– Как раз о собственной персоне я забочусь меньше всего, – возмутилась Зарид, встретившись взглядом с Тирлем. – Да разве мои братцы смогут по достоинству оценить, какое сокровище им досталось? Все, что они умеют – это воевать. Ты бы видел, какой развалюхой выглядел замок Морей до тех пор, пока там не поселилась Лиана. И это божественное место Роган не сумеет содержать как следует. Он и здесь все запустит! Это будет грязный свинарник!
– Так ты считаешь, что некоторая неряшливость твоего брата – достаточный повод для того, чтобы лишить его законного наследства?
Зарид отвернулась от мужа.
– Нет. Неряшливость тут не при чем. Я очень беспокоюсь, как поведет себя Роган по отношению к тебе. Что если он просто вышвырнет тебя отсюда? Навсегда лишит возможности жить в родном краю?
Коснувшись рукой ее подбородка, Тирль заставил Зарид приподнять голову и взглянуть на него.
– У меня есть земельная собственность, доставшаяся мне от матери. Ты бы согласилась уехать туда и жить там вместе со мной?
– Да, – прошептала она. – С тобой – хоть на край света. Но…
– Что – «но»?
– Но ведь тогда ты потеряешь титул. Ты не будешь герцогом. А это именно то, о чем мечтает большинство людей в мире.
– Большинство, но не все. Вероятно, это имеет огромное значение для твоих братьев. Они готовы рисковать головой, чтобы заполучить эти земли и титул. И мой брат тоже способен был за это перегрызть глотку любому. А я из другого теста. Разве ты еще не привыкла к тому, что я – настоящий тюфяк. – Он улыбнулся, глядя на нее сверху вниз. – Все, что нужно мне – это маленький уютный домик, в котором бы хозяйничала моя любимая и любящая жена. Больше я ничего не хочу от этой жизни. Впрочем, еще мне не помешали бы несколько сыновей, которых я мог бы учить скакать верхом и охотиться, и несколько дочерей, которые пели бы мне песни, когда я стану старым и дряхлым и мне самому будет уже не до пения. А еще я бы желал прожить долгую жизнь, чтобы успеть напоследок увидеть своих внуков. Вот и все.
Зарид смотрела на нею, и чутье подсказывало ей, что Тирль не шутит. Он действительно не хотел ввязываться в эту грязную игру, не хотел жить в обстановке постоянного страха и ненависти, не хотел участвовать в кровавых семейных распрях. И тут Зарид внезапно осознала, что ей самой это глубоко противно. Ей хотелось бежать отсюда сломя голову, бросив на произвол судьбы все эти огромные поместья, лишь бы не пачкать руки об это богатство, которое, как верно заметил Тирль, куплено ценой крови. И напротив, как заманчиво выглядела нарисованная Тирлем картина тихого семейного счастья. Маленький домик, она и любимый муж. То время, которое они когда-то провели вместе в таком домике, было самым счастливым в ее жизни. Как это чудесно – жить на белом свете, не подвергаясь ежесекундно смертельному риску, заботясь только о том, чтобы вовремя полить цветы в саду или убаюкать ночью расплакавшегося младенца.
Она думала о Тирле, об их доме, о детях, которых им предстоит вырастить: о девочках, которых не будет нужды рядить в мужскую одежду, чтобы сохранить им жизнь, и о мальчиках, которые не сложат головы в какой-нибудь битве прежде, чем достигнут совершеннолетия.
– Я согласна с тобой, – наконец сказала она и быстро вытащила первый огромны? том из выемки в стене Затаив дыхание, она наблюдала, как Тирль открыл ею и осторожно начат переворачивать ветхие страницы. Он внимательно изучал каждую запись, пока, наконец, не остановился. Кажется, он нашел, что искал, но Зарид все же ждала его подтверждения.
– Твой брат Роган – герцог, – мягко произнес Тирль, поднимая на нее глаза.
Она почувствовала, что к ней возвращается способность нормально дышать, и улыбнулась ему.
– Значит, мы уезжаем?
На его губах тоже заиграла улыбка. На земле не много найдется женщин, способных из любви к мужчине пожертвовать титулом герцогини. Он обвил Зарид руками и крепко прижал к себе.
Глядя поверх его плеча, Зарид увидела призрак бабушки, гоже нежно улыбающийся ей.
Женщина казалась очень довольной всем происходящим. Потом она кивнула Зарид на прощанье и улетучилась.
Тирль отступил на шаг, крепко сжимая руки Зарид.
– Уезжаем, и как можно быстрее. А там, не откладывая дела в долгий ящик, займемся нашим будущим потомством.
Зарид радостно рассмеялась, и они рука об руку вышли из комнаты.
Джуд ДЕВЕРО
УКРОЩЕНИЕ
Глава 1
Англия. 1445 год
– Ваша дочь должна уехать, или уеду я! – сурово заявила Элен Невилл, упершись руками в бока и глядя сверху вниз на своего супруга Джилберта Он сидел, откинувшись, на мягкой кушетке у окна; солнечные лучи рассеивались сквозь деревянные ставни, выкрашенные в синий цвет. Джилберт чесал за ухом свою любимую борзую, время от времени отправляя в рот кусочки нежнейшего жареного мяса.
Как обычно, он и не подумал отвечать на слова жены, и она гневно стиснула кулаки.
Муж был на двенадцать лет старше, более ленивого человека ей никогда не приходилось встречать. Несмотря на то, что большую часть времени Джилберт проводил в седле, во весь опор несясь за охотничьим ястребом, брюхо у него было огромное и с каждым днем становилось все больше. Разумеется, Элен вышла замуж за Джилберта Невилла исключительно ради его богатства – золотой посуды, бескрайних земельных угодий, восьми замков (два из них она до сих пор так еще и не видела), конских табунов, многочисленных рыцарей, а также чудесных нарядов, которыми новый супруг мог обеспечить Элен и ее двоих детей от предыдущего брака. Стоило ей прочитать перечень имущества Джилберта, и она не задумываясь дала согласие на этот брак, даже не удосужившись взглянуть на жениха.
И вот миновал год после свадьбы. Элен спрашивала себя, почему с самого начала ей не пришло в голову поинтересоваться, кто управляет поместьями Джилберта? Ведь не сам же этот увалень! Элен знала, что у графа всего один законный ребенок – бледная, застенчивого вида девушка, не перемолвившаяся с Элен ни единым словом вплоть до самой свадьбы. Поначалу Элен думала, что владениями Джилберта управляет кто-нибудь из его бастардов. Прошло совсем немного времени после бракосочетания, и Элен убедилась, что новый супруг бесконечно ленив как в постели, так и за ее пределами, а заодно выяснила, кто заправляет делами в феоде.
Лиана! Новоиспеченная графиня не желала и слышать это имя. Вежливенькая, скромненькая девица, дочь Джилберта, оказалась сущим дьяволом. Как и ее покойная мамаша. Лиана лично вела все дела. Она сидела в кресле отца, когда крестьяне выплачивали годовой оброк. Верхом скакала по окрестностям, следила за пастбищами, приказывала чинить обветшавшие крыши. Именно она решала, когда пора переезжать в следующий замок; это происходило после того, как запасы продовольствия в округе оскудевали, а в замке накапливалось слишком много грязи. Три раза за минувший год они перебирались с места на место, и Элен узнавала о переезде лишь тогда, когда горничная начинала упаковывать ее вещи.
