коридора.
— Всё хорошо, — сразу же произнёс я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно и уверенно. — Просто товарищ младший лейтенант нашёл клад. Причём не один.
Разумеется, все члены семьи тут же захотели увидеть находки. В глазах Ани вспыхнуло любопытство, Галина Ивановна с надеждой посмотрела на меня, а Ваня сразу же потянул маму за руку в сторону гаража.
Но я их порыв тут же остановил, сославшись на то, что там пока может быть опасно.
— Земля осыпается. Валяются острые обломки. Поэтому приближаться к гаражу до завершения первичного осмотра запрещаю, — пояснил я и тут же добавил: — Но вы не расстраивайтесь! Обещаю, как только расчистим завал и проверим надёжны ли стены и перекрытия, обязательно разрешу всё осмотреть. — И, чтобы перевести их внимание, не желая разводить диспуты, скомандовал: — А пока, товарищи, приказываю: все занимайтесь своими ежедневными делами и обязанностями.
Женщины, немного разочарованные, но послушные, пошли на склад, забрав с собой ребёнка, а Шарик, услышав суету, лишь лениво поднял голову в своей будке, после чего, не найдя повода для тревоги, снова её опустил.
Я же зашёл в хозблок, взял ещё один мощный фонарь, кусок брезента и направился обратно в гараж, где меня уже ждал Кудрявцев.
Первым делом мы обошли весь довольно большой ангар. Его размеры впечатляли — около двадцати пяти метров в ширину и пятидесяти в длину. Конечно, значительная часть площади была погребена под тем самым земляным валом и сопутствующими завалами, но и то пространство, что осталось нетронутым, было огромным. В тишине, нарушаемой только нашими шагами и тяжёлым дыханием, даже шёпот отдавался глухим, многократным эхом, теряясь в высоких потолках.
Кроме техники, которую мы увидели в самом начале — КамАЗа, «буханки», мотоциклов и квадроциклов, — больше никакого транспорта обнаружить не удалось. Зато у самых больших, похожих на ворота бомбоубежища, железных створок, что вели наружу, стояли два горных велосипеда.
За время нахождения меня в этом времени, я уже не раз и не два облетал дроном вокруг объекта и никаких внешних дверей, выходящих прямо на поверхность, не видел. А это означало, что главный вход — ворота гаража, находятся ниже уровня земли и сейчас над ними — несколько метров грунта. Раскопать такое вручную, при наличии лопат и телег, конечно, реально, но времени подобное мероприятие могло занять многие недели, если не месяцы.
Более того, обнаружив этот выход на поверхность, я почти сразу пришёл к мысли, что даже будь у нас возможность данный выход откопать, от этой идеи следовало бы отказаться.
Мы находились во вражеском тылу. Из-за наших диверсионных операций рано или поздно немцы обязательно заглянут и в наш лес. Раскопанный же вход с огромными воротами без сомнения очень быстро будет найден и, следовательно, демаскирует наше место обитания. После этого будет лишь вопрос времени, как быстро немцы стянут сюда войска и уничтожат всё и всех. Или вообще пленят, что по факту будет для нас ещё хуже.
Следовательно, от раскопок нужно будет отказаться, даже несмотря на то, что без этого тяжелую технику наружу не доставить.
— Ну что, начинаем с главного богатыря? — голос Сергея вывел меня из размышлений.
Он стоял у массивного бампера КамАЗа и смотрел на меня вопросительно.
Расстелили в углу на полу принесённый из хозблока брезент, решив укладывать все на него, чтобы ничего не потерять в пыли да грязи, а сразу систематизировать, затем приступили к расчистке и вскрытию машины.
Дверь КамАЗа с глухим скрипом, но поддалась. Внутри пахло затхлостью. На сиденьях лежали свернутые куртки из современной синтетической ткани, под ногами валялись пустые пластиковые бутылки из-под воды и несколько обёрток от шоколадных батончиков. В бардачке, помимо привычного хлама вроде пачек салфеток и зажигалки, нашлись упаковки армейских сухпайков — целых десять штук, карта местности с непонятными уже пометками, потрёпанный блокнот с техническими записями по настройке дронов и пара ручек. Это была мелочь, но каждая такая мелочь из будущего была на вес золота, ведь она пусть и немного, укрепляла нашу автономность.
Однако главные надежды мы связывали с кунгом — высоким, тёмным фургоном, прицепленным к машине. Пространство внутри было похоже на мобильную мастерскую или склад. Вдоль стен тянулись пустующие стеллажи, закреплённые на болтах. Воздух здесь был ещё более спёртым. В дальнем углу, под грубым брезентом, нашлись два небольших ящика из жёлтого ударопрочного пластика с надписями на русском и английском. Сергей вскрыл один из них складным ножом. В формованных ячейках из пенопласта, лежали аккуратные ряды компактных устройств, похожих на рации. Но были они миниатюрнее, с короткими антеннами и одной-единственной кнопкой. Рядом в отдельном отсеке лежала стопка ламинированных инструкций. В другом ящике лежали четыре десятидюймовых планшета, которые, вероятно, и являлись приёмниками-пеленгаторами.
— Что это? Какие-то детонаторы? — не понял напарник, беря в руки одно из устройств и поворачивая его так и сяк.
Оно было лёгким, с матовым корпусом.
— Нет, — сказал я, просматривая инструкцию при свете фонаря. — Это аварийные радиомаяки. Ультракоротковолновые, УКВ-диапазон. Вероятно, их привезли для оснащения дронов дальнего радиуса, да на склад отнести не успели.
— И для чего они? — разведчик выглядел разочарованным. Он, наверное, надеялся на что-то более «говорящее»: взрывчатку, электронику для подрыва.
— Для поиска. Предположим, беспилотник упал в лесу или в поле, и его не видно в траве. Включаешь на нём такой вот маячок, берёшь в руки приёмник, и он начинает пищать, когда приближаешься к источнику сигнала. Типа «горячо-холодно».
— Ого! Отличная вещь! — лицо Сергея прояснилось. Он сразу оценил практическую пользу. — Значит, если «Семицветика» потеряем или он где-то сядет на вынужденную, будет шанс отыскать!
— Не всё так просто, — охладил я его пыл, изучая технические характеристики в инструкции. — У них очень маленький радиус действия. Батарейки внутри слабенькие, сигнал слабоват, рассчитан на поиск в прямой видимости или в чистом поле.
— Сколько?
— Думаю, метров пятнадцать-двадцать в идеальных условиях. Не более. В густом лесу, за холмом или в помещениях — и того меньше.
— Жаль… Но хоть что-то, — вздохнул он, уже менее восторженно, но всё ещё аккуратно перекладывая маяки в руках.
— Согласен, — кивнул я, аккуратно укладывая устройства обратно в ячейки. — Во всяком случае, хоть какой-то дополнительный шанс, так что пригодится.
Поставили оба ящика на расстеленный брезент, пометив их мелом и продолжили осмотр. В других уголках нашли ящик с инструментом — хорошим, профессиональным: наборы отверток, пассатижи, кусачки, мультиметр и гаечные ключи. Была там и обычная полевая утварь: армейская палатка на несколько человек, спальники, компактная газовая горелка с несколькими пустыми баллонами, складные алюминиевые столы и стулья. Всё это
