меня, Кукла! — Рычу, хватая ее за подбородок и наблюдая за колыханием женской груди.
Потемневшие глаза Кристины блестят негодованием, выдавая немое противостояние.
«Что за женщина, а? Откуда она берет силы для этого? Какая бесстрашная куколка мне попалась…»
Поднимаю ее таз выше, начиная дикую долбежку. Сейчас «ненависть» Куклы зашкаливает как никогда.
«Ты уже близко, я чувствую это, Куколка».
Из собранного на нее досье знаю, что Кристина сменила врача и должна была прервать прием противозачаточных. Я просчитал точную дату ее цикла, оценивая возможности незапланированного залета, но все летит к черту, когда мой член начинают сжимать ее горячие тиски. Моя Куколка снова широко раскрывает свои глазки, выгибаясь дугой мне навстречу.
— Не-ет! — Кричит она, пытаясь оттолкнуть меня руками за секунды до необратимого взрыва.
— Да… — Отвечаю удивительно спокойно, содрогаясь от своих извержений, начавшихся, как только ее тугая киска сжалась вокруг меня.
В лоно Куклы, как можно глубже…
Я знаю, что семени было много, ведь давно не испытывал подобного опустошения.
Я готов рухнуть от головокружения и приятной слабости, а члену становится щекотно от ритмичных сжатий женского тела.
Я наклоняюсь и внимательно смотрю на ее лицо, наблюдая за тем, как моя Куколка тяжело дышит. По ее носу стекает капелька пота, грудь и шея покрылись розовыми пятнами желания.
И испепеляющий взгляд в мою сторону…
«Ничего, моя тигрица, я приручу тебя, ты будешь есть из моих рук. Я тебе обещаю!» — Даю себе зарок, уже планируя, в какой позе возьму ее дальше.
4 глава
Я лежала, прислушиваясь к шуму воды из ванной. Хищник зашел туда пятнадцать минут назад. Я хорошо чувствовала время, с точностью до минуты могла определять его течение и это не раз спасало меня в опасных ситуациях.
Услышав, как хлопнула дверь, притаилась, выравнивая свое дыхание и полностью расслабляя ноющие мышцы. Я почти не сомкнула глаз, думая о прошедшей ночи и своих ощущениях.
Быстро одевшись, Хищник вышел из комнаты, оставив меня одну в своей постели. Я ожидала приказа выметаться из его комнаты, но его не последовало, так что, пролежав для надежности еще минут сорок, я направилась в ванную. Изнутри дверь была полностью зеркальной, это позволило мне осмотреть свое помятое тело.
Его высохшая сперма неприятно стягивала кожу. Грудь — вся в засосах и следах от его зубов. Выглядело это гораздо хуже, чем было на самом деле, а, может, все дело в моем безразличии к боли? Между ног ныло так, словно меня вновь лишили девственности, но даже тогда это не было так отвратительно.
Даже осознавая, на что шла, теперь я была шокирована. А это было почти невозможным для меня! Я ждала насилия, жести и извращений. Готовилась терпеть любые унижения и боль. Но я не была готова к удовольствию. К обжигающему чувству беспомощности, когда женщина не способна контролировать собственное тело и реакцию. Лучше боль, чем эта пожирающая тело похоть, которая только разгоралась от каждого последующего раза.
Хищник был ненасытен, получая меня снова и снова, показывая мне, что нет предела удовольствию, которое он дарил мне своим членом и руками. Это был интересный опыт. Однако быть беспомощной мне не нравилось. Успокаивало лишь то, что и он постепенно терял от меня голову. Я собиралась использовать это в своих целях. Свести его с ума — вот что мне нужно. А если в процессе можно еще и получить удовольствие, то почему бы и нет? Для разнообразия можно было бы и разбавить боль, ставшую моим вечным спутником.
Но хватит разглядывать себя и размышлять о происходящем, пора принять душ.
Теплая вода успокаивает мое тело, мокрые волосы тяжелеют. На полке душевой кабины стоят гель для душа и шампунь известного бренда TomFord, «FuckingFabulous». Аромат шампуня снова напомнил Хайсама, от которого я хотела избавиться.
Хотя, возможно, это и к лучшему. Мужчины любят помечать своих женщин. А в том, что очень скоро я стану «Его», сомнений не было.
Он любит страх и покорность? Он их получит. Моя вчерашняя реакция не на шутку завела его. Все произошло совершенно неожиданно для меня самой, но я была рада, что теперь это сыграло мне на руку. Больше всего я поразилась собственным слезам.
Я не плакала. Никогда. Я могла вызвать слезы только используя глицерин или, в экстренных случаях, при помощи того, что просто оказалось под рукой: мыла или духов. А вчера слезы текли рекой, не желая останавливаться. Странная реакция на первый оргазм в моей жизни. Не зря французы называют его Lapetitemorte…
Действительно, маленькая смерть.
Но все же мысль о том, что я буду пахнуть его ароматом, вновь порождает во мне привычную ненависть к нему. И, вместо того, чтобы, как положено женщине в моей ситуации, раздирать собственную кожу до крови, истошно орать и реветь навзрыд, я включаю холодную воду, сдерживая под ней свое тело, несмотря на рефлекторное желание избежать неприятных ощущений. Жалеть себя — не в моих правилах. Дождавшись, пока от холода мои зубы не начали стучать, а в голове не появилась полная ясность, сделала воду чуть теплее.
Молча смываю с себя нашу близость и начинаю ласкать свое тело пальцами, ощущая странное, обновленное томление под густой пеной. Даже его поцелуи были другими, подавляющими и властными, но — стоит признать! — я никогда не чувствовала ничего подобного от ласк моего мужа…
«Давай, Куколка… покажи мне себя..»
И я показала — с громким позором и неконтролируемой реакцией на каждое прикосновение этого монстра. Тело меня предало, оно выгибалось, принимая в себя до самого основания его член.
Только сейчас я осознала, что плавно двигаю пальцами по распухшей коже между половыми губами.
Выключаю воду, выхожу из душа и вновь смотрюсь в зеркало. Вижу свое отражение, но при этом вспоминаю Хищника.
«Ну что, продолжим нашу игру, Куколка?» — все его слова снова проходят сквозь меня вместе с воспоминаниями о его глубоких толчках.
Это возбуждает меня до омерзения.
«Я обещаю, Хайсам, твоя смерть
