Я должен все как следует обдуматьВам помогут совершить туалет, а потом продолжим беседу за завтраком. На террасе, в саду или в зале охот?
-Мне все равно...
-Тогда в саду, если не возражает мой принц.
Принц сжал ладонями виски.
"Что-то не так? Но что? Он словно впервые слышит все это!"
После ухода Лораса в комнату немедленно с почтительными поклонами явились три девушки в легких платьицах, воздушных, словно из тюля и таких же прозрачных.
Все три кудрявые блондинки, стройные, с пышными грудями и игривыми глазками.
Кристиан покорно отдался в их руки. Его тщательно вымыли, а потом одели все в то же что и первый раз.
Появились два пацана лет десяти, важных как принцы, в расшитых золотом кургузых курточках. Принесли на вытянутых руках белье, а потом немедленно и одежду.
Вместо шпаги принесли расшитый золотыми нитями кожаный пояс и кинжал, похожий на узкий короткий меч, в перламутровых ножнах. В завершении всего с поклонами преподнесли мягкие кожаные перчатки, мягкий черный берет с пером, приколотым золотой брошью.
Девчонки и пацаны выстроились в ряд вдоль стены, разглядывая принца без всякого стеснения и словно чего-то ожидая.
Почему бы не спросить у них? Слуги все видят и все слышат!
-Герцог Филипп когда в последний раз посещал замок Ружмонт?
Слуги переглянулись.
-Более месяца назад, мой принц! - прощебетала остроносая брюнетка и заалела от смущения.
-Свободны! - буркнул принц.
Он шел по знакомым коридорам в сад, держа руку на кинжале.
Немногочисленные слуги, попадавшиеся по дороге, низко кланялись. В сад пришлось подниматься по узкой винтовой лестнице.
По дорожке усыпанной белых хрустящим гравием, принц дошел до ажурной беседки под сияющим куполом.
-Ваше высочество!
Хранитель Лорас появился из-за ближайшего дерева.
-Прошу вас!
Стол в беседке был сервирован на двоих.
Кристиан сел за стол лицом ко входу. Пока Филипп где-то бродит, надо быть на чеку.
-Когда же мы поплывем трогать меч Гленоров?
Лорас вздрогнул и впился взглядом в лицо принца.
-Кто вам сказал про него?!
"Ну, вот опять, снова здорова!"
-Вы сами и сказали. Лорас, хватит разыгрывать склеротика! Уже не смешно!
Вышколенный слуга в синей ливрее принес чеканный серебряный кувшин с вином и разлил по стеклянным бокалам золотистый напиток.
Два других слуги подали на блюдах под серебряным крышками жареное мясо со специями и сизые вареные овощи в качестве гарнира.
В вазочке возникли воздушные белые хлебцы. На тарелках дырчатый сыр, копченые колбаски, слегка обжаренные.
Когда слуги вышли вон, Лорас открыл рот.
-А если я скажу что ничего не было? Ни вашей любовной интриги с Хайди, ни нападения ее мужа!
-А что же тогда было?
-Ничего. Вы здесь этим утром впервые. В Мире вы впервые. Впервые после вашего спасения в детстве.
-Да, да! Я помню! Про узурпатора Дарси, про свержение и убийство короля-отца! Я все помню!
-Тогда приступим к завтраку?
-Как вам будет угодно! - буркнул Кристиан и взялся за еду.
"Кто-то потерял память, но не я!"
Кристиан до сих пор помнил ощущение стали в животе и страх, потный страх в немеющем теле. Помнил предсмертные жуткие крики Хайди.
-Раз все впервые, то скажите, Лорас, зачем вам это?
-Это?
-Вся эта интрига-зачем? Спасение принца, отправка в другой мир, возвращение обратно. В чем ваша выгода?
-Служить вам - честь, мой принц!
-Вы такой бессеребренник и вам ничего не надо от меня?
-Ничего, мой принц.
Кристиан кивнул. Ощущение дежа вю нарастало.
"Мы опять говорим о том же самом!"
После завтрака слегка захмелевшему принцу предложили, показали замок.
Кристиан отказался и прошел в библиотеку и попросил показать ему карту.
Слуга тут же принес рулон пергамента и с поклоном расстелил на овальном столе красного дерева.
Знакомая карта с отметками, подтерками и исправлениями.
-Герцог Фирен, отец нашей дорогой хозяйки обожал заниматься географией и постоянно следил за всеми исследованиями и путешествиями. Пять кораблей, принадлежавших ему лично, бороздили воды морей, тщательно отмечая рельеф, глубины, течения.
Вот, мой принц-видите остров рядом с побережьем восходного материка? Это остров Ружмонт с этим самым замком, в котором мы имеем возможность находится.
