приведу Валеру, и он объяснит тебе, что нужно делать.
– Спасибо, Макс, – фыркнула я.
А то я не знаю, что делать…
Впрочем, пусть ведет своего Валеру – может, что интересного узнаю.
Я подошла к дальней части стадиона, прошлась по запрещающей линии и встала чуть в стороне.
Ожидание почему-то раздражало. Я топталась на месте, максимально незаметно стараясь размять мышцы: придется немало времени провести в стоячем положении. А там – кто знает – вдруг возникнет необходимость стремительно среагировать на внешнюю угрозу?
После чего проверила пистолет и окончательно успокоилась, решив, что все делаю правильно.
Минут через десять ко мне подошел Максим вместе с высоким и каким-то сильно худым для охранника парнем в такой же, что не удивительно, форме, как и у меня.
Ну, послушаем, чем меня порадует это недоразумение.
– Жень, это Валера.
– Привет, – сказал Валера.
Я протянула ему руку.
– Привет, Валера, – хмыкнула тихонько.
А хватка у парня хороша, ничего не скажешь. Если бы не выучка – наверное, взвыла бы от боли в сдавленных пальцах.
Наконец, рукопожатие закончилось – и я мысленно поставила Валере плюсик.
Он среагировал на чуть нахмуренные мои брови, отпустил мои пальцы на свободу и даже слегка покраснел ушами.
Макс, разорвав наш с Валерой зрительный контакт, заявил:
– Ну что, ребят, оставлю вас разбираться с делами, а мне пора. Валера введет тебя в курс дела, хорошо?
– Хорошо.
Возражений у меня не было.
– Тогда я побежал, – кивнул Макс нам.
Он быстро удалился куда-то в сторону административного здания.
– Что ж. – Валера сложил руки на груди.
– Что?
Я не понимала его резко сменившегося настроения.
– Хочешь подсидеть Вовку? – спросил он прямо, но со скрытой угрозой.
– Кто такой Вовка? – озадачилась я.
– Мой друг, который стоит со мной в двойке на матчах, а тут ты нарисовалась, красавица!
Я опешила, Макс вроде говорил, что у него хорошие ребята, и он предупредит их о моей миссии тут, ну или как там.
Вздохнув, я предложила:
– Может, все-таки объяснишь мне то, что должен? Не собираюсь я никого подсиживать.
А что еще я могу ему сказать? Раскрыть служебную тайну своего здесь появления?
Ага, конечно, ну, очень профессионально получится. К тому же подозревать мне придется всех и каждого. Вдруг Глухалов чем-то насолил этому Валере? Или его другу? Хм… А что, все возможно.
– Точно? – убежденности в голосе поубавилось.
А я озадачилась: что за чумурудный парень? На кузнечика похож. Сейчас – на ну очень неуверенного кузнечика, красноватого окраса.
– Точно-точно, – я постаралась сказать это убедительно и по возможности дружелюбно. Вроде бы это его немного успокоило. Но не совсем.
– А почему же нашу двойку разбили на сегодня? Володьку отправили на другую сторону, с этим, ну новеньким, толстый такой.
Пухлому охраннику, похоже, не повезло: Валера тоже не сподобился запомнить его имя. Впрочем, ну их всех, – мысленно отмахнулась я и откликнулась на вопрос длинного парня:
– И я новенькая, и тот парень тоже. Может, Макс поэтому вас и раскидал? Все-таки негоже оставлять какой-нибудь пункт без нормального присмотра, правильно?
Валера подумал с минуту, после чего пожал плечами и дружелюбно заулыбался: очевидно, такая версия к нему в голову не забредала.
Мировое соглашение было достигнуто. И наконец я дождалась должностных инструкций.
– Так, смотри, мы стоим чуть позади Глухалова за левым плечом. Поняла?
– Угу.
– Никогда не подходим ближе метра без особой надобности, или чтобы его защитить. Просто сторонние наблюдатели.
– Хорошо.
– И это, не смотри на ментов, они какие-то нервные, лучше лишний раз их не провоцировать.
Я кивком дала понять, что до меня дошло его предупреждение, но надо было кое-что узнать:
– Скажи, а из полицейских тут часто бывают одни и те же двойки?
Он почесал подбородок.
– Частенько, если так, навскидку. Но никогда не знаешь, кто будет стоять с тобой.
Полицейских тоже не стоило исключать из списка подозреваемых. Хотя это маловероятно: ну что им с тренером делить?
– Так продолжим?
– Ага.
– Весь матч мы стоим там, где положено. Ты можешь отойти только во время перерыва, и то на пять минут, чтобы я тоже мог отойти. Но там мы стоим в двойке.
– Вроде ничего сложного.
– Ну да – ну да, попробуй-ка простоять, как оловянный солдатик, сорок пять минут кряду, с непривычки с ума сойдешь.
Я хмыкнула, но ничего не стала говорить по этому поводу, ведь в моем понимании работа есть работа. И никак иначе.
Валера тяжело вздохнул, будто успел отработать пару смен грузчиком.
– Больше вроде ничего такого, следи за порядком, да и все тут.
– Хорошо, спасибо, – откликнулась я.
Он мотнул головой и пошел посидеть на лавочке для команды.
Постояв немного в задумчивости, я присоединилась к Валере. Все же надо дать отдых ногам.
Закинув ногу на ногу, я погрузилась в глубочайшую задумчивость.
Валера коротко переговорил с кем-то по рации, отделываясь односложными репликами: «Да, есть, так точно», и вырвал меня из своих мыслей.
– Скоро начнут запускать болельщиков, а команда уже приехала. Глухалов только опаздывает.
Мне это не слишком понравилось, но я не стала нервничать раньше времени.
Вскоре трибуны начали заполняться людьми. Ажиотажем это все, конечно, не назовешь – был обычный матч, и народу не так много. Но все слегка возбуждены предстоящей игрой. Что-то покрикивали работникам охраны, сбивались в кучки на трибунах, возбужденно дискутируя о спорте.
Я настороженно переводила взгляд с одной такой группки к другой, привычно выцепляя наиболее подозрительных персонажей. Там мужик какой-то слишком массивный, в объемной ветровке, хотя теплынь на улице. Вон ребята втихую попивают, похоже, алкоголь: уж больно характерно горлышко торчит из непрозрачного пластикового пакета. На верхотуре парень по телефону разговаривает да так эмоционально руками машет!
