в тебя, дитя, и для меня было честью и привилегией видеть, как далеко ты продвинулась. — Она отпустила одну из рук Алекс, подняв свои темные, обветренные пальцы, чтобы нежно погладить девушку по щеке, и прошептала: — Пусть свет всегда сияет над тобой, Александра Дженнингс. И помни… — Ее голос окреп, когда она закончила: — Не бойся теней. Заставь тени бояться тебя.
А затем, прежде чем Алекс смогла хотя бы перевести дыхание, чтобы ответить, не говоря уже о том, чтобы спросить, почему это прозвучало так тревожно, как будто Леди Тайн прощалась — чего она никогда раньше не делала — дама ушла… и Алекс тоже.
Сорайя издала тихий звук приветствия, когда Алекс вернулась в свою комнату в общежитии, но после того, как она рассеянно почесала щенка за ухом и сказала ей «остаться», Алекс не задержалась надолго. Вместо этого девушка схватила пальто и надела его поверх пижамы, натянула сапоги и выбежала из комнаты.
Прошло много времени после комендантского часа, но Алекс уже не волновало, с какими последствиями она может столкнуться. Несмотря на то, что у нее не было времени на то, чтобы добавить наказание к ее и без того напряженному графику, она была готова рискнуть, если ее прогулка закончится успехом.
Пробежав сквозь морозный ночной воздух, Алекс пронеслась через ледяной кампус в здание Башни в поисках своего учителя SOSAC. Оказавшись там, она поняла, что понятия не имеет, где находится комната Каспара Леннокса, поэтому схитрила, скрестив пальцы и надеясь, что в Библиотеке царит приятное настроение.
Сбежав вниз по лестнице, через фойе и вниз по второй лестнице, Алекс, не теряя времени, шагнула в коридор дверей и попросила Библиотеку показать дорогу к ее учителю.
Открылась дверь, и Алекс побежала прямо через нее, только чтобы обнаружить, что она вообще не ведет в его апартаменты в здании Башни. Вместо этого Алекс прибыла туда, где в настоящее время находился ее учитель… на ставший уже знакомым балкон с видом на затененный собор в Грейвеле.
Пораженная неожиданным перемещением, Алекс уставилась на старейшин, Каспара Леннокса и Ширез, которые смотрели на нее с нескрываемым шоком.
— Э-э, привет, — сказала она, трогательно помахав пальцами.
— Что здесь делает человек? — потребовала Азалия. — Как она вообще сюда попала?
— Ну, это самая ужасная вещь, — ответила Алекс, но у нее не было возможности закончить, потому что коллективный вздох встретил ее заявление. Она в ужасе закрыла глаза, осознав, что только что ответила на вопрос, заданный на языке Ходящих по Теням.
Вот дерьмо, подумала она про себя.
— Александра…
Алекс снова открыла глаза на прошипевшее слово Каспара Леннокса, но она прервала его, прежде чем он успел сказать что-то еще.
— Мне ужасно жаль прерывать вас, — сказала она. — Все, что я могу сказать, это то, что я искала Каспара Леннокса и понятия не имела, что поиски приведут меня сюда. Но так как я планировала передать ему сообщение, чтобы передать вам, я могу также сделать это сама, поскольку, ну, мы все сейчас здесь.
— Мы ясно выразились сегодня, человек, — сказала Азалия на общем языке, ее темные глаза сверкали нескрываемой ненавистью.
Из всех старейшин она определенно была самой пугающей, но Алекс отказывалась поддаваться страху.
— Две минуты вашего времени, и я ухожу, — сказала Алекс, намеренно глядя на Радека и Сабера, когда говорила, предполагая, что они более уравновешенные из троих.
После минуты напряженного молчания Радек ответил отрывистым голосом, который выдавал его недовольство:
— У тебя есть одна минута. Отсчет начался.
Алекс сразу же перешла к своей просьбе сразиться с победителем ватали тарго, используя преднамеренные и враждебные слова, чтобы атаковать их гордость, как и советовала Леди Тайн. В пользу Алекс было то, что Ширез вступилась за нее и уже призвала «человека» провести еще один раунд… именно поэтому Каспара Леннокса вызвали обратно в Грейвел, чтобы выслушать согласие старейшин.
Однако новое встречное предложение Алекс заставило их взяться за оружие. Раздались крики на обоих языках, а также тычки пальцами и свирепые лица. Но, в конечном счете, Леди Тайн оказалась права… гордость заставила их принять условия ее вызова.
Единственная проблема заключалась в том, что ее смелость оскорбила их настолько, что старейшины поставили ей ультиматум: выиграй, и они предоставят ей аудиенцию, чтобы услышать ее предупреждения; проиграй, и они никогда не послушают ее, даже после того, как месячные празднования закончатся.
Это была сделка «все или ничего», достаточная, чтобы заставить Алекс нервничать, но она не могла отступить. И поэтому, когда снова открыла дверь, ведущую обратно в академию — подальше от разъяренных лиц старейшин — девушка ушла с мрачной улыбкой и обещанием, что ее призовут, как только будет коронован победитель.
Алекс знала, что это был хороший исход. Но когда снова улеглась в постель рядом с Сорайей во второй раз за эту ночь, она покрутила кольцо на пальце и отчаянно надеялась, что вера Леди Тайн в нее не была напрасной.
Глава 25
Алекс не была уверена, как ей удалось пережить следующий день, но она чувствовала себя как на иголках, желая, чтобы время остановилось, и можно было отложить свою первую тренировку с Кайденом. Во время занятий по бою девушка не раз замечала его пристальный взгляд, словно Кайден пытался прочитать ее мысли, безрезультатно. Парень удивлённо качал головой, посылая идеальные улыбки; у них просто не было возможности поговорить.
Забавно. Несмотря на все другие потенциально катастрофические события, происходящие в ее жизни, Алекс все еще могла испытывать волнение из-за парня. Как это получалось, она понятия не имела. Сердце начинало взволнованно стучать от мыслей о предстоящем совместном занятии. И это сбивало с толку. Все, что Алекс знала, это то, что она должна была что-то сказать. Поэтому, когда девушка вошла в фойе Библиотеки и обнаружила, что Кайден прислонился к стене между двумя картинами и ждет ее, она собралась с духом и выпалила:
— Насчет той ночи…
— И тебе привет, Алекс.
Она моргнула, застигнутая врасплох намеком на ее невежливое приветствие.
— Эм, извини. Привет, Кайден. Теперь, насчет той ночи…
— Ах, да, — прервал он, улыбка тронула его губы. — В ту ночь, когда я чуть не поцеловал тебя.
Алекс почувствовала, как жар залил щеки, совсем не ожидая, что он прямо скажет это.
— Это не…
— И в ту ночь, когда ты чуть не поцеловала меня.
Она сглотнула.
— Я не…
— В ту ночь, когда мы чуть не поцеловали друг друга.
— Кайден! — воскликнула Алекс, борясь с желанием топнуть ногой, как ребенок. — Ты прекратишь?
Смеясь, он сказал:
— Мне кажется,
