз со стороны Орна влетело изящное черное насекомое с похожими на ракушки крыльями и опустилось на его коротко остриженные рыжие волосы. Орн бережно снял существо с головы и отпустил. Оно снова попыталось сесть на прежнее место. Он увернулся. Насекомое пересекло мостик и вылетело в шлюз возле Стетсона.
Новенькая синяя форма Орна не скрывала его крепкого сложения. Ее накрахмаленная свежесть придавала ему армейского лоска, но что-то в этом широком асимметричном лице не давало относиться к нему до конца серьезно.
– Мне уже надоело ждать, – сказал Орн.
– Это ему-то надоело! Ха!
– С Хамала ничего не слышно?
– Забудь про Хамал! Сосредоточься на Гине!
– Да я просто так спросил, чтобы время убить.
По верхушкам океана листвы у них под ногами пробежал легкий ветерок.
Тут и там между кронами пестрели красные и фиолетовые цветы; они кланялись и кивали, будто внимательные слушатели. В открытые шлюзы струился густой запах гниющих и свежих растений.
– Ты глянь на эти проклятые джунгли! – сказал Стетсон. – Да чтоб их всех, вместе с их тупыми приказами!
Орн молча слушал, как ярится его командир.
Было очевидно, что Гина представляет собой необычную и очень опасную проблему.
Однако мысли Орна настойчиво возвращались к Хамалу. Власть на планете была захвачена, и воцарился ожидаемый кошмар. Никому до сих пор не удалось сделать так, чтобы оккупационные силы не вели себя заносчиво и не занимались обычными угнетательскими практиками – например, увозили с собой самых привлекательных и согласных женщин. Когда оккупанты наконец отчалили с Хамала, население планеты, возможно, стало мирным, но на нем остались шрамы, которые, пожалуй, не исчезнут и через сотню поколений.
Из панели над головой Орна раздался сигнал вызова. Замигала красная лампочка динамика. Стетсон бросил сердитый взгляд на позволившее себе такую наглость оборудование.
– Да, Хэл?
– Короче, Стет, только что пришли приказы. Выполняем план С. КомГО сказал, можешь сообщить полевому сотруднику засекреченные данные, а потом газуй на хрен отсюда.
– Вы их спросили, можно ли послать другого?
Орн встрепенулся, внимательно слушая. Столько секретности, а теперь еще и это?
– Отрицательно. Дело особо срочное. КомГО предполагает, что планету все равно придется подорвать.
Стетсон испепелил динамик взглядом.
– Тупоголовые, жирнозадые, безмозглые, бессердечные ПОЛИТИКИ!
Он дважды глубоко вдохнул и выдохнул.
– Ладно. Скажи им, мы согласны.
– Подтверждение уже в пути. Хочешь, я поднимусь, помогу с инструктажем?
– Нет. Я… черт побери! Спроси их еще раз, нельзя ли послать другого!
– Стет, они говорят, нужно послать Орна из-за записей на «Дельфинусе».
Стетсон вздохнул.
– Может, дадут хотя бы побольше времени на инструктаж?
– Особая срочность, Стет. Мы теряем время.
– Если это не…
– Стет!
– Что еще?
– Получено подтверждение контакта.
Стетсон вытянулся, застыв на носках.
– Где?
Орн кинул взгляд на шлюз, потом снова сосредоточился на Стетсоне.
От электризующей смеси спешки и нежелания, которой был пронизан мостик, у него крутило желудок.
– Контакт… примерно в десяти кликах, – прохрипел динамик.
– Сколько?
– Толпа. Если хочешь, я посчитаю?
– Нет. Что они делают?
– К нам торопятся. Тебе бы лучше пошевелиться.
– Ясно. Держи нас в курсе.
– Будет сделано.
Стетсон посмотрел на своего неопытного младшего полевого сотрудника.
– Орн, если решишь, что не хочешь на это задание, только слово скажи. Я тебя поддержу всеми силами.
– Зачем мне отказываться от первого же задания?
