детей у него только сыновья.
Один из дюжих молодцев страховал престарелого родителя, галопируя сзади, а двое других привались к забору, и лузгали семечки. К ним-то я и отправилась за разъяснениями.
— Чего Михей с утреца спортом решил заняться?
Старший Никфор хмыкнул в пышные усы:
— Да этот идиот вчера к Нюльке через наш огород полез. Весь самосад отца потоптал.
Мда. Наставница в шутку всегда говорила, что при напряжении в районе гульфика у мужчин кровь от мозга отливает. А оказывается, она-то и не шутила.
Дракону забава понравилась. Бегуны приобрели небывалую прыть, что вполне закономерно, когда за тобой несется огромная туша с крыльями. Тут уже не до разборок — главное ноги унести.
Старик Михей был посообразительней Шурха, и при первой же возможности нырнул в густой кустарник. А я лишь трагически вздохнула, рассматриваю огромную дыру в заборе, окружающем деревню. Осталось только рядом нацарапать «Тут был дракон».
— Ты зачем его с собой притащила? — недовольно зашипел из-за невысокого плетня староста.
— Да повязаны мы, — пришлось признаться с тоской. — Куда я, туда и он. Кстати, а что вы там делаете? — я взглянула на намечающуюся лысину дядька Фрола, который согнулся в три погибели. У ведьм любопытство всегда «кстати».
— Да супружница его женские труселя кружевные в кармане отыскала, — влез младшенький старика Михея, когда убедился, что отец в порядке и надежно замаскирован под буйную растительность. — А размерчик не ее. Вот крику-то было на всю деревню.
— Я в лесу их нашел. На елке, — плаксиво пояснил староста.
— Ага, — еще печальнее протянула я. — Такие? — попыталась изобразить руками не очень пристойные размеры.
— Откуда знаешь? — дядька Фрол заинтересованно высунул нос из убежища.
— Мои, — с грустью попрощалась я с любимым комплектом.
— Чем докажешь? — оживился староста. Явно не от жадности. Обрадовался бедолага появившемуся алиби для жены. Хотя по мне так себе оправдание.
— У меня еще бюстье такое же было, — мужики прямо воспряли духом в надежде предъявления доказательств, — но он его сожрал! — я ткнула пальцем в резвящегося дракона.
— Ого, — завистливо протянули они хором.
Махнула на них рукой. Даже думать не хочу, о чем это таком сея теплая компания подумала.
Повитуха крепкая женщина лет пятидесяти встала в дверном проеме, подперев бока кулаками. Собралась стоять до последнего, но не пропустить конкурентку в моем лице в дом.
— Папоротник купить хочу! — я решила сразу использовать кодовое слово. Для деревенских, которые между собой имеют возможность производить только натуральный обмен, «купить» — магическое заклинание. Сама хлебнула это бартера по самые уши.
Вот и повитуха, задумчиво пожевав, губами сдалась. Теперь можно бежать в избушку варить зелье.
Дракон обнаружился неподалеку. Рядом с ним, тяжело дыша, изображал звезду на земле Шурх.
— Брось каку, он тебя плохому научит, — я поманила ящера за собой.
Первый бабник Верхних Культяпок протяжно застонал, но спорить не решился, когда ему чуть по мордасам не съездили хвостом.
Я уже, можно сказать, привыкла к персональной тучке и косила на нее глазом раз в пару минут, но вот явление второй стало неожиданностью. Особенно когда эта огромная ворона решила присесть на сосну. Дерево натужно заскрипело…
— Ты чего творишь⁈ — я прижала руки к груди в тщетной попытке успокоить сердце. — Белка-переросток!
Сосна скромно лежала рядом с опешившей ведьмой. Что-то (а именно чутье на неприятности) подсказывает — визит будет не совсем дипломатичный.
Дракон перламутрового цвета выдал издевательское «Грау» и взмыл в воздух. Я бросила холщовый мешок на землю и приготовилась показать одному наглому существу — ведьмы в качестве отбивной не самое лучшее блюдо. И факт, что на ящеров не действует наведенная магия, меня не остановит. Тучи с молниями можно призвать самые настоящие.
Но героически продемонстрировать умения, вбитые со слезами учителей, мне не дали. Стальной метнулся наперерез и огромный клубок из тел, сметая под собой деревья и образуя широкую тропу прямо до моей избушки.
Опять я без грядок осталась!
И тем страннее было, вывалившись на лужайку, увидеть вместо дракона симпатичную девушку с перламутровыми волосами.
— Да что же это делается, — причитал за поленницей Вальдемар. — Ироды множатся!
— И как это понимать? — зашипела незнакомка, наступая на меня.
Я молча закатала рукава рубашки. Мы ведьмы вообще народ нервный и беспричинные способы нас убить не любим. Как, впрочем, и причинные.
Стальной весьма недовольно рявкнул на гостью. Да так, что я сама присела от страха.
— Ах так⁈ — девица сжала кулаки. — Значит, пока мои родители уговаривали твоих, Лучик, на обряд ты нашел себе… человечку⁈ — последнее слово она просто выплюнула.
— Неуважаемая, — я подбоченилась прямо как повитуха, — это я его нашла, между прочим. Сама.
— Ведьма⁈ — недобро прорычала неизвестная.
— Потомственная. Чем и горжусь.
— Тогда все ясно, — неожиданно ровным тоном произнесла девица и начала оборачиваться.
Я заинтересованно подалась вперед. Наглядно продемонстрировать учитель нам подобное зрелище не мог и просто махал руками вокруг себя, стимулируя студенческое воображение.
Фигуру гостьи окутал темный кокон. Из него начали расти крылья и хвост. Но дальнейшее мне досмотреть не разрешили. Стальной дракон прижал меня лапами к теплому животу и плотно закрыл. В следующую секунду я увидела между жилами в крыльях как разгорается солнце. Это гадина в неповинную ведьму огнем плюнула⁈
В ушах образовался шум, и я сползла на землю.
— Миладия! — домовой потряс меня, заставляя открыть глаза. — Живая⁈
Я ответила в духе гримуара, а стыдно мне не было!
— Ухват! — прорычала я, с трудом принимая вертикальное положение из-за черных мушек в глазах.
Мне в руку вложили незаменимый инвентарь, который срочно пришлось использовать как подпорку, поскольку тело самопроизвольно наклонялось во все стороны.
Но моя грозная мстя слегка запоздала. В дальнем углу у самой кромки леса стальной прижимал перламутровую лапой за шею к земле и от души охаживал ее по попе хвостом. Драконица надрывно орала, но вырваться у нее никак не получалось.
— Ох, — меня опасно повело в сторону.
Стальной бросил воспитательную процедуру и юркнул ко мне, мордой поддерживая и не давая снова осесть на землю.
— Почему так холодно? — я облизала сухие губы. — И пусто?
— Милушка, — затравленно прошептал домовой, — где твоя магия?
Я рефлекторно ощупала грудь рукой.
— Тьфу
