концов, смерть — это лучшее, что может случиться с родом, поднявшим мятеж против кровавого короля.
Грохнул замок, дверь открылась.
— Следуйте за мной, — буркнул стражник.
Это был совсем не такой охранник, каким его обычно представляет воображение: толстый, неповоротливый, в кольчуге. Нет. Высокий, поджарый. Лицо скуластое, нос кривой и горбатый, глаза острые и проницательные. Кольчуги нет: рубаха и кожаный жилет. На голове бандана, пояс замотан алым широким шарфом.
«Напасть со спины? Удар в место, где шея сходится с черепом… Обрезать волосы, переодеться…» Джия резко одёрнула себя. Что за глупость! Даже если она уйдёт с островов каким-то невероятным чудом, с чем явится перед зелёные змеиные очи Гедды?
Однако стражников оказалось двое: один пошёл впереди, другой позади. Так что нападение не удалось бы в любом случае. Девушка опустила глаза и последовала за идущим впереди.
Обычный каменный коридор, простые дощатые двери. Двенадцать дверей, а затем лестница. Как-то маловато камер. Или, может, есть ещё коридоры? Под Кровавым замком их был целый лабиринт, Джия знала. Видела, когда сопровождала принцессу. Когда сама ещё не была обречённой.
Винтовая кованная лестница вывела их в круглое помещение без окон. Белые колонны выступали из стен и поддерживали мозаичный свод. Огромная рыбина выпрыгивала из волн, а над ней парили две чайки. Даже здесь, на суше — море? Неужели не надоело?
На высоком стуле, похожем на трон сидел…
У Джии от леденящего ужаса перехватило дыхание. Она видела это бледное, черноглазое лицо лишь один раз в жизни, но никогда не перепутала бы его с кем-то другим. Король-Медведь. Воплощённый Царь Ночи. Тот, про кого говорили, что он был зачарован Чёрной колдуньей и отныне покоряется ей во всём. Тот, кто убил Огненного Змея — принца Калфуса, старшего брата Гедды. Тот, который…
Джия сглотнула. В горле резко пересохло. Она не заметила, как тихо исчезли сопровождающие охранники.
Весь в чёрном, темноволосый, мощный и бесстрастный как гора. Его тяжёлый взгляд прижимал её к полу. Герцог Медвежьего щита, которого кровавые всадники называли королём или Медведем, не сводил с вошедшей взгляда.
«Это конец», — поняла девушка.
Темница Ларана показалась ей почти дворцом. Она не сомневалась, что заточение у Медведя станет не менее сладким, чем у кровавой принцессы. А пытки не менее жестокими.
— Говори, — велел Медвежий король.
Джия почувствовала, как слабеют её ноги и дрожат руки. «Соберись, тряпка», — рыкнула на себя. Айяна одна. Надежды у неё нет. Никакой, кроме неё, Джии.
— О чём? — прохрипела, облизнув губы.
— Кто подослал тебя и с какой целью, — медленно произнёс Царь Ночи.
Ни один мужчина не может быть настолько ужасен. Ни один. Только подземный бог. Больше она не сомневалась в этом.
— Я сбежала, — процедила упрямо, прикладывая максимальные усилия, чтобы не опустить перед ним взгляд. — Меня никто не посылал.
— Ясно. Я давал тебе шанс.
Слова упали, как надгробная плита.
Айяна, прости…
Внезапно сзади на плечи легли крепкие руки.
— Эйд, — мурлыкнул над ухом знакомый голос, — ты не дослушал её. Джия, расскажи нам, кто ты. Расскажи, как попала на персиковый карбас. Поведай правду. Так, чтобы мы поверили. И не бойся: Медведь уже женат. Брак по принуждению тебе не светит.
Она закрыла глаза и почувствовала лёгкий аромат дёгтя, соли и просмолённого дерева. Отчего-то непрошенные руки на её плечах сейчас придавали уверенности. Присутствие Морского герцога, казалось, давало ей саму возможность дышать и не задыхаться под каменным взглядом.
