мазнула новая автоматная очередь, и барьер остановил пули.
— Хвала… — прохрипел спасенный серб.
— Jел можеш да идеш? — спросил я.
— Да… Само секунд.
Я помог ему выпрямиться и тут же двинулся дальше, продолжая обновлять щиты. Да уж, такими темпами меня хватит на минуту-две, не больше. Пришлось расширить радиус действия защиты, чтобы пули не достали остальных. У меня скрипели зубы от напряжения, а сердце было готово выпрыгнуть. Адреналин зашкаливал, кровь буквально кипела, а сила расходовалась слишком быстро.
Долго я не продержусь.
Мы подхватили еще двоих, третий все быстро понял и подобрался к нам сам. А вот тот, кто пытался избавиться от снайпера, оказался слишком далеко.
— Иди лево! Овако! Чекай! — крикнул он, понимая, что я хотел выдвинуться в его сторону. — Момент.
Он выскочил из своего укрытия — так быстро, что казалось, будто он телепортировался к соседней клумбе. И уже оттуда наконец-то снял с крыши стрелявшего по нам снайпера.
— Спасибо, что отвлекли, — проговорил он на хорошем русском, когда оказался под куполом. — Залил нас свинцом, гадина.
Я кивнул.
— Ребят, бежим во весь опор. У меня почти не осталось сил все это держать.
— Айде, брзо!
— И следите за венгром. Он у нас немного не в себе.
— Важи!
Забавно, но, кажется, у меня уже неплохо получалось изъясняться по-сербски. По крайней мере, словарного запаса хватало на экстремальные ситуации.
Мы припустили во весь опор. Позади нас что-то взорвалось.
— Не оборачиваться! Бегом! Не снижать темп.
Оставалось всего каких-то двести метров. Я уже различал силуэты автомобилей, спрятанных в лесной посадке. Навстречу нам выбегали люди…
— Коля! — взвизгнула графиня. — Они… Они сейчас нас взорвут!
Я быстро оглянулся и едва сдержал ругательства. Воронцова была права — позади нас уже зияла одна воронка, и сейчас люди Каралиса перезаряжали РПГ… Многострадальный щит мог уже этого не выдержать, а я едва шевелил ногами от усталости.
— Бегом! К нам за спины! Быстрее!
Навстречу нам вылетела троица, которую я не мог не узнать. Столыпин собственной персоной — охваченный яркими всполохами Благодати, он уже творил заклинания. С ним две наши красотки-телохранительницы. Вооруженные, они обходили нас с флангов, стараясь отсечь возможные атаки.
А затем…
— Все брысь отсюда!
Гулкий рык Вука Савича заглушил рокот двигателя. Из-за деревьев, сминая высокую траву и кустарники, мимо нас пронесся бронированный джип с установленным на крышу пулеметом. Вук собственной персоной открыл огонь. И, кажется, он улыбался.
— Почти пришли, давайте! — поторопил я группу.
И в тот момент, когда позади нас прозвучал очередной взрыв, моя сила иссякла.
Я рухнул на четвереньки, стараясь выжать из себя остатки. Но в этот момент к нам подоспел Столыпин.
— Все, князь, — он рухнул на колени передо мной. — Ты справился. Ты молодчина! Всех спас. Все почти закончилось.
В подтверждение его словам что-то снова громыхнуло, Савич издал победный рык, и его джип развернулся в нашу сторону.
Столыпин помог мне подняться и тут же вытащил из-за пазухи… бутылку минералки.
— На, князь. Пей.
— Андрей, ну ты даешь, — слабо улыбнулся я и сорвал металлическую крышечку. — Ты ее что, всегда с собой носишь?
— После одного случая — да, — на полном серьезе ответил атташе. — Все, господа. По машинам. Быстро. Едем на базу.
— На какую еще базу? — возмутилась Воронцова. — Я должна…
Я резко развернулся к ней.
— Ты должна МНЕ. Так что поедешь туда, куда скажут.
— Голубки воркуют, — хмыкнул один из бойцов, но тут же заткнулся под суровым взглядом Столыпина.
— Ага. Сегодня мы много с кем поворкуем, — сказал я, наблюдая, как на Воронцову и Ливена надевали какие-то артефакты. Вероятно, блокирующие силу или создававшие помехи для ментальной работы. — Не зря я притащил столь богатый улов.
* * *
— Где мы вообще?
— Лазаревац. Полста километров от Белграда на юго-запад. Слава богу, что у господина Савича не одна база.
Я вырубился прямо в автомобиле и проспал так крепко, что даже не проснулся, когда меня перенесли. Спасибо за сервис, без шуток. Теперь, продрав глаза, я чувствовал себя гораздо лучше. Хотя наркотик, которым меня накачивал Каралис, до конца не вышел. Я все еще чувствовал этот яд внутри.
— Долго я спал?
— Три часа. — Столыпин подал мне стаканчик с дымящимся кофе «три-в-одном». — Простите, другого здесь не нашлось.
Видимо, все логова Вука выглядели примерно одинаково. Я очнулся в небольшой комнатке, совмещавшей в себе функции кабинета, кухни, столовой и гостиной — по крайней мере, на старом продавленном диване мне неплохо спалось. Половина комнаты представляла собой бардак, вторая же… подверглась атаке Столыпина. Атташе как раз наводил порядок в кухонной зоне.
Клянусь, никогда не встречал такого педанта. Но что характерно, я ни разу не видел, чтобы атташе подвергал кого-либо критике за беспорядок. Он просто брал и убирался сам, не досаждая никому комментариями.
— Спасибо Андрей, — я принял стаканчик из его рук. — Для меня сейчас и растворимый — нектар богов.
— Не выспались? Впрочем, глупый вопрос…
— Скорее просто перезагрузился. Где наши гости?
— Графиня спит под присмотром наших девочек. Ливен пытается вернуть на место мозги тому венгерскому бедолаге. Под присмотром Вука и его ребят.
— А остальные? Группа…
— Удивлен и восхищен, что вы за ними вернулись, ваше сиятельство. Но вам не стоит о них беспокоиться — с ними все в порядке. Тем более у господина Савича есть свои медики.
Ну прям ЧВК «Партизан» какие-то.
— Лучше скажи мне, на кой черт вы устроили такую светомузыку у Каралиса, — сказал я, пригубив кофе. — Стрельба,
