Сэр Ральф Милбэнк в этом щебечущем царстве совсем потерялся и был очень доволен, когда появилась возможность откланяться. Каролина вспомнила, что сейчас явится портниха для примерки новых платьев, герцогиня Девонширская тут же заторопилась по своим делам, немало расстроив сына, Аннабелле предложили посмотреть наряды Каро, и в гостиной осталась только герцогиня Мельбурн, к которой тут же приехала другая ее приятельница — пощебетать о новости, принесенной из Франции. Кажется, там решились на большую войну!
Все, что она хотела сказать, сэр Милбэнк уже знал, а потому удалился, оставив дочь с Каролиной, ей полезно посмотреть, что именно носят в Лондоне в этом сезоне. Леди Лэм обещала отвезти Аннабеллу домой сразу после примерки, правда заметив, что они могут недолго покататься, если позволит погода.
Аннабелле вовсе не хотелось долго общаться с Каролиной, но она воспринимала все происходящее, как своеобразный крест, наказание, которое нужно просто вытерпеть.
Раздеваясь до нижней сорочки для примерки, Каролина беспрестанно щебетала, впрочем, по делу, пересказывая Аннабелле новости гостиных и салонов, с легкостью выдавая чужие тайны (все знали, что, попав в прелестные ушки леди Каролины, тайна тут же перемещалась на ее язычок и тайной быть переставала), давая далеко не всегда лестные характеристики действующим лицам, делая едкие замечания или просто советуя.
— Обрати внимание, дорогая, на Августа. Он неглуп, уже назначен министром, конечно, в Соединенных Штатах, но все же, и явно заинтересовался тобой. В детстве он был хорошим мальчиком, надеюсь, не испортился и ныне.
Она тут же обернулась к портнихе:
— Потуже!
— Но, миледи, вы и так готовы переломиться.
— Да, у меня тонкая талия.
В голосе Каролины звучала гордость. Аннабелла не без ехидства подумала, что тонкая не только талия, но и все остальное. Супруга ее кузена была слишком худа, чтобы это не бросалось в глаза, но, похоже, не слишком расстраивалась из-за этого.
— Знаешь, дорогая, сейчас столько пышек, которым нужны неимоверные усилия, чтобы скрыть полноту, что диву даешься. Неужели нельзя ограничить себя в еде, чтобы корсет не приходилось затягивать втроем? Я слышала, что на леди N его затягивает камердинер лорда!
Аннабелла не считала известие о толстой леди N столь уж занятным, но вежливо улыбнулась. Ее утомляло чириканье Каролины, но девушке не приходило в голову, что Каро просто пытается разговорить ее саму, чтобы понять, так ли умна — кузина, как о ней отзывается герцогиня Мельбурн. Конечно, недолюбливавшая невестку герцогиня могла и приукрасить способности девушки, чтобы лишний раз уколоть Каролину, нота по нескольким довольно точным замечаниям Аннабеллы уже поняла, что дочь сэра Милбэнка действительно умна.
— Аннабелла, самая модная тема в нынешнем сезоне не война с Наполеоном, а лорд Байрон. Он вернулся из путешествия по Востоку и привез совершенно очаровательную поэму. Сэр Роджерс дал мне почитать ее еще до выхода. Я очарована и вполне понимаю всеобщее восхищение. Ты любишь поэзию или это претит математическому складу ума?
— Люблю, но не современную.
— Ах, да, я забыла, леди Мельбурн говорила о Горации и твоих переводах. Но Байрона все же советую прочесть. Резко, умно, изящно. Этот человек произведет фурор, непременно произведет. Мари-Энн, прошу вас, никаких оборок вот здесь, лучше фестоны внизу.
— Как скажете, миледи.
Аннабелла уехала с головной болью от щебетания леди Каролины, увозя с собой кипу рисунков новых фасонов и свернутую трубочкой и перевязанную розовой лентой поэму какого-то Байрона.
Вообще-то, ей вовсе не хотелось читать то, что хвалила Каролина, признавая за кузиной ум и точность в суждениях, Аннабелла вовсе отказывала в основательности. Все поверхностно, все вскользь, ничто не углублено, ничто не продумано и не прочувствовано путем долгих размышлений. Где-то внутри мелькнула мысль, что, веди она сама столь беспокойную жизнь с тысячами встреч и поездок, у нее тоже не было бы времени на основательность размышлений. Но эта же мысль принесла Аннабелле удовлетворение от понимания, насколько она сама интеллектуально выше той же Каролины.
Леди Лэм прекрасно знает всех и все в Лондоне, разбирается в современной литературе, даже в политике? За всем этим именно легкий интерес, но не больше. Пустоголовая, как все остальные светские леди. Даже тетка, герцогиня Мельбурн, умница и красавица, особа, весьма достойная восхищения, немногим лучше Каролины, тоже занята лишь светскими болтовней и общением.
Аннабелла украдкой вздохнула, ей тоже придется проводить немало времени в гостиных и салонах, слушать эту болтовню и щебетать самой. В прошлом сезоне ее назвали молчуньей и не слишком жаловали, в этом нужно попытаться исправить положение, иначе можно снова уехать без статуса невесты. Это ничуть не испугало бы саму Аннабеллу, но сильно расстроило отца и мать, ведь девушке уже двадцать, пора выходить замуж.
Поскольку вздыхала она уже дома, отец решил, что эти вздохи связаны с увиденным на примерке, и осторожно заметил:
— Белл, если нужно, можно срочно переделать твои наряды.
— Нет, папа, все в порядке. Я вздыхаю из-за необходимости терпеть эту болтовню несколько месяцев.
— Да, щебечут они много, но куда от этого денешься? Ты обратила внимание на Августа Фостера? Приятный молодой человек и к тому же уже министр!
Аннабелла сдержанно улыбнулась:
— Обратила, папа. Ты хочешь, чтобы я уплыла так далеко? Мне кажется, мама не перенесет разлуки.
Отец мгновенно помрачнел:
— Это верно, Соединенные Штаты слишком далеко, если уж миссис Милбэнк не смогла приехать в Лондон, то туда тем более не доберется.
— Значит, забудем об Августе Фостере.
— Если он не забудет об Америке… — пробурчал сэр Ральф.
У Аннабеллы прекрасный слух, она рассмеялась:
— Папа… разве нынешняя молодежь способна так влюбиться, чтобы забыть о чем-то и жертвовать собой?
Ее глаза смотрели чуть лукаво, это была одна из любимых фраз матери, да и самого сэра Милбэнка.
Но тот остался серьезен, прощаясь с дочерью перед сном, он поцеловал ее в голову с тихим советом:
— Не отпугни всех поклонников своим умом, Белл.
— Постараюсь, папа.
Сэр Ральф подумал, что это будет нелегко, неизвестно, как поведет себя тот же Август, выяснив, что у девушки острый язычок и язвительный ум.
Мистер Милбэнк любил младшего из племянников Уильяма, супруга беспокойной Каро. Уильям не был блестяще красив или искрометно умен, он скорее похож на Аннабеллу — сдержанный до лени, спокойный и сильный. Считалось, что именно из лени сэр Уильям потакает своей неугомонной супруге, но это не так, он просто любил Каролину и потому не мог справиться с ее откровенными изменами. Так бывает, стоило жене улыбнуться и приняться ерошить его волосы, так муж растекался подтаявшим мороженым. Сама Каролина утверждала, что «шалостям» научил ее именно Уильям.