— Давай, малышка, — тихо шепнул ей на ухо Ларан.
И она решилась.
— Я из кровных всадников.
Открыла глаза и встретила невыносимый взгляд. Закусила губу.
— Эйд, — с упрёком бросил Ларан, — ты пугаешь мою девочку. Она сейчас умрёт от ужаса, а потом я — от любопытства.
Он отпустил её плечи, прошёл вперёд и встал сбоку, как будто образуя треугольник. Джия посмотрела на Морского герцога, и ей стало легче. Голубые глаза по-прежнему смеялись. Девушка видела: Король-Медведь перевёл свой мертвящий взгляд на Ларана. Однако тот даже не побледнел, словно не заметив тяжести.
«Он крепче, чем я думала».
— Ты хотела сказать, из кровавых всадников? — уточнил Ларан, заговорчески подмигнув ей.
Джия покачала головой.
— Есть кровавые всадники, а есть кровные, — терпеливо пояснила она. — Я — дочь Северного князя кровных всадников. Мой отец поднял мятеж, и принц Альшарс жестоко подавил его. Всех вырезали, а меня взяли в плен.
— Почему тебя пощадили? — Ларан продолжал улыбаться, вот только глаза его сузились.
«Он мне почти верит», — поняла Джия и стиснула кулаки, чтобы удержать эмоции.
— Гедда решила поиграть, — ответила, не опуская взгляда и изо всех сил стараясь не оглянуться на Медведя.
Она говорила только с Морским герцогом, но всем телом чувствовала нечто грозное, которое, казалось, нависает над ними. А вот Ларана, похоже, ничто не смущало.
— Поиграть? — переспросил он.
Джия выдохнула.
— Принцесса любит играть, — чувствуя, как по коже пробегает невольная дрожь, пояснила она. — Пытать, лечить, устраивать жертве побег, а затем охотиться. На конях. С собаками. С охотницами. Если жертва выживает, то снова пытать.
Ларан отвернулся к Медведю.
— Миленькие развлечения, правда, Эйд? А ведь Серебряный щит, камни ему пухом, хотел, чтобы Гедда стала нашей королевой.
— Они с принцем Америсом подошли бы друг другу, — процедил тот.
— Думаешь? А я полагаю, что однажды принцесса решила бы поиграть и с мужем, — хмыкнул Ларан, а затем вновь обернулся к пленнице. — Продолжай.
— Я смогла убежать. Бежала не как все — в горы, в степи. Я направилась в прибрежные скалы Металлического моря. На моё счастье там дрейфовал персиковый корабль.
— И как же ты добралась до него? — Ларан приподнял бровь.
Джия чуть не откусила себе язык, вспомнив, что ни разу не видела, чтобы корабль доплыл до самого берега. А шлюпку за ней точно не послали бы. Сказать, что от страха научилась плавать? А если её решат проверить?
— Он проплывал мимо скал. Я прыгнула сверху.
— Ух ты, — хмыкнул Морской герцог.
— Там было невысоко.
Джия разучилась краснеть ещё в пятнадцать лет. Она упрямо не отводила смелый взгляд от голубых глаз. «Поверит? Или… или это невозможно?».
— Ты хочешь сказать, что, ни разу не ходя на кораблях, вот так запросто решила прыгнуть на палубу сверху? — Ларан отвёл взгляд и, нахмурившись, стал рассматривать аккуратные гладкие ногти на своих пальцах, удивительно тонких для моряка.
— Вы бы тоже прыгнули, — дерзко ответила девушка. — Даже если бы боялись, что под вашим весом корабль утонет. Даже если бы там и совсем не было корабля. Прыгнули бы, если бы за вами лаяли псы принцессы Гедды.
Ларан кивнул.
— Я бы прыгнул. А вот ты…
— Вы никогда не висели
