себя же я сделала однозначный вывод. Больше никаких страшилок! Менталитет здесь у людей свой, и любое суеверие воспринимают как истину. По их мнению, кто ж будет страсти придумывать просто так? И без того жизнь тяжёлая.
Приехав в Даксворт, повинилась перед Эваном, рассказав о происшествии. Заодно и страшную сказочку пришлось повторить. Лорд нахмурился, явно недовольный случившимся.
- Джейн, - произнёс он, - мы с вами стали по-настоящему доверять друг другу, поэтому скажите откровенно. Только мне… Черви действительно существуют? Что, кроме чистой воды использовал король Мойдодыр?
- И вы туда же?! - вскочила я. - Нет их! Всё выдумки! Думала, что вы взрослый образованный человек, чтобы поверить в подобную чушь!
- Всякое в мире случается. Хотя… Думаю, что вы действительно в тех краях никогда не были. Ведь всю жизнь провели в Шедских горах.
- Именно!
- Значит так! Я понял, что вы, леди Гроу, великая сказительница, - неожиданно перешёл он на официальный тон.- Но вот сказки ваши опасными могут быть. Я настаиваю, чтобы вы, перед тем как туманить мозги моим людям, рассказывали всё мне. И уж сам решу, чего можно, а чего нельзя.
- Извините, лорд Дакс, - также официально ответила я. - Признаю свою вину, и больше подобного не повторится.
- Тогда, - уже с улыбкой проговорил он, - нам пора немного перекусить. Обед уже заждался вас, Джейн. Повар сказал, что сегодня свинина просто восхитительна. Только давайте для начала руки помоем с эликсиром чистоты. Так… На всякий случай…
47.
Обед прошёл в непринуждённой дружеской обстановке. Недавнее недоразумение со страшной сказкой Эван словно полностью забыл и ни словом не обмолвился о моей стратегической ошибке. Зато мы много шутили, с удовольствием вкушая замечательные блюда, приготовленные его поваром-волшебником.
После обеда, взяв по бокалу лёгкого вина, переместились в кабинет Дакса. Для себя я отметила, что лорд реально прислушивается к моим тревогам о его здоровье. Даже по замку не прыгает на одной ножке, а передвигается с помощью двух крепких слуг, на кресле доставивших его в кабинет.
Тут действительно царит деловая атмосфера. Большие стопки исписанных бумаг на огромном столе, шкафы заставлены книгами и свитками. На мольберте стоит изготовленная из парадного портрета политическая карта Шедских гор и примыкающих к ним территорий. Молодец, Эван! Я упустила этот момент, но он правильно рассудил, что соседи тоже важны, так как могут оказывать серьёзное влияние на политические предпочтения лордов.
- Смотрю, что вы очень ответственно подошли к делу, - произнесла, разглядывая схематичную карту местности. - Корона и трилистник… Что обозначают эти символы? И цифры?
- Обозначил ими тех лордов, которые, соответственно, стоят за Теодора или против него. Ну а цифрами отметил все земли. Так удобнее писать о них пояснения на бумаге. Вот, например, под номером двадцать четыре владения вашего отца, лорда Лаверса. Находим нужный лист и читаем пояснения…
- Интересно и прозорливо, Эван. Дайте мне глянуть, что вы вам про отца написали.
- Пока нечего смотреть. До него ещё не добрался. Но обещаю, что до зимы управлюсь со всеми.
- Прекрасно! Но… - сделала я паузу, не зная, как начать тему, которая мне жутко неприятна.
Дело в том, что Весельчак умудрился выпытать у Лилис, кто сотворил над ней насилие. Мне он об этом ничего не сказал, а вот служанка поведала, небезосновательно опасаясь за жизнь жениха. Весельчак собирается мстить. Другое дело, что он хоть и может вызвать на поединок третьего сына одного лорда, живущего неподалёку от Гроулесс, но не станет этого делать прилюдно, чтобы не раскрыть тайну Лилис.
Значит, просто попытается его прирезать. То, что Макс сможет подобное провернуть, не сомневаюсь. Но проблема в том, что и свидетелей прямой как палка парень оставит. Значит, начнётся кровная месть. Мне либо придётся выдать Макса, либо стать кровницей потерявшего сына лорда. Такое нам совсем ни к чему.
Я долго думала во время вынужденного «больничного». Весельчака даже мне не остановить: он слишком любит Лилис и спать спокойно не сможет, пока его горская горячая кровь не удовлетворится местью за поруганную честь невесты. Остаётся лишь одно: лишить Макса предмета мести. Насильника придётся убить раньше, чем до него доберётся мой начальник стражи.
Как только эта мысль пришла мне в голову, я чуть с ума не сошла, поняв, что рассуждаю о подобном всерьёз. Я, никогда не выносившая любого насилия, сейчас строю планы по убийству человека! Да! Пусть и негодяя, но человека! Со мной случилась настоящая внутренняя истерика. Но после я начала с холодной головой взвешивать доводы за и против такого ужасного злодеяния.
На одной чаше весов находится жизнь насильника. Понимаю, что если его убьют по моему приказу, то всю жизнь буду грызть себя. На другой же... Если я решу отступить, тогда может пролиться столько крови, что впору её в бочки заливать. Десятки людей полягут. И никого не отговорить от кровной мести: право на неё священно для каждого горца. Кто мог, но не отомстил врагу, тот не считается мужчиной, и после смерти предки не примут такого. Чёртово тёмное средневековье!
- Эван… - всё же собралась я с духом, чтобы произнести страшные слова. - Мне необходимо убить одного человека. Так, чтобы это не выглядело убийством.
- Джейн, - помотал он от удивления головой, пытаясь отогнать слуховую галлюцинацию. - Я не ослышался?
- К сожалению, нет. Мне необходимо, чтобы третий сын лорда Планша умер как бы случайно.
- Грас Планш? Он же был в приятелях вашего мужа Сильвестра. Это связано с ним?
- Нет. Но о подробностях не спрашивайте. Это не моя тайна. Могу только сообщить, что если этого не сделать, то скоро на мои земли придёт сам лорд Планш со знаменем кровной мести за своего сына. Пока этого не случилось, пока большая кровь не пролилась, необходимо убрать Граса Планша.
- Я не верю, что слышу подобное от вас, Джейн, - нахмурился Дакс. - Считал, что на подобное вы не способны.
- Я тоже так считала, - горько усмехнулась я. - Но когда стоит выбор: уничтожить одного негодяя или погубить десятки невинных людей, то выбор для меня очевиден.
- Понимаю. Когда-то я тоже стоял перед подобной дилеммой. Нужные люди у меня есть. Но я должен знать всё! Иначе, извините, не сунусь в подобное.
- К несчастью, сказать большего, чем сказала, не могу. Значит, просто забудьте мои слова. Это никак
