развивать. Силушки, конечно, недостает, но, может, это тебе и не нужно. А ну, разденься! Дай, взгляну, чем природа тебя одарила.
Нрироан вспыхнула, но все-таки подчинилась, испытав даже некий азарт. Старая грымза хочет посмотреть на нее? Так пусть смотрит и завидует! Ей скрывать нечего!
– Тоже недурственно, – наконец, выдала вердикт Старая Змея. – Одевайся. Потом продолжим.
– А зачем потом, когда можно и не прерываться?
Нрироан, как была, уселась в кресло, закинув ногу на ногу. Без одежды она чувствовала себя комфортнее. Кроме того, она ощущала, что ее вид хоть немного, но выводит из равновесия старую грымзу, уже немного доставшую ее своей настырностью и цепкостью.
– М-да, стыд в твоей прелестной головке и не ночевал, – недовольно поджала губы старуха.
– Зато совесть есть, – отбрила Нрироан. – О чем вы со мной дальше хотели поговорить?
– Хе, известно, о чем. О мальчиках. Как у тебя с ними? Любишь сладенькое?
Вот теперь уши у девушки загорелись синим пламенем. Нрироан боялась признаться, что несмотря на всю свою раскованность и бесшабашность, такой опыт у нее практически отсутствует. В школе при поместье, где учились дети работников и охраны, она ходила королевой, и никто из одноклассников не заставил учащенно биться ее сердце. Для слуг и охранников она с самого начала стала любимой младшей сестренкой и сохранила эти отношения до сих пор. Среди же молодых гостей, навещавших поместье, не нашлось никого, кому она согласилась бы отдать себя целиком – тело и душу.
– Надо же, неиспорченная провинциалочка! – натурально и как-то по-доброму удивилась бабуля. – Небось, о прекрасных принцах мечтала?
– Ага…
– Ну, их у меня есть. Целых пять внучков. Только знаешь, девочка, если принца себе заполучить хочешь, надо, чтобы не ты о нем мечтала, а он о тебе.
– Ой!
Нрироан соскочила с кресла и начала торопливо одеваться. С огромным запозданием до нее, наконец, дошло, что Старая Змея, некогда носившая прозвище Верткая Змейка, – это не кто иная, как сама Императрица-мать, супруга Старого Императора! А ее внуки – самые настоящие принцы, имена которых она когда-то учила в школе. И даже приветливая леди Элаэнне тоже входит в Императорскую семью! Ох, дядюшка Этреаг! На какие неимоверные высоты он ее закинул...
– Будет, будет из тебя толк, – успокаивающе махнула ей рукой Ее величество вдовствующая Императрица. – Этреаг писал, что не родная ты ему по крови, но что-то не верится. Такая же заводная и ершистая! Но вот куда тебя теперь направить?.. Во фрейлины нельзя, научат там тебя плохому. В общем, подумаю. А пока отдыхай. Вспомню о тебе, вызову. Вопросы есть?
– Есть, – отважно пискнула Нрироан. – Скажите, пожалуйста, это правда, что кронтов в колониях хотят заменить филитами, а их самих истребить?
Взгляд Императрицы-матери сделался по-настоящему змеиным.
– Это Этреаг надоумил тебя задать такой вопрос?
– Нет! – отважно подняла голову девушка. – Это я сама!
– Хорошо, – змея внимательно оглядела сжавшуюся от страха пташку и… передумала пока ее глотать. – Такое мнение есть. И я считаю его, по меньшей мере, обоснованным.
– Но почему?! – от возмущения у Нрироан даже сорвался голос.
– Как говорили в одной стране… очень давно и далеко отсюда, сколько рабов, столько и врагов. А мы, к сожалению, обратили их в рабов, причем, самого худшего пошиба. Кронтам пришлось выживать под нашим гнетом четыреста лет. Как ты думаешь, кто смог выжить и вырастить новые поколения в таких условиях? Только самые хитрые, самые коварные, самые скрытные и выносливые. Кронты испорчены поголовно, неисправимо и, увы, необратимо.
– Но это же не так! – горячо возразила Нрироан.
Ей вспомнились месяцы, проведенные в отряде, и окружавшие ее люди с зеленой кожей. Смелый и справедливый командир Бон Де Гра, который спас ее и публично осадил посланников самого Великого Гара, потребовавших ее смерти. Ворчливый, но заботливый дядюшка Тхуумотха. Горячий и в то же время хладнокровный меткий стрелок Вин Скар Тод. Умненькая молчаливая Ние, ставшая ее лучшей подругой… Она подумала с теплотой о Лине и Хоне, о кронтах, служивших в охране поместья, об учителях в школе для кронтских детей, которую она курировала. Нет, все они были нормальными, хорошими людьми, а не преисполненными тайной ненависти рабами!
– Извини, но отдельные частные случаи не отменяют правила, – оборвала Старая Змея ее сбивчивые возражения. – Кронты представляют опасность для Империи. Как минимум, по двум причинам.
– Каким?
– Во-первых, из-за них не могут развиваться колонии. Ты уже обратила внимание, как много в Метрополии людей?
– Да…
– Миллиард из них – лишние! Для них нет ни работы, ни пропитания. Их могли и должны были бы принять колонии. Но они слишком привыкли полагаться на дешевый примитивный труд кронтов. Имперских граждан там не к чему применить.
– Но эту проблему, наверное, можно как-то решить…
– Во-вторых и в-главных, кронтов слишком легко направить на разрушение. Один раз это уже было сделано, причем в сугубо внутренних разборках. А если будет сделано еще раз? И не во внутренних? Кронты – слабое место Империи. И оно не может быть усилено в обозримом будущем.
– Все равно, нельзя так делать!
– У любой сложной проблемы есть, как минимум, одно очевидное, простое и… неправильное решение, – змеиный взгляд неожиданно потеплел, став человеческим. – Ты права, девочка. Так и в самом деле нельзя. Потому что люди должны оставаться людьми. А допущенные когда-то ошибки должны исправляться, а не заметаться под ковер в виде пепла. Однако тот, кто не выбирает легких путей, должен понимать, что впереди его ждут извилистые и ухабистые трудные тропы.
– Я готова!
Ее сердечко заныло от сладостного ужаса и смутного предчувствия чего-то… великого.
– Хм, готова! А насколько ты подготовлена? Чему тебя учили?
Нрироан немного задумалась. После получения аттестата об окончании школы она нигде формально не училась. Однако, сколько она помнила, ее постоянно кто-то наставлял. То сам Этреаг, то Второй, то начальник производства, то еще кто из управленцев. Став старше, она догадалась, что ее готовят к тому, чтобы однажды взять на себя все огромное хозяйство. Этреаг видел в ней наследницу!
– Неплохо, – кивнула Императрица-мать, выслушав ее. – Пожалуй, я теперь знаю, к какому делу тебя применить.
Она подняла подлокотник кресла и вынула оттуда коммуникатор.
– Тро, ты сейчас чем занимаешься? Небось, бездельничаешь?.. Ну, если ты не слишком утомлен,
