«матрац». Несколько футболок скрутил в плотный валик и завернул в одну из курток — вот и «подушка». Грубовато, конечно, но для короткого сна сойдёт.
Устроившись, я потянулся, разминая затекшие плечи. Закрыл глаза, сделал глубокий вдох, стараясь отпустить напряжение дня. Тихо произнёс:
— Начинай, Яр.
В тот же миг реальность поплыла, теряя чёткость. Мир растворился в мягком, почти невесомом тумане, а затем и вовсе исчез, уступив место странному, плавно колышущемуся полумраку. Я ещё помнил, что лежу на столе, но уже не чувствовал его — только лёгкое покачивание, будто на волнах.
Тьма сгустилась, вспыхнула мириадами мерцающих точек, которые медленно сложились в причудливые узоры.
Проснулся я полностью выспавшимся — на удивление, даже спина не затекла. Умывшись и разведя себе аварийный пищевой паёк, сел за стол, погрузившись в тяжёлые раздумья о том, что показал мне Яр во сне.
В целом выходило так: вроде всё понятно — а на деле ничего не понятно. Два года сплошного информационного шума, десятки отчётов, сводок, переговоров… И лишь один фрагмент цеплял внимание. Тот самый, который, похоже, отец специально велел ИИ сохранить:
«Запомни, Ратибор. Чтобы ни случилось, сколько бы времени ни прошло, ты должен сходить на место нашей первой охоты. Помнишь тот случай и что мы с тобой сделали? Проверь».
Я помнил.
Моя первая охота. Мы с отцом отправились в ледяную пустошь — за гигантскими зайцами, чудом генной инженерии нашего рода. Эти создания были неприхотливы: питались мхом, что рос в горных пещерах или прятался глубоко под снегом. Вырастали они размером с добрую земную корову, а мясо у них получалось нежнейшим. Наш Дом даже торговал им — поставлял небольшие партии на центральные планеты Империи. Продукт ценился высоко и приносил солидный доход.
В тот день мне исполнилось десять. Я убил своего первого зайца.
Отец вырезал его сердце и заморозил. Потом мы зашли в ближайшую пещеру. Он вырыл небольшую яму, положил туда сердце и сказал: «Это на счастье».
Откуда взялся этот ритуал — я не знал. Но отец заставил меня запомнить его до мелочей. А главное — заставил выучить место, где было зарыто сердце.
Теперь эти воспоминания обжигали сознанием: за простым напутствием скрывался код, ключ к чему-то важному. И я должен был попасть в ту пещеру.
— Доброе утро, Ратибор. Как спалось? — голос Яра вывел меня из раздумий.
Я через силу допил жижу аварийного пайка — вкус будто пыль с забытых архивов — и ответил:
— Выспался. Спасибо, что спросил. Как обстоят дела с анализом повреждений?
— Как я и говорил ранее, комплекс практически уничтожен. Целостность на данный момент — пять процентов. Но есть и хорошие новости, — Яр замолчал, буквально как человек, нагнетая интригу.
Я невольно усмехнулся:
— Рассказывай уже. Чего тянешь?
— Связь с внешним миром можно восстановить. Это не слишком сложно. Сохранилась внешняя антенна, установленная высоко в горах. Я смог до неё добраться через резервную линию, но на сам комплекс связи не подаётся энергия. Скорее всего, обрыв кабеля из-за завала. Если сможешь восстановить питание, мы прорвём этот информационный вакуум.
— Отлично! — я хлопнул ладонью по столу. — Дай мне десять минут, и я готов отправляться.
— Это ещё не все хорошие новости, — снова затянул Яр.
Я вскинул брови:
— Яр, не томи. Говори уже.
— Подземный ангар. Он полностью сохранился. Там стоит тяжёлый истребитель. Я уже подключился к нему и проверил системы. Всё в рабочем состоянии, включая варп-двигатель. Дальность полёта без подзарядки — один короткий прыжок.
Он сделал паузу — и в этой паузе что-то дрогнуло. Голос его чуть изменился, стал тише, будто он подбирал слова:
— Вы сможете покинуть эту планету.
Я замер. В груди что-то сжалось — резко, больно.
— А ты?
— А я — нет.
Тишина ударила по ушам.
— Я не оставлю тебя здесь, — вырвалось у меня. — Ты единственный… — я запнулся, горло сдавило. — Ты единственный близкий мне человек. Член Дома. Родственник. Брат. Короче, делай что хочешь, но придумай, как мне вытащить тебя отсюда. Без тебя я не полечу, — закончил я, и в голосе прорезались стальные нотки.
Пауза. Долгая. Тяжёлая.
— Я понял приказ, Ратибор, — наконец произнёс Яр. И после едва уловимой заминки добавил: — .. Спасибо.
В его «спасибо» было больше, чем просто слово. Там была благодарность, смирение — и что-то ещё, почти человеческое.
Я сжал кулаки. Нет. Так дело не пойдёт. Я не улечу без него. Нужно найти способ. Обязательно.
Я разбирал очередной завал, прокладывая путь к комплексу связи. Движения стали почти автоматическими: убрать обломок, проверить устойчивость, сдвинуть глыбу, протиснуться в щель. В голове же кипела совсем другая работа — я лихорадочно искал способ вытащить отсюда Яра.
«Сначала нужно добраться до комплекса, — мысленно повторял я. — Потом проверить кабель, по которому подаётся энергия. Но это лишь первый шаг. Главное — придумать, как эвакуировать ИИ».
Без Яра улетать я не собирался. Точка. В крайнем случае, если он найдёт способ «упаковать» себя в переносимый модуль, придётся слетать за нужными деталями. Потом вернуться. Но как раздобыть ресурсы? Кредитов нет. Можно попробовать продать плазменные штурмовые винтовки… если, конечно, за двести лет они не превратились в музейные экспонаты.
Мысли метались, как загнанные звери: от отчаяния — к проблескам надежды, от трезвого расчёта — к безумным идеям.
Через час я наконец добрался до отсека связи. Осмотрев помещение, двинулся вдоль кабельной трассы. Обрыв обнаружился через триста метров — опять разрыв из-за обвала, ничего критичного. «Ремонт займёт пару часов», — мелькнула мысль.
Пришлось снова тащиться в ремонтный цех — за инструментом и запасным кабелем. Руки уже ныли от монотонной работы, но я не обращал внимания. Каждый шаг приближал меня к цели.
Несколько часов спустя, когда я затянул последний контакт, в наушниках раздался голос Яра:
— Связь с внешним миром восстановлена. Начинаю сбор информации. Ратибор, я не знаю, сколько потребуется времени. Уже сейчас понимаю: в галактике всё кардинально изменилось.
Я замер, держа в руках инструменты. Голос звучал… иначе. Более напряжённо, что ли.
— Хорошо. Ты придумал, как мне тебя отсюда вытащить? — спросил я, стараясь, чтобы вопрос не прозвучал как обвинение.
— Пока нет, — признался Яр. — Но я думаю. Обязательно придумаю.
«Обязательно», — повторил я про себя. Иначе и быть не может.
Глава 4
На следующий день я сидел за столом перед стаканом с жижей аварийного питания. Вязкая масса мерцала в свете ламп, будто издеваясь. Я не мог пересилить себя — пить эту гадость было выше моих сил. Взгляд рассеянно скользил по