– А ты послушай, и поймешь. – Стетсон подошел к вертикальному шкафчику возле транслитной карты, вытащил белый комбинезон с золотыми знаками и бросил Орну. – Надевай, пока я рассказываю.
– Но это же форма ПП…
– Натягивай чертову форму на свою уродскую спину!
– Да, сэр, адмирал Стетсон, сэр. Сию секунду, сэр. Но я думал, что покончил со старым добрым Переобнаружением и переобучением, когда вы завербовали меня в КИ. – Он начал менять КИшную синюю форму на белую форму ПП. И, словно вспомнив, спешно добавил: – …сэр.
Крупные черты Стетсона исказила кривая ухмылка.
– Знаешь, Орн, одна из причин, почему я тебя нанял, это твоя неизменная уважительность по отношению к начальству.
Орн застегнул длинную молнию на форменном комбинезоне.
– Конечно, сэр… сэр.
– Ладно, кончай придуриваться и слушай внимательно. – Стетсон махнул рукой на транслитную карту с наложенной на нее зеленой сеткой. – Мы вот тут. – Он ткнул в карту пальцем. – А вот город, который мы пролетали, когда спускались. – Палец сместился в сторону. – Как только мы тебя сбросим, направишься к городу. Он такой огромный, что, если возьмешь примерный курс на северо-восток, точно его не пропустишь. Мы…
Снова зазвучал сигнал вызова, замигала лампочка.
– Что теперь, Хэл? – гаркнул Стетсон.
– Поменяли на план Н, Стет. Новые приказы в пути.
– Пять дней?
– Это все, что они могут дать.
– Да чтоб меня…
– КомГО сказал, дольше информацию от Верховного комиссара Буллона скрывать не получится.
– Значит, пять дней, – вздохнул Стетсон.
Орн переместился поближе к карте и спросил:
– Это очередной промах ПП?
Стетсон скривился.
– Хуже, спасибо Буллону и компании. Мы оказались в одном рывке от катастрофы, но старый добрый Уни-Галакта по-прежнему накачивает мальчишек ПэПэшной чепухой.
– Либо мы переоткроем планету, либо она однажды переоткроет нас, – сказал Орн. – По мне, так лучше уж первое.
– Ага, и однажды мы переоткроем их слишком много. Но эта Гина – совсем другая птица. Это не, я подчеркиваю, НЕ переоткрытие.
Орн ощутил, как напряглось все тело.
– Инопланетяне?
– И-НО-ПЛА-НЕ-ТЯ-НЕ, – процедил Стетсон. – Вид и культура, с которыми мы никогда раньше не контактировали. Язык, который пихали тебе в голову, пока мы летели сюда – инопланетный язык. Словарь неполный, но это все, что нам удалось собрать с миников. А теми скудными данными о местных, что у нас есть, мы с тобой не поделились, потому что надеялись выскрести тут все дочиста, и чтобы никто не узнал.
– Ну и дела! Почему?
– Двадцать шесть дней назад разведчик КИ по этому сектору прилетел на планету для рутинного осмотра. Прочесывая свою сеть мини-сникеров, чтобы считать с них данные, он заметил один лишний.
– Их?
– Нет, наш. Это был миник с «Дельфинус редискавери». О «Дельфинусе» не приходило отчетов в течение восемнадцати стандартных месяцев. Причина исчезновения неизвестна.
– Считаете, он упал сюда?
– Мы не знаем. Если он правда спустился на Гину, нам его заметить не удалось. А мы искали, сынок. Уж поверь мне, искали. Но теперь у нас есть кое-что еще. Одна мелочь, из-за которой мне хочется разнести Гину в клочья и сбежать домой, поджав хвост. У нас…
Снова раздался звук вызова.
– ЧТО ОПЯТЬ? – рявкнул Стетсон.
– Протащили над этой бандой миник, Стет. Насколько можно разобрать, они говорят о нас. Очень похоже на диверсионную группу, еще и вооруженную.
