Но тут она некстати вспомнила про своего преследователя, и настроение сразу испортилось.
«Я выйду, а он меня хап! И сожрет!»
Она уложила карточку на место и осмотрела третье, самое маленькое отделение. Там оказался совсем крохотный предмет, который никак не удавалось ухватить. Когда она все же извлекла его наружу, он показался ей колючим на ощупь. Подносить его к свету не потребовалось. Он сам нашел свет, впитал его в себя и заиграл, переливаясь в ее руке. Это была бриллиантовая серьга в виде трилистника.
«Красота какая… – Даша подержала серьгу на ладони и полюбовалась ею. – Никогда не держала в руках бриллиантов… А это настоящие, сразу видно… Почему она таскала с собой одну сережку?»
Она осмотрела серьгу повнимательней и обратила внимание, что замочек сломан.
«Ясно. – Даша спрятала серьгу обратно. – Она собиралась отдать ее в починку… Но теперь ей это не удастся…»
Но основательно обдумать происшедшее ей не удалось – в это время открылась дверь, та самая, в которую вышли женщины. В проходе раздались чьи-то торопливые шаги.
Даша замерла, прижав бумажник к груди обеими руками, сжав его так крепко, словно он был живой и мог подать голос своей хозяйке, вздумавшей его разыскивать. Но в проходе появилась вовсе не толстуха, уж это-то Даша могла разглядеть, а та самая девица, которая так и не дождалась от Надежды Степановны платы за оказанную услугу.
«Что ей тут еще понадобилось?» – удивилась Даша. Но удивлялась недолго. Стоило ей только увидеть, что девица присела на корточки и пустилась обшаривать пол, как ей все стало ясно.
«Ну, ловка! – восхищалась Даша, стараясь дышать потише, а то и вовсе не дышать. – Какова умница! Вытащила у бабы бумажник во время возни и отбросила его в кусты! Думала потом найти и сама с собой расплатиться! Здорово! И в краже ее не уличишь – ведь она не выносила с собой бумажника! А толстуха, если подозревала ее, наверняка обыскала. Вернулась, матушка! Ищи, ищи…»
А девица упорно копалась во всех кустах у обочины, и Даша уже забеспокоилась, не полезет ли та и подальше, чтобы отыскать запропавшую вещь. В таком случае девушки вполне могли оказаться лицом к лицу.
«От разрыва сердца она не умрет, – лихорадочно соображала Даша. – Даже если я сделаю страшную рожу. Да и не увидит она рожи в темноте… А вот крик поднимет… Что же делать?»
Наконец девица распрямилась и недоуменно огляделась по сторонам. Потопталась на месте, словно в нерешительности, и произнесла, как будто убеждая кого-то невидимого:
– Но ведь он должен быть здесь!
«Он и так здесь, – мысленно ответила ей Даша. – Знала бы ты – где!»
А девица, пнув задрожавшую пальму, сказала сквозь зубы:
– Дурдом! Ни хрена не видно!
«Утро вечера мудренее, – вполне согласилась с ней Даша. – Приходи сюда, когда будет светло, может, что и найдешь!»
Девица, словно услышав ее мысли, резко развернулась и двинулась к выходу, что-то при этом бормоча. Судя по всему, она была в ярости.
А Дашу душил смех. Ей все больше нравилось сидеть в засаде и наблюдать за обитателями клуба.
«Они куда милее, когда не видят меня, а я вижу их! Так я хотя бы могу смеяться над ними… Да и над собой…»
Ей снова послышался шум, и в галерее внезапно вспыхнул яркий свет. Даша от неожиданности оцепенела, ей показалось, что ее обнаружили и сейчас раздвинут заросли и вытащат ее. Но ничего подобного не произошло.
В проходе раздался дробный стук каблуков, и по этому стуку она поняла, что вошедших двое или трое. Стук каблуков внезапно оборвался, и неизвестные остановились, не дойдя до нее. Она сообразила, что вошли они с другого конца галереи, из того самого запущенного коридора, который представлялся ей необитаемым.
«Вот так сюрприз…»
Она мучительно старалась что-то разглядеть в зарослях, но это было невозможно. Из своего убежища Даша могла видеть только то, что происходило прямо перед ней. Все остальное закрывали перекрещивающиеся под разными углами растения. Зато слышно было превосходно.
«Их двое, – поняла Даша. – И одну я точно знаю!» Голос Любы она запомнила прекрасно, а именно этот голос сейчас звучал в нескольких шагах от нее.
– Сама видишь, что творится. Дольше ждать нельзя. Она всех нас погубит.
Голос Любы звучал очень сухо, по-деловому. Ее собеседница, голоса которой Даша не узнавала, отвечала в таком же тоне:
– Но сделать пока ничего нельзя. Надо подождать. Все станет ясно в конце марта.
– В конце марта мы все будем в заднице! – Люба говорила так, будто этими словами кого-то душила, и Даша очень удивилась. Ей казалось, что Снежная Королева вообще не способна на сильные эмоции.
– Не преувеличивай! – Ее собеседница говорила куда спокойней. Голос был молодой, ясный и красивый. Даше очень захотелось увидеть ее лицо. – Она ничего не погубит, ты ведь знаешь Лариску. Просто нужно выбрать хороший момент, когда ее можно будет застать врасплох. Она сама подставится, вот увидишь. Это не займет много времени.
Времени нет вообще! – Люба застучала каблуками, наверно прохаживаясь туда-сюда. Но Даша по-прежнему ее не видела. – Как ты не понимаешь, что медлить опасно! Она может выкрутиться.
– Что же ты предлагаешь? – спросил спокойный голос. – Потребовать, чтобы она дала нам полный отчет о деньгах клуба?
– Хотя бы, – резко ответила Люба. – И публично, перед всеми! На этом собрании она выкрутилась. Ты же видела, как она виляла хвостом! Она боялась, что я что-то скажу, но я промолчала.
– Вот это мне очень странно, – лениво заметила ее собеседница. – Не ты ли все время напоминаешь мне, что пора действовать? А сама пропускаешь одну возможность за другой! Может быть, ты думаешь, все возьму на себя я? Ты крупно ошибаешься. Я не шевельну и пальцем, если ты решила меня подставить.
– Мы не доверяем друг другу. – Голос Любы звучал примирительно. – Вот в чем наша главная беда. Мы не можем объединиться против нее. Она же крепко держится за Лерку. Вместе они кое-что из себя представляют. А у нас все наоборот.
– Кстати, как ты собираешься решить проблему с Лерой? Не думаешь ведь ты, что она воспримет эту новость с радостью? Она порядочная сволочь. Мне не хотелось бы оставлять ее за спиной. Она может крупно нагадить.
С Лерой все может решиться очень просто. – Люба остановилась совсем близко от Даши, и она увидела край ее юбки. Сегодня юбка была салатного цвета, девушка ее сразу узнала, потому что уже встречала Любу этим утром. – У меня есть против нее кое-что. Но пока об этом рано говорить. Одно тебе обещаю – как только мы спихнем Ларису, Лерка вылетит за ней.
– Это опасно. – Голос звучал по-прежнему равнодушно. – Хочу думать, что ты сама понимаешь, насколько опасно. Стоит недооценить их – и мы пропали. Ты знаешь, на что они способны.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
