говоря, что не нравится…
Фу! Как же воняет этот гадкий цветок!
Эрика, вздохнув, поднялась с мягкой, но такой неудобной сейчас кровати и отнесла горшок с багрово-синим растением в ванную. Пусть там отравляет воздух.
В животе нетерпеливо заурчало.
Вонючий цветок, а теперь еще и чувство голода отодвигали долгожданный сон все дальше.
Хотя тетя твердила, что это вредная для девичьей фигуры привычка — спускаться по ночам на кухню за молоком с булочкой — Эрика решила, что правила иногда можно нарушать.
Идя мимо библиотеки, услышала в ней голоса.
От неожиданности девушка замерла, сгорбилась, словно стремясь стать ниже и незаметней. Дурацкая привычка, не зря мама за нее ругает.
Почти утро. Кто в библиотеке? Кому из родных не спится?
— Это хорошее предложение, Марич, — резковато произнес барон Олушен. Его грубый голос сложно перепутать. — Ты согласен предложить свою дочь принцу в жены?
Опешившая Эрика открыла рот. Зачем принцу?! У его высочества Аналиона уже есть невеста!
— Я обещал Эрике, что выдам ее замуж по любви, — тихо сообщил отец, и сердце девушки переполнила нежность.
Родители любили ее и друг друга, показывая прекрасный пример, что и среди аристократов бывают счастливые семейные союзы.
— Я внес в список невест обеих дочерей, — все так же резко, не скрывая раздражения, сообщил Олушен. — Какая любовь, когда королевство на грани войны с империей?
Эрика зажала рот рукой, опасаясь выдать себя восклицанием.
Война?.. Как война?! Не может быть! Нет! Только не с драконами! В королевстве много могущественных некромантов, но драконы? Как им можно противостоять?! Как ее любимый Динаэрий выйдет против жуткого ящера?!
— Подумай, Марич, если кронпринц выберет твою дочь, однажды она станет императрицей, — увещевал отца настырный барон.
Эрика ощутила себя невообразимо глупо. Почему императрицей? Разве не королевой? Литан-Эрон — королевство!
— А ты станешь тестем императора драконов и спасителем Тафрии, — добавил Олушен с неожиданным пафосом.
В голове словно что-то щелкнуло — до Эрики дошло. Заговор. Ее отца пытаются втянуть в заговор против короля!
Как ни была погружена в эмоции, Эрика слышала о волнениях в их провинции. Отчасти из-за этого к ним и приехала тетя Намия с детьми — молодой вдове лучше пожить с родственниками, пока не утихнут неприятные разговоры о том, что угнетенной Тафрии лучше вернуться в лоно империи Шаадор.
— Ты согласен, Марич? — громыхнул барон Олушен. — Мы на пороге войны, сейчас важно определиться, с кем ты: с будущим императором или с королем, который ни во что не ставит Тафрию, а только истощает ее недра!
Ее отец молчал.
И Эрика мысленно взмолилась божественным сестрам, чтобы сделали его разум ясным, чтобы он сделал правильный выбор. Пусть Дис отступиться, не искушает, пусть Гармония укажет путь! Ее отец — благородный аристократ, истинный патриот Тафрии, он никогда не предаст короля!
— Кто еще готов поддержать кронпринца драконов и передать ему права на земли Тафрии? — тихо произнес отец.
Эрику будто в ледяную ванну окунули. Зачем он это спросил? Он ведь не собирается согласиться на предложение барона?
— Я назову имена соратников сразу, как ты поклянешься в верности империи Шаадор. Поверь, ты окажешься в отличной компании! — довольно воскликнул барон. — Нас много, почти все верные сыны Тафрии сделали правильный выбор.
Дыхание Эрики перехватило от ужаса. Нет! Отец ведь не станет предателем?..
— Хорошо, какую именно клятву ты хочешь, Олушен? — решительно спросил хозяин дома.
Его ночной гость-искуситель отозвался довольно:
— Разумеется, нужна на крови.
Эрика, сжав кулачки, решительно шагнула к двери. Ее отец не станет предателем, она не позволит!
Возмущенный крик заглушила широкая мозолистая ладонь. Вторая рука крепко обвила девичью талию.
— Подожди, Эри, — жарко шепнули на ушко. — Не влезай, милая.
Она узнала голос своего любимого и обмякла. Непонятно, что здесь делает Динаэрий, но хорошо, что он рядом!
Сквозь незашторенное окно проникало достаточно света звезд, чтобы видеть угрюмое лицо Динаэрия. Жгучий брюнет был обладателем высокого лба, острого носа, впалых щек, тонкогубого рта и упрямого подбородка. Сейчас не видно, какого цвета глаза, но Эрика не забывала, что они светло-желтые — кто-то сказал бы, что кошачьи, у нее же возникла ассоциация со змеей. Ползучих гадов девушка не боялась, поэтому в первую же встречу смело рассматривала некроманта, который пытался утащить у нее книгу в библиотеке. Она раньше коснулась желанного тома по божественным ритуалам и не собиралась уступать его незнакомцу. Как позже признался Дин, именно смелость и заставила его приглядеться к ней.
Фигура некроманта была не такой худой, как его лицо — крепкий и мускулистый, почти как боевой маг, он вызывал интерес у женщин. Но стоило ему заговорить — и поклонниц как ветром сдувало. Едкая желчь сочилась с его языка, он не умел красиво говорить, и это отталкивало красавиц.
А Эрика не сбежала, взяла и влюбилась…
— Дин, моего отца втягивают в заговор! — девушка заплакала от ужаса и обиды.
Некромант ласково провел по золотой растрепанной косе.
— Я все знаю, Эри.
— Дин, останови, не дай произнести клятву! — простонала она.
— Нет.
Эрика ведь ослышалась? Слезы вмиг высохли на глазах.
— Что?..
— Даст клятву или нет, твой отец — в любом случае предатель, раз связался с заговорщиками, — спокойно объяснил Дин. — Но это и к лучшему — теперь ты точно станешь моей.
Изумленно глядя на суженого, Эрика прошептала:
— Ты здесь не случайно, да? Ты… Динаэрий, да ты же сво…
Он накрыл ее губы ладонью.
— Осторожно, Эри, иначе придется жалеть о своих словах. — Глядя ей за спину, он решительно произнес: — Начинайте!
Как во сне… дурном сне! Как в жутком кошмаре, когда не можешь проснуться, Эрика смотрела, как маги в черном выбивают дверь, врываются в кабинет.
— Именем короля вы арестованы!
Крики. Грохот. Всполохи заклинаний.
Папочка… Только бы он уцелел!
Из кабинета за руки выволокли двухметрового барона Олушена. Лицо его было почему-то черным, как и светлый камзол на груди…
Графа Марича вывели в магических наручниках.
— Эрика! Не трогайте мою дочь, твари!
Отец бросился к ней, невзирая на удары, сыплющиеся по голове и спине.
— Папочка!
Эрике не позволили коснуться протянутой руки отца — Дин легко оттащил ее в сторону.
— Не переживайте, ваше сиятельство, Эрика сделала верный выбор и получит награду, — насмешливо произнес Дин.
Эрика ахнула, ее отец словно окаменел.
— Ваша дочь предана короне и даже пронесла в дом ираниль, что позволило мне заполучить доказательства предательства барона Олушена.
— Эрика…
Ираниль? Кажется, так Дин называл подаренный цветок! Но при чем несчастное растение к раскрытию заговора?!
В ближайшие часы было не до размышлений. Королевские дознаватели перевернули весь дом,
