Даша, чтобы отвязаться, решила солгать:
– Да, у меня неприятности с моим другом. Он меня бросил.
И поэтому ты обижена на весь свет. – Лариса, казалось, вполне удовольствовалась этим объяснением. – Но на меня обижаться не надо. Уверяю, я буду тебе лучшим другом, чем тот, которого ты потеряла. Ни один мужчина не даст тебе того, что я, можешь мне поверить. Ну, улыбнись! Мне нравится твоя улыбка!
И Даша улыбнулась. Она казалась себе марионеткой, которую дергают за ниточки, заставляя ломать какую-то жестокую комедию. Кто был автором этой комедии – она не знала, знала только, что вынуждена ее играть, чтобы остаться в живых.
Ее улыбка успокоила Ларису, и та .тотчас же уснула, как провалилась. Во сне она спасалась от воспоминаний о статуях, о вчерашнем собрании, на котором Люба высказалась в ее адрес весьма нелицеприятно, хотя и не сказала ничего конкретного. Лариса чувствовала, что ее положение становится все более зыбким, но предпринять пока ничего не могла. Она измучилась, думая обо всем этом, и Даша была для нее словно глоток воды в пустыне. Близость с нею приносила Ларисе обманчивое успокоение.
Председатель проспала почти восемь часов и проснулась, только когда стало совсем светло. Она открыла глаза и протянула руку к стене. Рука нащупала пустоту. Даши не было.
Лариса села и огляделась. Вещи Даши были на месте, замки на двери не заперты, а в коридоре слышались чьи-то голоса. Она прислушалась и вдруг узнала голос Леры. Та что-то быстро говорила, и второй голос односложно ей отвечал. Это был голос Даши. Лариса поднялась, запахнулась в лиловый атласный халат и вышла в коридор.
Там на самом деле были Даша и Лера. Даша – пунцовая от смущения, а Лера очень бледная – от злости, как отметила Лариса. Она улыбнулась, чтобы разрядить неловкость, и кивнула Лере:
– С приездом! Пойдем поговорим.
– Да вроде не к спеху, – язвительно заметила та. – Ты ведь, как я вижу, ни о чем не беспокоишься!
– Перестань…
Лариса взяла ее под руку и через плечо послала улыбку Даше. Улыбка пропала впустую – девушка повернулась и скрылась в комнате. Лариса повела подругу по коридору в направлении своего кабинета, а та по дороге не переставала иронизировать:
– Честное слово, я не вовремя! Может, поспишь еще? Зачем вставать, беспокоиться о клубе?
– Перестань… – повторила Лариса. – Ты ведь знаешь, что клуб для меня прежде всего. Но этой ночью я все равно ничего не могла сделать. Почему же я должна отказывать себе даже в маленьких удовольствиях?
– И даже в очень маленьких! – фыркнула Лера, проходя за председателем в ее кабинет. – Девка-то совсем коротышка!
– Брось травить Дашу! – повелительно сказала хозяйка. – Девочка перед тобой ни в чем не виновата. Ты ведь знаешь, что в конце концов все остаются при своих интересах. Я не запрещаю тебе проводить время, как ты хочешь, и не заглядываю к тебе в постель. И ты меня от этого избавь ради Бога! Нy, рассказывай!
Лера насмешливо посмотрела на нее и сунула руку в карман замшевого пиджака.
– Угадай, что я привезла?
Лариса поморщилась.
– Говори дело, я с утра не понимаю шуток! – потребовала она. – Ты что-то узнала или проездила впустую?
– Я никогда не брала у тебя денег даром, – сказала Лера, внезапно погрустнев. – Ты же знаешь. Именно поэтому ты способна развлекаться, когда все горит синим пламенем. Ты знаешь, что я сделаю все, что смогу, и даже больше…
– Не набивай себе цену! Ты узнала, где статуя? Она у Джакометти?
– Не знаю, что там есть у Джакометти, кроме размягчения мозгов. Он про статую ничего не знает или говорит, что не знает, а это одно и то же. В полицию нам обращаться нельзя, и он это понимает. Мы крупно поговорили, и я уверена, что статуи у него нет.
– Рада за тебя, я вот ни в чем не уверена… – Лариса нервно закурила и уставилась на нее. – Выкладывай уж, что ты разнюхала?
Лера достала из кармана клочок бумаги и положила его на стол. Та жадно схватила его и вчиталась. Прочтя несколько раз, подняла глаза на подругу:
– Как тебе удалось? Заплатила большие деньги?
– Кое-что заплатить пришлось, а как же иначе! – Лера была чрезвычайно довольна произведенным эффектом. – Хотя служащий на почтамте ни за что не хотел искать квитанцию. Не знаю и сама, как я его уговорила.
Он отослал жене посылку четырнадцатого февраля, – пробормотала Лариса, снова вчитавшись в квитанцию. – Все верно. Все, как ты и предполагала. Теперь надо пощупать эту посылку. Ну, Демин! Я от него не ожидала!
– Никто не ожидал, потому-то все и случилось. А теперь нельзя терять времени. Надо наведаться к его жене. Лучше всего будет предупредить ее заранее, что к ней придет посылка, которая на самом деле адресована нам. Это не должно быть очень сложно, особенно когда у нас есть квитанция. Все можно списать на почтовую ошибку.
– Ну что тебе сказать… – медленно, собираясь с мыслями, проговорила Лариса. – Ты – гений!
ГЛАВА 15
Бассейн был маленький и неглубокий – дно можно достать рукой. Вода казалась ярко-голубой, происходило это потому, что стенки и дно бассейна были выложены цветными изразцами. В воде развевались пушистые водоросли и мелькали золотые рыбки.
Даша сидела на бортике бассейна и неподвижно смотрела в воду.
«Если хочешь утопиться – найди место поглубже, – сказала она про себя, очнувшись от оцепенения. – А если хочешь до чего-то додуматься – встань и иди к Ларисе. Может быть, ее нет, и ты сможешь просмотреть бумаги. Может быть, она есть, и ты уговоришь ее дать просмотреть их. Все лучше, чем так сидеть. Но ведь опять придется с ней общаться.
При мысли об этом Дашу передернуло. Кончался второй день карантина, и за это время Лариса опротивела ей до невозможности. Теперь не удавалось заставить себя терпеть ее ласки – слишком велики были отвращение и усталость. И та, конечно, это заметила.
После обеда, когда она снова наведалась к Даше и опять настояла на своем, то попыталась поговорить откровенно:
– Послушай, ласточка… Если тебя так заботит история с твоим другом, посвяти меня в нее. Я помогу. Кто он?
– Нет. – Даша была вынуждена дать какой-то ответ, потому что Лариса не отставала. – Он мне стал безразличен. Я просто устала. Я хотела бы… Чтобы эти дни прошли поспокойней.
– Как тебя понять? – Председатель прикусила губу. – Я не должна к тебе приходить?
Даша кивнула.
– Да, мне хотелось бы немного отдохнуть… Хотя бы до конца карантина…
– Вот оно что… Ты с кем-то поговорила? – Лариса уставилась в потолок и, как будто найдя там ответ, уверенно сказала: – Ты говорила с Любой.
– Да, – была вынуждена признаться девушка. – Она сказала, что я не имею права покидать клуб в течение трех дней.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
