было бесценно для обустройства нашего быта и потенциальных вылазок, но, увы, не решало главной насущной проблемы — нехватки того, что могло бы наносить удары по врагу.
Закончив с обыском грузовика, перешли к «буханке». УАЗ стоял боком к земляному валу. Сергей дёрнул ручку — раздался сухой щелчок, и половинка двери со скрипом отъехала в сторону.
Салон внедорожника был заставлен ящиками и свёртками. Передние сиденья оказались завалены какими-то тюками в зелёной непромокаемой ткани.
— Ну, что там? — спросил я, пока напарник, шарил внутри.
— Всякая мелочь и… сети, — донёсся его приглушённый голос.
В следующее мгновение он вытащил наружу объёмистый, туго набитый мешок и с глухим стуком бросил его на бетон. Из мешка выглянули несколько пластиковых поплавков и комки засохшей тины.
— Это маскировочные, что ль? — не понял Сергей, вытаскивая ещё один свёрток, оказавшийся такой же сетью.
Я наклонился, разглядывая остатки водорослей и тины на ячейках, и хмыкнул.
— Нет. Браконьерские.
В общем-то это было объяснимо. Объект находился вдали от населённых пунктов, в глухом месте, возможно, у какого-нибудь водоёма. И личный состав, от нечего делать, мог в свободное время заниматься подобным промыслом. Сети были длинными, современными, из почти невидимой в воде монофильной лески. В текущей ситуации, они нам были без надобности, но с другой стороны в хозяйстве всё пригодится.
Больше ничего интересного, кроме запаски, огнетушителя, монтировки и канистры с бензином, найти не удалось. А жаль — я рассчитывал на более жирный куш.
Мысленно я себе уже представлял ящики с гранатами, упаковки с пластитом или, на худой конец, запасные аккумуляторы для дронов. Нет, я, конечно, понимал, что фантазирую. Но просто, хотелось, чтобы фантазия эта каким-то образом материализовалась. Но увы, в реальном мире нет места фэнтези, а лишь одна жёсткая и жестокая правда жизни.
А потому, есть то, что есть, и на том спасибо! Не в моём, вернее, не в нашем положении было воротить нос от чего-либо. Всё, от рыбацкой, браконьерской сети до пустой канистры, могло пригодиться. Не сегодня, так завтра. А если и не завтра, то уж послезавтра — точно. Война и выживание в изоляции учили ценить любой ресурс.
Я закрыл дверь машины и, вздохнув с лёгким сожалением, посмотрел на этот тяжёлый, бесполезный в данных условиях автотранспорт. К сожалению, ни КамАЗ, ни УАЗ ничем помочь нам здесь не могли, и, как бы ни было прискорбно это осознавать, их судьба была ясна: никуда они отсюда не поедут, и будут стоять очень долгое время на приколе, став частью интерьера нашего подземного гаража. Во всяком случае, до тех пор, пока расчистка ворот не станет нам необходима.
А вот с другим транспортом дело обстояло не так плачевно. Три мотоцикла, стоявшие в ряд у дальней стены, оказались не простыми «железными конями», а электробайками. Их обтекаемые формы, лишённые выхлопных труб и бензобаков, сразу выдавали их природу.
Сергей с явным недоверием потрогал ручку газа на одном из них и спросил:
— Они что, сломаны? Где бензобак?
— Им он не нужен, — сказал я. — Электромотор и аккумулятор это обеспечат.
— И на этом можно ехать? Без бензина?
— Можно. Зачем бензин, когда данная модель, как и наш «Семицветик», заряжается от розетки⁈
Я нашёл на руле знакомую кнопку включения и нажал её. На панели приборов, под слоем пыли, загорелся ряд светодиодов, замерцала индикация заряда, которая показала, что байк полностью заряжен.
Почти бесшумное пробуждение удивительного для этого времени транспортного средства — лишь тихое гудение электроники и едва слышный шелест вентилятора — очень удивило Кудрявцева. Он, являясь человеком образованным, конечно же, слышал про электродвигатели на заводах, но не мог и представить, что они могут быть столь компактными и установлены на что-то столь же маневренное, как данная модель.
Узнав, что разведчик в целом умеет обращаться с мотоциклами (оказывается, до войны гонял на «Л-300» друга, с которым жил в одном доме), предложил ему прокатиться по ангару.
— Ничего сложного тут нет, — сказал я, «заводя» движок, который мгновенно отозвался едва слышной, высокочастотной вибрацией. — Смотри: ручка газа — крутишь на себя, едешь. Чем сильнее крутишь, тем быстрее едешь. Заметь, это не стихи, а факт. Далее, ручка тормоза здесь и здесь. Есть ножной тормоз.
— А ручка сцепления где? — не понял визави.
— Нет такой опции у данного вида транспорта. Как нет и скоростей. Он сам переключается в зависимости от того насколько ты «гашетку» выкрутишь. Просто сядь, поставь ноги на подножки и пробуй плавно.
Сергей слушал внимательно, а в его глазах горел азарт. Он ловко перекинул ногу через седло, уселся, принял привычную позу и… резко провернул ручку газа до упора.
Электромотор, обладающий мгновенной отдачей крутящего момента, взревел (точнее, загудел на высокой ноте), и мотик рванул с места как ужаленный. Кудрявцев, явно не ожидавший такой резвости, от неожиданности дёрнул руль, и мотоцикл, вильнув, помчался прямо в лоб КамАЗа. К счастью, рефлексы у разведчика были отличные. Он инстинктивно ударил по обоим тормозам. Колодки с визгом схватили диски, и байк резко остановился, не доехав до массивного бампера сантиметров тридцать. Сергей сидел, схватив руль белыми от напряжения пальцами, и тяжело дышал.
— Тормоза тоже работают, как погляжу, — сухо заметил я, подходя, и напомнил: — Сказал же — плавно. Движок резко схватывает, ему пинок под зад не нужен. Попробуй ещё раз, но аккуратнее.
На сей раз начинающий байкер был осмотрительнее. Плавное движение руки — и электроцикл тронулся с места почти бесшумно, легко катясь по бетону. Сергей сделал круг по ангару, затем восьмёрку, привыкая к управлению и отсутствию привычного рёва мотора. Через пару минут он уже уверенно маневрировал между ящиками, стеллажами и техникой. Подъехав ко мне, он заглушил мотор (вернее, выключил его кнопкой), и с его лица не сходила широкая улыбка.
— Вот это мощь! — восхищённо произнёс он, с любовью похлопывая по бензобаку… то есть по пластиковой панели, где тот должен был бы быть. — Представляешь, на таком по Москве прокатиться…
— Ага, все девчонки были бы твои, — усмехнулся я.
Кудрявцев смущённо покраснел, а я, выключив систему на байке, добавил:
— Ладно, нечего зря аккумулятор жечь. Электричество у нас не безлимитное.
Сергей слез и откатил «аппарат» обратно к стене. Посмотрел на него с таким сожалением, словно прощался с мечтой, и цокнул языком:
— Какая прекрасная штуковина!
— Прекрасная, — согласился я. — Но сейчас мы осмотрим кое-что, возможно, ещё более прекрасное и уж точно полезное. По крайней мере, для наших дел. И тут я имею в виду, разумеется — квадроциклы. Коих как ты можешь видеть, у
