студенткой. Это заставляло её каждый день улыбаться, и у неё было время заниматься поэзией. Мечтой Юдоры было остаться в университете, стать преподавателем, найти мужа и не бросать писать стихи.
Теперь всё это было разрушено одной упавшей с неба бомбой.
Неизвестно, сколько времени прошло. Юдора молча натянула одеяло на лицо и издала тихий, похожий на скуление зверька, плач. Плач продолжался некоторое время. Юдора вдруг что-то почувствовала, откинула одеяло и увидела, что рядом с кроватью неизвестно когда появилась тёмная фигура. У этой фигуры половина лица была покрыта грибами, а половина — травой. В руке она держала посох из натурального дерева.
— ... — Юдора даже не могла закричать, чувствуя, как её сердце вот-вот разорвётся.
Тёмная фигура коснулась её навершием посоха. Юдора тут же почувствовала, как её сердце пришло в норму, а в правой ноге появился холодок, словно она снова её почувствовала. Она снова посмотрела на кровать, но там уже не было никакой тёмной фигуры.
В растерянности Юдора пошевелила правой ногой и обнаружила, что она совсем не болит, словно и не была ранена. Она снова натянула одеяло на лицо. Через несколько десятков секунд из-под одеяла донёсся недоверчивый, испуганный и в то же время радостный плач.
Глава 1091. Городская легенда
Ночью, на загородном кладбище в порту Притц, те, кто погиб в предыдущем обстреле, уже были доставлены. Священники и епископы трёх Церквей были заняты успокоением душ. Всего за один день многие жёны потеряли мужей, многие дети — матерей. Они бродили по кладбищу, кто-то молчал, кто-то плакал.
Клейн с обычным лицом стоял среди них, молча глядя на всё это, словно вспоминая похороны, на которых он когда-то был. Он только что, под покровом ночи, в нескольких больницах Баклунда и порта Притц с помощью «Посоха Жизни» вылечил раненых в нападении и заодно оставил странные и жуткие городские легенды, чтобы дальше переварить зелье «Причудливого Колдуна».
А он знал, что, как только такие легенды широко распространятся, тот Заратул в Баклунде тут же поймёт, в чём дело, и пошлёт марионеток для наблюдения. Поэтому, пока новость ещё не распространилась, Клейн, с помощью телепортации, обежал все больницы, оставляя ужасные истории и одновременно леча тяжелораненых. Когда эти истории распространятся, он верил, что получит большое количество обратной связи и сделает огромный шаг к полному перевариванию зелья.
Однако Клейн на этом не остановился. Возможный заговор злого духа «Красного Ангела» и тот факт, что Заратул находится в Баклунде, висели над его головой, как острый меч, заставляя его продолжать искать возможности. Поэтому он пришёл сюда, чтобы своими глазами увидеть горе простых людей.
Помолчав, Клейн отвёл взгляд, повернулся и покинул кладбище. Оказавшись в безлюдном месте, его левая перчатка быстро стала тёмно-синей, и на ней выросли скользкие рыбьи чешуйки. Подул вой ветра, который подхватил Клейна и понёс его в небо, в сторону порта.
В море, за пределами порта, флот Фейсака тихо ждал, готовясь на рассвете нанести ещё один удар, чтобы уничтожить оставшиеся верфи.
Вскоре Клейн прибыл над руинами порта и посмотрел на смутно виднеющиеся огни. В то же время его две марионетки с помощью «огненного прыжка» прибыли с земли и заняли разные скрытые позиции.
Увиденное и услышанное только что заставило Клейна больше не сомневаться, но он всё ещё был в растерянности. Месть захватчикам — это праведное дело, но если из-за этого будет нанесён удар по флоту Фейсака, то больше всего обрадуется, возможно, король Лоэна Георг III, один из виновников развязывания войны!
«В этом мире слишком много истин, но только по-настоящему пережив, понимаешь, что иногда, как ни поступи, всё равно будет не совсем правильно, и сердце будет полно противоречий...»
Клейн выдохнул и переключил внимание на информацию, полученную от «Повешенного»: командующий флотом Фейсака — адмирал Егор Эйнхорн. Это полубог из королевской семьи, «Рыцарь Железной Крови» 4-й последовательности пути «Красного Жреца»!
С помощью этой информации Клейн выделил в своём сознании ещё больше ключевых моментов: «„Рыцарь Железной Крови“, может превратить женщину в мужчину, обладает мужеством, подобным стали. Они могут управлять пламенем и превращать своё тело в пламя или сталь...»
На флагмане флота Фейсака «Нибос» Егор Эйнхорн, крепкий, ростом более двух метров, с густыми усами, сидел за столом с картами и, попивая кровь Сони, размышлял о дальнейших планах:
«На рассвете дирижабли Лоэна определённо прилетят для атаки. Их броненосец „Притц“ и флот тоже скоро вернутся. Оставаться здесь — значит оказаться в пассивном положении. Хоть я и „Рыцарь Железной Крови“ и могу сосредоточить на себе силу всего флота, но командир той эскадры, скорее всего, полубог пути „Арбитра“ или имеет артефакт 1-го класса, и с ним не так-то просто справиться... одно неверное движение, и они воспользуются своим преимуществом... Отступление — лучший выбор. Потом, воспользовавшись тем, что флот Лоэна понёс урон, продолжить атаковать прибрежные порты... Хе-хе, такая война — действительно хороший шанс переварить зелье. Жаль, что я не стал „Епископом Войны“ до этого. Иначе, возможно, после войны у меня был бы шанс стать ангелом. Эх, только „Епископ Войны“ может по-настоящему использовать преимущество армии...»
Егор Эйнхорн, размышляя, собирался с помощью скрытой связи вызвать своего заместителя и приказать отступать. Внезапно он поднял голову и посмотрел на дверь.
Тук!
Там тут же раздался стук.
«Предупреждение о нападении...» — промелькнула мысль в голове Егора, и он тут же напрягся.
В бою полубогов внезапное нападение — хороший способ захватить инициативу. Поэтому такое предупреждение означало либо предупреждение без последствий, либо то, что сила нападающего намного превосходит цель. А будучи опытным «Рыцарем», Егор инстинктивно начал рассматривать самый худший вариант и тут же активировал связь, установленную между ним и каждым матросом на «Нибосе».
В этот момент тот звук раздался снова:
— Бам!
На этот раз стук в дверь был похож на грохот пушки, и Егору показалось, будто у него в ушах взорвалась бомба. В его напряжённом состоянии это было не хуже рёва «Жреца Катастроф»! На мгновение в ушах Егора зазвенело. Он поспешно распределил урон, заставив каждого члена экипажа слегка оглохнуть. Затем он схватил ручку со стола и бросил её в дверь. Эта тёмно-красная ручка на своём пути оставила остаточный образ. Для «Рыцаря Железной Крови» даже самый обычный предмет мог превратиться в ужасающее орудие убийства!
Бум!
Дверь, в которую попала ручка, разлетелась на куски, обнажив стучавшего. Это был мужчина в чёрном плаще, с телом, тонким, как бумага, и безликим лицом. В этот момент и
