— И вашему любовнику будет сохранена жизнь, — вместо ответа посулил ей кардинал. — Опять же, в случае вашего успешного и благополучного возвращения.
— Моего возвращения? Откуда, из Англии? — Сердце девушки тревожно забилось. — Но ваше величество ничего не скажет мне до тех пор, пока мы не договоримся об оплате и я не дам своего согласия на сотрудничество.
— Очень хорошо, — похвалил принцессу кардинал.
— Я же говорила вам, что она очень хитра и проницательна.
— Я не шлюха!
— Речь идет о поручении, выполнение которого невозможно доверить шлюхе, — поспешил успокоить девушку кардинал.
— Тем не менее, я решительно отказываюсь.
— Если ты сейчас откажешься, то наказание последует незамедлительно и будет именно таким, какое я тебе обещал, — ответил Франциск. — Субиз, казнь твоего любовника, потеря приданого и аннуитета. И, возможно, еще и обвинение в государственной измене.
— Соглашайтесь, вы только выиграете от этого. Однако, — увещевающий голос кардинала Медичи вдруг сталь жестким и твердым как сталь, — если вы примете наше предложение, а затем откажетесь, то наказанием для вас станет смерть.
— И вы всерьез полагаете, что я назову свою цену и приму решение до того, как узнаю во всех подробностях, что именно от меня требуется?
— Как только мы начнем переговоры, пути назад уже не будет, — подчеркнул кардинал Медичи. — А если вас постигнет неудача и вы попытаетесь сбежать…
— Я всегда выполняю то, за что берусь, — высокомерно сообщила Рене, ставя точку в бесплодной дискуссии. В то же время она лихорадочно взвешивала все «за» и «против». Насколько далеко она может зайти в попытках обеспечить собственное будущее? — От меня потребуется совершить смертный грех?
— Вас попросят выполнить священный долг, — заверил ее кардинал.
— С каких это пор шпионаж за англичанами превратился в богоугодное деяние? — с вызовом бросила Рене.
— Мы не просим вас шпионить за кем–либо, — пробормотал кардинал. — Да или нет? Решайте немедленно.
— Если меня поймают англичане, они меня казнят. Если я откажусь, вы казните Рафаэля. Если меня постигнет неудача, вы меня убьете. Следовательно, мне остается единственный выход — принять ваше предложение и с блеском выполнить его.
— Да! — жизнерадостно и в один голос вскричали король и кардинал.
— В качестве платы за свои услуги я требую герцогство Бретань и свободу Рафаэлю.
— Бретань ты не получишь! — в гневе взревел Франциск.
Маргарита, пораженная, воскликнула:
— Ну и нервы у этой девчонки!
Рене уставилась на Маргариту.
— Это ведь не вас просят рисковать собственной жизнью. — Девушка окинула вызывающим взглядом короля и кардинала. — Что бы вы ни заставили меня сделать, наградой за это для меня станет Бретань. Как только мой «священный долг» к вашему удовлетворению будет выполнен, мне возвратят титулы и земли моей матери–королевы, причем возвратят с королевскими гарантиями того, что право наследования я смогу передавать сама, и по женской линии тоже. После этого я покину ваш двор и пределы вашего королевства.
На виске у короля Франциска нервно пульсировала жилка.
— Герцогство Бретань находится в моем королевстве, под моей юрисдикцией, как это было и при моем предшественнике, твоем отце!
— В соответствии с полусалическим законом о наследовании герцогство Бретань принадлежало моей матери–королеве.
— Бретань ты не получишь, — решительно заявил король Франциск. — Тебе заплатят золотом.
— В тюрьме золото мне будет ни к чему. Я даю согласие в обмен на свою независимость или решительно отказываюсь от той высокой чести, которой вы меня удостаиваете.
— Напоминаю, твой решительный отказ означает брак с Субизом, — напомнил король. — А заодно и казнь любовника.
— Что ж, да будет так. — Рене устремила на него свой знаменитый упрямый взгляд.
Похоже, кардиналу Медичи не доставила удовольствия неспособность короля Франциска решить вопрос ко всеобщему удовлетворению.
— Вынужден напомнить вашему величеству, что договор с банком Медичи…
— Мой дорогой кардинал–протектор Франции! — возопил Франциск. — Я не стану платить за вашу благословенную тиару гражданской войной. Я не верю всем клятвам верности этой девчонки. Как только эта нахалка заполучит свою Бретань, она немедленно восстановит суверенитет своей матери и отколется от Франции. Я же лишусь значительной части своих доходов, а на руках у меня окажется франко–бретонская война. Вашего флорентийского золота не хватит, чтобы покрыть убытки.
Рене улыбнулась про себя. Золото Медичи в обмен на папский трон! Ей очень хотелось узнать, кто из них первым сыграет отбой. Принцесса готова была держать пари, что им окажется шут гороховый, по недоразумению ставший королем Франции.
— Ты получишь герцогство Шартрское, — как и следовало ожидать, пошел на попятный Длинноносый.
Принцесса ответила:
— Ваше величество уже пожаловали мне Шартр в качестве приданого.
— Оно у тебя отобрано! Но если ты проявишь послушание, мы позволим тебе сохранить его.
— Быть может, вы избавите меня от унизительного торга? Субиз ждет.
Кардинал метнул на Франциска недовольный взгляд, и король неохотно проворчал:
— Шартр и земли близ Нанта.
«Интересно, это его последнее слово?» — подумала Рене. Или же миллионы золотом, которые флорентийский банк Медичи готов заплатить за восстановление на святом троне представителя своего клана, окажутся для короля слишком сильным искушением?
— Ваше величество, боюсь, вы возлагаете чрезмерные надежды на мои скромные способности. В конце концов, я всего лишь женщина — слабая, покорная, смиренная, несведущая в мирских делах…
— Ха! — фыркнула Маргарита. — Упрямая обманщица, вот кто ты такая!
— Что будет, если я исчезну где–нибудь на полпути между Францией и Англией и никогда не вернусь?
— Вы, конечно, можете поступить так, но помните — вы лишитесь не только Бретани, но и своего любовника. Кроме того, всю оставшуюся жизнь вам придется оглядываться через плечо, — мягко возразил кардинал.
Рене с готовностью подхватила:
— Если я откажусь, то погибну. Если моя миссия не удастся, я погибну. Если мне удастся задуманное, я окажусь в смертельной опасности. Вы не оставляете мне выбора — мне почти нечего терять. Поэтому я повторяю — или Бретань, или ничего. В противном случае игра не стоит свеч.
Длинноносый обратился к кардиналу.
— Каким образом вы намерены компенсировать мне потерю Бретани?
— Удвоив цифру, на которой мы сошлись.
