И он получит ее.
Эта мысль явилась к нему неожиданно, но очень быстро материализовалась в конкретную и ясную цель. Ранее его действия направлялись на простое, естественное ублажение плоти. Нет! Теперь у него есть дело поважней. Он будет преследовать именно ее, мисс ведущую «Криминальной хроники», до тех пор, пока каждый день, ложась в постель, она не будет с ужасом думать, что он где-то здесь, рядом, и неотрывно следит за ней. Ее постоянно будет терзать ощущение беспомощности, тревога, страх, злость, которые, подобно раковой опухоли, станут пожирать ее изнутри. Только тогда он прекратит свою пытку и возьмет Нэнси Джейн Джойнс.
Нэнси взглянула на часы и облегченно вздохнула. Наконец-то день закончился. У нее разболелась голова. Потирая виски, она потянулась к сумочке, как вдруг зазвонил телефон. Накопившаяся за день усталость и сильная головная боль напрочь отбили желание с кем-либо разговаривать, но, опасаясь упустить какую-нибудь важную информацию, она спешно достала из ящика стола карандаш и блокнот и подняла трубку.
— «Криминальная хроника». Чем я могу быть вам полезной?
Безмолвие, последовавшее за ее обращением, не было чем-то необычным. Ведь сдать властям своего друга или, больше того, члена семьи — дело нелегкое. Иногда на такой шаг идут ради денег, иногда из мести, но чаще все-таки людьми движет стремление очистить город от всякой нечисти. Естественно, многие теряются.
Нэнси спокойно повторила приветствие. Сначала ей показалось, что на другом конце провода уже собираются класть трубку, но вдруг тихий, бесцветный голос прохрипел:
— Я видел изнасилование.
Слова прозвучали, как дьявольский шепот из преисподней, и от внезапно охватившего страха холодок пробежал по ее спине. Задрожавшие пальцы выронили карандаш. Девушка понимала, что должна взять себя в руки. Ведь это же хорошо, уговаривала она себя, что инсценировка заставила откликнуться свидетелей. В этом и заключалась цель репортажа. Но от предчувствия какой-то опасности ей захотелось бросить трубку и убежать.
Наконец, собравшись с силами, она взяла карандаш и придвинула блокнот.
— Какое изнасилование, сэр? — спокойным ровным голосом спросила она. — Что вы видели?
— То, которое показывали по телевизору, где вы выступали в роли жертвы. Там, у больницы.
В его странном вкрадчивом с акцентом голосе — самодовольном и с оттенком угрозы — было что-то путающее. Ей снова захотелось бросить трубку, но она сдержалась и требовательно произнесла:
— Вы находились вблизи больницы ночью 27 марта?
— Ее волосы не такие рыжие, как у вас, — хрипло прошептал он, проигнорировав вопрос. — И они были распущены. Уж если вы решились на такую роль, то и исполняйте ее как можно ближе к действительности.
Странно, но он говорил так, словно видел жертву в момент нападения. Интересно, что он там делал? Стоял в темноте, наблюдал и пальцем не пошевелил, чтобы помочь несчастной?
— Что вы можете сказать о преступнике?
— Почувствовав нож у горла, девица бросила сумочку, — продолжал собеседник, не слыша или не желая услышать вопросов Нэнси. — Мне нравятся ножи. С ними намного безопасней, чем с пистолетами. И бесшумно. Да и женщины относятся к ножам совершенно иначе, не как к пистолетам.
Нэнси с силой сжала трубку.
— Сэр, вы, вероятно, видели насильника. Я знаю, он был в маске, но, может, случайно бросились в глаза какие-то его отличительные черты? Татуировки, шрамы? Любые характерные особенности, по которым можно выявить преступника?
— Она не боролась так долго. Это было бы глупо. Какая уж тут борьба, когда страх застилает глаза!
Рука, записывающая разговор, замерла. Его слова, акцент… Неужели он? В ужасе Нэнси уставилась на блокнот; убеждая себя, что что-то недопоняла…
— И вы тоже будете со мной кроткой, — перебил он ее мысли. — Все другие — ерунда, простая ошибка, — говорил он, словно пытаясь оправдаться. — Должен сознаться, в тех случаях я был не прав. Мне стало ясно это только тогда, когда судьба подарила мне вас. Теперь для меня никто не существует, кроме вас, Нэнси. Я найду тебя. — Его тон стал решительным и злобным. — Найду и расплачусь за все.
Он, наверное, сумасшедший, подумала девушка. Точно! Надо просто положить трубку и забыть об этом дурацком разговоре. Но в голосе незнакомца чувствовалась необычайная уверенность, и акцент очень походил на тот, о каком рассказывали потерпевшие.
По спине снова пробежал холодок.
— Отомстить мне? — вскричала Нэнси. — Да что такого я сделала вам? Кто вы такой?
В ответ ей прозвучали только короткие гудки.
Конихан не видел Нэнси со дня съемок. И сейчас, стоя перед закрытой дверью кабинета с табличкой «Ведущая программы «Криминальная хроника» мисс Нэнси Дж. Джойнс», Дон внушал себе, что глупо избегать ее. Ведь никто же его не просит просиживать у нее долгие часы. Необходимо лишь узнать о результатах репортажа. Если сейчас ничего не сделать с волной преступлений, которая резко поднялась в связи с наступлением тепла, то к лету город превратится в зону военных действий.
С другой стороны, его не покидали мысли о ней, а тот неподдельный страх на ее лице во время съемок, подмеченный, видимо, только им, не давал ему покоя ни днем ни ночью.
Трех минут — а может, даже и меньше — ему хватило, чтобы напомнить и убедить себя, что эта леди — чересчур самоуверенная и недоступная особа. В конце концов, он не собирается проводить уик-энд в раздумьях о Нэнси Джойнс.
Постучав в дверь, он вошел в кабинет с твердой уверенностью не задерживаться здесь, но, увидев ее бледное как полотно лицо и полные страха глаза, тотчас же забыл о своем намерении. Ему редко доводилось видеть людей, охваченных таким ужасом. Однако не прошло и секунды, как, к его изумлению, перед ним уже сидела не насмерть перепуганная женщина, а спокойная и надменная ледяная красавица.
— Что случилось? И не пытайтесь уверить меня, как тогда, ночью, что у вас все в порядке, — прогремел он, прежде чем та успела открыть рот. — Я не слепой. Только что вы были безумно напуганы. Учтите, я не выйду отсюда, пока не узнаю, в чем дело.
Нэнси понравилась его напористость. Она не сомневалась, что этот человек так же не бросает слов на ветер, как и тот — по телефону. Сравнение показалось ей кощунственным, и девушка истерически хихикнула. Взглянув в прищуренные глаза Конихана, она едва сдержалась, чтобы не крикнуть: «Нет, не подходи!» В настоящий момент она была слишком уязвимой, чтобы хладнокровно ощущать его близость.
Нэнси порывисто кинула ему блокнот с записями.
— Я… мне кажется, звонил п-преступник.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
