захватить Уэссекс и расширить территорию Данело до берегов Ла-Манша. Франкская империя познала всю глубину унижения во время осады Парижа, за которой последовало, в 887 году, низложение Карла Толстого. Эд, храбрый защитник Парижа, стал властителем Западно-Франкского королевства, а восточные франки обрели деятельного и умного правителя в лице своего нового короля, Арнульфа Каринтийского, в 896 году ставшего императором. В июне 891 года норманны разбили франков на реке Голь, притоке Мааса, но после этого Арнульф лично повел свое войско против викингов, обосновавшихся в укрепленном лагере неподалеку от Лувена, и в ноябре того же года одержал над ними решительную победу. «Король Эарнульф, — сообщает Англосаксонская хроника. — сражался против конного войска [
ræde here], до того как подошли корабли, и обратил его в бегство». Морские конунги Годфред и Сигфред пали в этой битве, и жители внутренних областей Германии могли более не бояться норманнских набегов, однако у «огромного войска» викингов хватило резервов, чтобы перезимовать в Лувене и следующей весной вновь приняться за грабежи.
Лишь осенью 892 года{292} основные военные силы норманнов покинули континент: викинги оставили разоренные, голодные земли и вместе со своими женами, детьми и конями переправились через Ла-Манш. Флот в двести пятьдесят кораблей, собравшийся в Булони, подошел к берегам Кента и двинулся далее под прикрытием «великого» Андредского леса, простиравшегося, по свидетельству Англосаксонской хроники, на 120 миль с востока на запад и на 30 миль в ширину. Викинги поднялись на своих кораблях вверх по течению Лимене (или Люмне), которая тогда была судоходной рекой, хотя сейчас ее можно идентифицировать только по географическим указаниям, содержащимся в Хронике, и названию, сохранившемуся в документах. Отойдя на 4 мили от речного устья, они напали на недостроенное, «наполовину готовое» укрепление. В нем находились лишь несколько керлов; вероятно, это были мастера, возводившие укрепление (geweorc), согласно разработанному королем плану защиты побережий и границ[81]. На зиму викингское войско обосновалось в Эплдоре, в Южном Кенте: к этому городку ныне нельзя подойти водным путем, но тогда он, по-видимому, располагался на берегу приливной реки Люмне{293}.
Одновременно другой флот данов (он был меньше первого и насчитывал восемьдесят кораблей) вошел в эстуарий Темзы. Даны возвели укрепление (geweorc) в Мильтоне, на реке Свейл в Северном Кенте, напротив острова Шеппи. Их предводителем был Хэстен (Хастейн или Хастинг) — личность не менее легендарная, чем Рагнар Кожаные Штаны, Гутрум или Ролло, дерзкий и хитрый разбойник, наделенный всеми внешними атрибутами романтического пирата{294}.
Перед лицом этой двойной угрозы Альфред в первую очередь постарался гарантировать лояльность Данело. Он взял клятву с нортумбрийских и восточноанглийских данов, подтвердивших ему свою верность, и потребовал заложников от жителей Восточной Англии, которыми правил теперь Эохрик или Эрик, преемник Гутрума-Этельстана. Судя по тому, что Альфред мог требовать от данов подобных обещаний, англо-данские королевства признавали в какой-то мере главенство Уэссекса.
В начале 893 года Альфред собрал фюрд и занял позиции в Кенте, расположившись между двумя викингскими армиями «достаточно далеко от лесных укреплений и укреплений на реке», чтобы наблюдать за обеими. Даны оказались запертыми в своих убежищах и, не имея возможности дать бой противнику в открытой местности, удовольствовались тем, что небольшими группами совершали вылазки и вступали в стычки с англосаксами. «Шайки [hlothum] грабителей прорывались в лес там, где не было фюрда», а за ними охотились отряды англосаксов, «из фюрда и из бургов».
Именно в этом месте в Англосаксонской хронике говорится, что Альфред поделил фюрд («не считая тех людей, которые держали бурги») на две части: действующую армию и резерв[82]. Дальнейшие события излагаются в Хронике (которая является в данном случае нашим единственным источником) весьма путано, но, судя по всему, Альфред попытался подкупить Хэстена подарками и лестью, лишив таким образом предводителей «огромного войска» их возможного союзника. Коварный викинг с готовностью принес клятвы и дал заложников, король (так же, как это было в случае с Гутрумом и Анараутом) щедро его одарил и стал крёстным отцом одного из сыновей Хэстена, а Этельред Мерсийский был свидетелем на конфирмации другого его сына. Хэстен ушел из Кента, но не сложил оружия: он пересек широкое устье Темзы и построил укрепления на другом его берегу в Бенфлите (Эссекс). Даны Восточной Англии приютили его в своих землях, нарушив без малейших колебаний клятвы, которые они давали Альфреду.
«Огромное войско» тем временем снялось с места и в полном составе, со всей добычей, отправилось из Эплдора на север, видимо, рассчитывая присоединиться к Хэстену в Бенфлите. Их корабли должны были прийти туда же морем. Вероятно, даны решили двигаться по суше, через Суррей, Гемпшир и Беркшир, чтобы избежать встречи с англосаксонским фюрдом, но на этот раз им не удалось, как в 876 году, обмануть бдительность альфредовских воинов. Конные воины под командой Эдварда{295}, сына короля, обогнали викингское войско и вступили с ним в бой у Фарнхема, на границе Суррея и Гемпшира. Сражение закончилось тем, что даны, побросав свою добычу, бежали на другой берег Темзы, не удосужившись даже найти брод, и обосновались на Торни — маленьком островке на реке Колн, недалеко от Западного Драйтона{296}. Эдвард со своим войском осаждал их там до тех пор, пока воинам фюрда не пришло время возвращаться по домам и не кончились припасы.
Альфред со второй половиной фюрда двигался к Торни, чтобы сменить своего сына. Войско Эдварда отправилось домой, и в этот момент пришли вести о новом дерзком наступлении врага. Даны из Нортумбрии и Восточной Англии, возможно, объединившись с флотом Хэстена и кораблями «огромного войска», атаковали с моря южное и западное побережья Англии. Флот, насчитывавший сто кораблей, подошел к Эксетеру, и сорок кораблей осаждали некий форт в Девоншире, geweorc «на северном море», название которого в Хронике не указано{297}.
Генрих Хантингдонский, возможно, думал об этой тяжелой, полной неожиданностей и тревог военной кампании, когда описывал «четвертую казнь» Британии — опустошительные нашествия данов{298}. Его пассажи, при всей их риторичности, очень выразительны. Английский король спешит на восток, на битву с данами, но раньше, чем он успевает добраться до места, появляется вестник. «Куда идешь ты, о король! — восклицает он, подбегая к своему повелителю. — Несметные полчища язычников приплыли с юга к английским берегам. Они жгут деревни и города, убивают людей, сея всюду смерть и разрушение». В тот же день является другой гонец. «Почему ты отступаешь, о король? — вопрошает он. — Войско, сеющее ужас, высадилось на востоке
