Глаза старика загорелись.
– Да, знаю, и они действительно здесь, – улыбаясь, ответил отец Петр. – Но они никогда не приезжают в город для того, чтобы присутствовать на богослужении. В их поместье есть частная церковь, которую я сам освятил по их просьбе.
Она посмотрела ему прямо в глаза.
– Мне надо попытаться добраться до них. Не могли бы вы сказать, где они живут?
– Разумеется, – ответил он, успокаивающе похлопывая ее по руке. – Они живут в замке Жемини, на дальнем конце озера. Вам любой укажет дорогу.
Узнав адрес особняка Даниловых, Сенда поспешила обратно в пансион, где они с Ингой и Тамарой снимали три скромные комнаты под самой крышей, забежав по дороге в магазинчик, торгующий канцелярскими принадлежностями. Она остановилась на кремовом пергаментном конверте и нескольких листах плотной бумаги.
Добравшись до пансиона, она бегом взбежала вверх по крутым ступенькам, останавливаясь на лестничных площадках, чтобы перевести дух и откашляться в платок.
Инга, которая, очевидно, услышала приступы кашля, встретила ее в дверях. Запыхавшись, Сенда махнула ей в знак приветствия и направилась прямиком к небольшому письменному столу, придвинутому к окну мансарды. Она села за стол и дрожащими руками достала из ящика ручку, чернильницу и промокательную бумагу. Затем вынула из пакета драгоценные листы бумаги и, задумавшись, уставилась через кружевные занавески на узкую полоску озера, выглядывавшую между двух домов. После недолгого размышления она окунула ручку в чернила, и перо плавно побежало по листу, выводя изящными буквами ее доверительное послание.
Ваша светлость,
Нахмурясь, Сенда смотрела на написанное. Как ей претила такая форма обращения! Ей так страстно хотелось написать просто «Дорогой Вацлав». После того как они столько времени делили постель и взаимную привязанность, такая официальная чопорность казалась нелепой, и все же приличия требовали, чтобы послание было отстраненным и вежливым. Всегда существовала вероятность, пусть и небольшая, что письмо будет перехвачено хорошо вышколенными слугами, неправильно истолковано и выброшено вместе с другим мусором, и оно так и не попадет в руки Вацлава.
Лучше уж пусть оно будет завуалированным и вежливым и дойдет до него.
Прошло много времени с нашей последней встречи, но я наконец добралась до Женевы. Было бы чудесно – к нашему обоюдному удовольствию, – если бы мы могли встретиться и возобновить наше былое знакомство. Вы можете найти меня по адресу: улица Мойбо, дом 6. Буду ждать Вашего ответа.
Сенда задумалась. Она почувствовала себя слишком усталой, чтобы придумать нужную концовку. Ручка теперь двигалась медленно, и каждое новое слово давалось со все большим трудом. Странно, теперь, когда письмо было написано, она чувствовала себя такой опустошенной, такой истощенной; ручка казалась такой тяжелой, как если бы она была налита свинцом.
Разумеется, я всегда к Вашим услугам. С почтением,
Ваша покорная слуга,
Сенда Бора.
Она запечатала конверт и долго держала его перед собой, уставившись на имя и адрес. Дело было сделано. Теперь слово за ним.
И вдруг неожиданная мысль пришла ей в голову. Нет, не все еще сделано.
Она снова взялась за перо и, выведя на конверте слово «Личное» на русском и французском языках, подчеркнула его одной чертой.
Теперь все сделано.
Инге не надо было объяснять ее дальнейшие действия. Не говоря ни слова, она взяла конверт, окинула его безучастным взглядом и, надев пальто, без промедления отправилась в замок Жемини, чтобы доставить письмо адресату.
Сенда бродила по комнатам, как тигрица в клетке, с нетерпением ожидая возвращения Инги. Глаза ее то и дело обращались к часам. Минутная стрелка двигалась так медленно, что сначала она подумала, что часы остановились. Но их громкое тиканье доказывало – все дело в ее натянутых нервах.
К тому времени, как вернулась Инга, было уже темно. Сенда с нетерпением бросилась ей навстречу, в ее глазах застыл немой вопрос, но Инга лишь передернула плечами и, вздохнув, отправилась вешать пальто. Сенда шла следом.
– Ну? – подсказала она со смесью страха и ожидания во взгляде. – Что случилось?
– Я постучалась, и, когда дворецкий открыл мне дверь, я вручила ему конверт. Он его взял.
– И? – взволнованно спросила Сенда.
– Мне сказали не ждать ответа. – Инга пренебрежительно пожала плечами. – Если таковой будет…
– Будет! – негодующе прервала ее Сенда. – Должен быть!
Но ответа от Вацлава не было ни в этот день, ни на следующий. Дни ползли один за другим, а от князя по-прежнему не приходило ни слова, и Сенда становилась все более унылой и придирчивой. Тамара и Инга раздражали ее, и ей приходилось сдерживаться, чтобы не набрасываться на них.
Напряжение росло.
На восьмой день Сенда поняла, что у нее есть один-единственный выход. Ей придется навестить Вацлава без приглашения. Она выполнила правила этикета, послав ему сначала записку. Но раз это не помогло, другого выхода у нее не было.
Ворота в стиле барокко были такими устрашающе роскошными, что с новой силой напомнили Сенде о том, в каких стесненных обстоятельствах оказались они с Тамарой и Ингой. Но как же хорошо был ей знаком этот гордый полированный латунный герб! Казалось, прошла целая вечность с тех пор, как она видела его в последний раз.
Повинуясь привычке, она потрогала волосы, поправила фетровую шляпку и разгладила простенькое зеленое суконное пальто. Два года назад на ней были бы роскошные меха и прекрасно сшитые платья, и она приехала бы на машине или в экипаже в сопровождении шофера и лакея, и ей не пришлось бы так долго добираться сюда сначала общественным транспортом, а потом идти пешком по дороге, которой, казалось, не будет конца. Но времена изменились, и, подчиняясь элементарному закону выживания, она сама тоже изменилась. Если бы не ее способность приспосабливаться, разве она смогла бы выжить и добраться сюда? Да она бы подчинилась своей болезни, вместо того чтобы бороться за свою жизнь. И все же это простое, до щиколоток, серое платье служило мучительным напоминанием о том, как переменилась к ней фортуна.
Но некоторые вещи никогда не меняются. Одного взгляда на замок Жемини было достаточно, чтобы понять, что Даниловы сохранили в неприкосновенности немалую часть своего огромного состояния – и уже за одно это можно было поблагодарить ее счастливую звезду.
Нажав на звонок на ближайшем из двух массивных столбов, увенчанных высеченными из камня ананасами, Сенда услышала, как где-то за стеной раздалось звяканье колокольчика. Престарелый привратник в зеленой ливрее, шаркая ногами, вышел из будки.
