тарелки исчезли, я встала и направилась к выходу. И тут же ощутила, как мне наперерез направились трое людей.
— Что вам нужно? — спросила я.
У меня за спиной стоял Маркус Флинт, прикрытый с флангов Теренсом Хиггсом и Майлзом Блетчли.
— Ты спасла команду, Эберт, — сказал Флинт. — Парни рассказали, что ты совершила. Мы могли остаться без Вратаря и Ловца.
— Любого можно заменить, — ответила я.
— Очевидно, ты никогда не играла в Квиддич, — заметил Флинт. — Мне не нравятся такие, как ты. И конкретно ты мне тоже не нравишься. Но я уважаю тебя; никогда не думал, что скажу такое первогодке. Большинство из вас — просто сопливые ничтожества.
Хотел ли он сказать, что я никчёмная, потому что грязнокровка, или потому что я — раздражающий ребёнок?
— Но не ты. Ты жестока, как змея, и так же опасна. Если будут проблемы с кем-то из команды, дай знать одному из нас, и мы позаботимся о том… желательно до того, как ты сама побеспокоишься. Надеюсь, никто из команды не окажется настолько глуп. Чую, даже если кто-то и сумеет тебе навредить, позже ты заставишь его поплатиться.
— Лучший способ достать её — сбросить на неё тролля, — сказал Теренс.
Но, произнося это, он слегка улыбался.
— Никто и никогда не сможет провести тролля в школу, — рассеянно отозвался Флинт.
— Мне кажется, если она выпьет Веселящее Зелье, на неё оно подействует, как смертельный яд, — сказал Майлз.
Он, кстати, тоже слегка улыбался, когда говорил.
Это… не было похоже по ощущениям на те шутки, что отпускала Эмма. Дружеские подколки? Так непривычно.
Майлз и Теренс видели, что я сделала прошлой ночью, но вместо того, чтобы начать бояться меня, они, кажется… восхищались мной? Немного?
Я не могла сказать наверняка, и это беспокоило меня больше, чем хотелось. Странное тёплое чувство в груди, вероятно, было побочным эффектом выпитых мной зелий.
— Тебе следует попробоваться на Загонщика в следующем году, — сказал Теренс.
— Да она весит меньше бладжера, — ответил Флинт. — Загонщики должны быть сильными.
— Она убила тролля полуметровым ножом, — возразил Теренс. — А значит, она, наверное, может без особых проблем забить близнецов Уизли до полусмерти.
Очевидно, мой альянс с близнецами всё ещё оставался секретом.
Хорошо.
— Она весит вполовину от бладжера, — заспорил Флинт. — Меня не волнует, насколько она злобная, тут законы природы. Ты пытаешься ударить что-то, весящее больше тебя, и именно ты улетаешь.
— Мне кажется, она сможет, и даже не жульничая, — сказал Майлз, глядя на меня.
Они даже не спросили, хочу ли я проходить пробы.
— Очень плохо, что первогодки не могут пробоваться в команду, — сказал Флинт, глядя на меня так, словно я только и мечтала попробовать себя в спорте, о котором не знала ничего, кроме того, что он выглядел ужасно травмоопасным.
Я и так уже решила, что для урока полётов необходимо разработать куда больше мер безопасности; с детьми же, летающими вокруг, избивающими друг друга битами, в то время как стопятидесятифунтовый железный мяч пытается ударить их, всё это выглядело идеальным рецептом для получения кучки мёртвых детей.
Тем не менее, каким-то образом всё работало, а значит, было в этой игре что-то, мне не до конца известное.
Никогда не увлекалась спортом, и сейчас ничего не изменилось. Но к чему говорить им, что ни на какие пробы в следующем году я не собираюсь, лучше промолчать — это поддержит хорошее расположение команды в течение следующих нескольких месяцев, пока я буду становиться сильнее; не вижу ничего плохого в этой маленькой лжи.
Теренс и Флинт заспорили, и я напряглась, когда ощутила руку Майлза на плече.
Он тихо проговорил:
— Мы с Теренсом… мы знаем, что ты сделала для нас прошлой ночью. Ты легко могла свалить, оставив нас умирать, и никто ничего такого об этом бы не подумал. Но ты подвергла себя риску, когда этого не требовалось, и мы запомним это.
— Вы помогали, — сказала я.
Он горько усмехнулся:
— Используя заклинание первого года против существа класса ХХХХ? Мы погибли бы, и скорее раньше, чем позже. Учителя Защиты за последние несколько лет были так себе.
— Тот, что у нас, не так плох, — сказала я.
— Он лучший из тех, что у нас были, — сказал Майлс. — Большинство из них дерьма не стоят. Ты можешь подумать, что Дамблдор, по крайней мере, попытался бы найти кого-то на самый важный предмет, но говорят, что Тёмный Лорд наложил проклятье на должность.
— Да ну? — спросила я как бы невзначай. — А что, такое вообще возможно?
Он уставился на меня на мгновение, затем немного побледнел. Убрал руку.
— Это для седьмых курсов, а может даже и более продвинутая магия. Не пытайся проклясть целый класс, если ударишься пальцем ноги, или что-то в таком духе.
Я мило улыбнулась ему, затем ухмыльнулась, когда он ещё сильнее побледнел.
— Я помню своих друзей, — тихо сказала я. — Даже если они не могут быть моими друзьями открыто.
Он кивнул и отступил на шаг. Теренс и Флинт всё ещё спорили о моих потенциальных навыках как Загонщика; Флинт думал, что физика победит меня, даже притом, что, похоже, не знал слова «физика».
— Я подумаю об этом, — чуть повысила я голос, а затем отошла от них.
Направляясь в класс, я видела, как люди повсюду таращатся на меня и шепчутся. Я подслушивала, как могла, но слишком много разговоров происходило одновременно, так что удавалось уловить лишь несколько отрывков из каждого из них:
— …она на самом деле не ведьма. Она существо, притворяющееся ведьмой. Как иначе она смогла бы вот так, без магии, убить тролля?
Это, фактически, было близко к правде; если слух широко распространится, мне придётся придумать способ, как бы направить внимание людей в иную сторону.
— Она вампир.
Это… вообще не имело смысла. Сейчас уже наступило светлое время суток, и я, очевидно, прямо сейчас шагала в лучах солнца, в то время как шепчущиеся
