моя семейная неустроенность.
К сожалению, в последние пару недель, что я сидела дома – новые заказы не подворачивались, – эта тема для тетушки стала на редкость актуальной. Как же я буду без нее? На бутербродах жить? С хлеба на квас перебиваться? То густо, то пусто, работа не пойми какая… Нет бы мужа найти. Или хоть устроиться куда-нибудь в нормальную контору…
И все в таком духе. Раздражает, если честно. Я в большей степени поэтому и уцепилась за предложение Веры – все поменьше дома бывать, может, Мила забудет о своей идее фикс.
Впихнув в себя остаток чая, я поднялась, поблагодарила, буркнула, что мне пора, и шагнула из кухни.
– Эх, Женька, Женька, – задумчиво протянула тетя. – Опять ты куда-то собралась на ночь глядя. Давно пора бы остепениться, нашла бы себе работу нормальную. Рабочий день у нормальных людей до пяти, ну, до шести вечера в крайнем случае. А тут… Ну, чего тебе не хватает? Образование у тебя хорошее, зачем тебе постоянная беготня…
– Тетя, я тоже тебя очень люблю, – почти ласково сказала я и немедленно закрылась в комнате.
В районе половины пятого я проверила пистолет под мышкой, застегнула куртку охранника и спустилась вниз к машине.
Дорога выдалась быстрой, если не считать какого-то безумного идиота, который подрезал меня на светофоре, слегка пошатнув мое душевное равновесие.
Я подъехала к стадиону, припарковалась и набрала Макса.
– Я у ворот, встречай.
– Так точно.
Военный ответ старого приятеля почему-то придал мне уверенности.
Вскоре Максим встретил меня возле ворот. Он окинул меня зорким взглядом и усмехнулся.
– А тебе идет. Получилась такая сексуальная полицейская…
Я немного смутилась. Но постаралась отшутиться:
– Да что во мне сексуального? Не больше, чем в вареной картошке.
Макс невесело усмехнулся и повел меня на территорию стадиона, где я уже немного ориентировалась.
Металлоискателей на моем пути не было.
Максим остановился возле своего кабинета, пропуская меня вперед.
Я вошла и вновь удивилась этой строгой пустоте в комнате. Макс сел за стол.
– Присаживайся, – показал он на стул.
Я села, закинула ногу на ногу.
– Я совсем забыл, – сказал Макс и вытащил из тумбочки стола черную, не очень большую рацию.
Протянул мне, я взяла.
– Ты будешь на одной частоте со мной, не переживай, больше тебя никто не услышит, – сказал он.
– Спасибо, полезная вещица.
Я положила рацию в карман.
Макс забарабанил пальцами по столу и сказал:
– Ну, что же, тебе осталось влиться в компанию моих ребят, я их уже предупредил, так что по этому поводу переживать не стоит. А пока можешь еще раз осмотреться.
– Чем тебе-то помогать?
Он ткнул пальцем в сторону моего кармана.
– Если срочно понадобишься, то тут же дам знать. В остальном… у тебя своя задача, верно?
Я кивнула и встала со стула, аккуратно придвинув его к стене.
– До связи.
И я вышла из его кабинета. М-да, задача своя. Присматривать за Глухаловым. Для начала – самостоятельно изучить местность, чтобы не кидаться из стороны в сторону, как безголовая курица. Как нас в свое время и учили в спецшколе: потенциальная опасность, пути отхода и защиты подопечного.
Я прошлась по стадиону по всему периметру, обойдя его минут за двадцать. Встретила много охранников, те как-то молчаливо, но понимающе кивали при виде меня.
Надо бы спросить у Макса, что он такого сказал про мою личность своим ребятам.
Я пошла на место, где проведу основную часть времени матча. Посмотрела на линию, за которую нельзя выходить Глухалову во время матча.
А что, если потенциальный убийца как раз таки захочет выманить его за пределы более-менее безопасной зоны? Хотя тут и повсюду была открытая местность, но все-таки позади тренера должно стоять два полицейских, пока длится игра.
Я вздохнула, протерла глаза. Настроение у меня было боевое, хоть я пока еще не знала, что ждет меня впереди.
Еще минут через двадцать я услышала шипение рации в кармане, небольшие помехи и голос Макса:
– Женя, подойди к трибунам, там тебя встретит… – Помехи… – Помоги ему сделать обход.
Я нажала на кнопку и спародировала самого Макса:
– Так точно.
Невольно вздохнула: снова придется обходить стадион, но и была рада, так я смогу привыкнуть к местности еще лучше.
Подойдя к трибунам стадиона, я увидела невысокого полненького охранника в такой же форме, что и у меня. Он стоял, покачиваясь на пятках, и залипал в телефоне.
Я подошла.
– Привет. Пошли?
Охранника вопрос ввел в ступор. А может, и не вопрос, а моя внешность. Хоть я и не красотка-блондинка, на которую западают все до одного, но форма мне, как верно заметил Макс, более чем идет.
– А ты кто?
– Макс тебя не предупреждал?
– А-а… Женя. Я думал, Женя – это парень.
Я невыразительно дернула плечом от смутного раздражения и еще раз спросила:
– Так что, идем?
Толстячок кивнул и почему-то зарделся краской. М-да, грустно клубу, если в охранники таких спецов нанимают.
Мы пошли в окружную по стадиону. В очередной раз. И меня даже не успокаивала мысль, что все изучу прямо-таки идеально. Тут не так чтобы гигантская территория, все, нужное мне, я запомнила.
Проверка оказалась спокойной, хотя мой коллега несколько раз предпринимал попытки заговорить со мной не по делу. Я искрометно их отметала, один раз саркастично заметив:
– Твой телефон, наверное, уже скучает по тебе.
Смущение охранника было написано на его лице, но эта фраза тут же отбила у него всякое желание подкатывать ко мне и делать недвусмысленные попытки сблизиться.
Тоже мне, мачо нашелся! Не так девушек завоевывают. Не так!
После этого обхода Макс обратился ко мне второй раз, и это были его последние слова по рации перед матчем.
– Можешь занимать свою позицию возле Глухалова, скоро я