Они сидели на мягкие диваны у стены, рядом со шкафами набитыми увесистыми томами.
Выслушав еще раз лекцию про Семиречье, Кристиан сослался на головную боль.
Лорас немедленно возложил руки на его виски.
-Вы устали, вам надо отдохнуть. Прошу меня извинить, мой принц.
Ничего страшного!
Кристиан вернулся в свои комнаты. Сюда ему принесли и обед и ужин. К еде он почти не притронулся. Валяся одетым на кровати и размышлял о случившемся.
"Я даже не помню дату, когда появился здесь в первый раз! Не удивлюсь что я опять в том же дне!"
Погасив свечи, кроме одной, Кристиан забрался под мягкое одеяло и закрыл глаза.
"Филипп убил меня и Хайди, а кто-то, отмотав время, назад дал мне второй шанс. Помнит ли Хайди про то, что случилось? Про нашу любовь?"
Разбудили его рано утром вопли нахальных чаек.
Свежий утренний ветер вливался в окно, шелестел пергаментом на столе.
Замок Ружмонт никуда не девался и море голубое все также блестело за окном вдали.
В дверь постучали.
Опять явились служанки с водой и тазиком.
Как маленького мальчика умыли и одели.
"Хорошо хоть щетина не растет-еще бы и побрили...."
Пришел Лорас, предложил позавтракать на террасе с видом на бухту.
-Может на морском берегу?
-После завтрака я сопровожу вас на берег, мой принц, если вы пожелаете.
Прилетел голубь с письмом. Завтра герцогиня вернется в замок. С нею вам будет не так скучно, мой принц.
"Да уж! С ней не заскучаешь! Из-за нее меня прирежут!"
-Ей восемнадцать лет. Она первая красавица Плимутрока. Она уже вступила в предбрак с герцогом Аргарда.
Лорас снова рассказал о том, что аристократия, прежде чем заключить брак вступает во временный союз-предбрак. Будущий муж и будущая жена большую часть года проводят вместе и спят в одной постели. Если к концу года наступит беременность, а еще лучше появиться ребенок- брак оформляется, как требуют традиции-обрядом в храме двуединого бога и пышным пиршеством с приглашением родственников.
Кристиан терпеливо все выслушал.
Лораса не свернуть с пути, он словно роль исполняет! Реплики все должны прозвучать!
Принц вздохнул.
-Давайте наедине прекратим все эти титулования?
Маг поклонился.
-Как пожелаете, Кристиан....
-Какой сегодня день?
-Пятое гейтана.
"Мне это ничего не говорит!"
-Здесь в году десять месяцев по сорок дней каждый. С вашим миром есть разница, как видите. А гейтан-последний день весны.
-Как у нас май?
-Вы правы.
-Я заметил, что в замке нет часов. Как вы определяете время?
-У нас отличная погода на побережье, почти каждый день солнечный и во дворе все отлично видно на солнечных часах. Еще есть песочные.
-А механические?
-О, они слишком большие! На башне замка есть такие, но про приказу герцогини в день смерти отца она приказала их остановить.
Когда она родит нового хозяина Ружмонта часы запустят вновь. Такова традиция.
"Опять мы вернулись в старое русло! Я попал в день сурка?"
В дверь постучали и два рослых лакея внесли в комнату большое зеркало в резной лакированной оправе.
В нем Кристиан смог видеть себя с головы до ног.
Завтракали вдвоем с Лорасом в малом обеденном зале. На пляже, на берегу бухты желтый песок уже нагрелся от солнца.
Кристиан снял башмаки и чулки, скинул камзол и с наслаждением бродил по кромке волн.
Волна не плескалась, а с легким шипением набегала на песок и словно гасла в нем.
В прозрачной воде было видно песчаное пологое дно очень далеко.
Лорас бродил по берегу следом с недовольной миной, черпая лакированными туфлями песок.
"Все как в первый раз! Искупаться или нет?..."
-Будем купаться? Что с пляжным досугом в вашем мире?
-Купаться и загорать-дело простолюдинов. Аристократы должны быть белокожими. Я понимаю вас-вы привыкли там, на Земле к иному. Но прошу вас воздержаться от купания-слуги будут очень удивлены.
-Слуги будут шокированы?
-Господа должны каждый день доказывать простолюдинам свою особенность. Вы сейчас под солнцем и без шляпы-это не правильно.
На голове самого мага красовалась шляпа вроде мексиканского самбреро, только войлочная.
-Честь пусть остается с честью, я все же искупаюсь!
Кристиан быстро разделся, сбросив даже облегающие нижние штанишки.
Зашел в бодрящую воду до колен, потом до пояса, постоял, привыкая к температуре, а потом нырнул.
