Пит нажал на клаксон. Три коротких гудка и один длинный. Это заставит Энни выскочить на крыльцо. Над дверью висел венок с вплетенными в него широкими красными лентами — мать Пита завязывала такие на коробках с подарками к Рождеству или на день рождения. Он вытащил из багажника сумку с подарками для Энни и два чемодана со своими вещами. Интересно, получил ли Лео подарки, которые он послал ему экспресс-почтой из Монтаны? Почему же не выходит Энни?
Пит толкнул дверь, но она оказалась запертой. Он поставил сумку и чемоданы на крыльцо и достал из-под коврика ключ. Может быть, Энни спит? Он осмотрелся, но нигде не увидел ее машины. Наверное, она в гараже. Гаражи для этого и существуют. Пит открыл дверь и наступил на упавший на пол конверт, не заметив его.
— Я дома, — закричал он. — Где же вино и приветственные объятия? Энни!
Боже мой, тот ли это дом, который он оставил в сентябре? Пит ногой закрыл за собой дверь. Куртка упала на пол.
Он увидел рождественскую елку и с удовольствием вдохнул аромат хвои. Под елкой лежали три свертка, перевязанных бархатными лентами. Он повернулся на пятках, чтобы рассмотреть все получше. Потрясающе!
На огромном диване, обитом темно-зеленой буклированной тканью в узкую бежевую полоску, спокойно могло уместиться шесть человек. Изящные стулья с мягкими бежевыми сидениями стояли на великолепном толстом ковре, на два тона светлее мебели. Портьеры выглядели так, словно их сшили из джутовых мешков, но ткань была очень красивой и качественной.
Все его личные вещи заботливые руки расставили и разложили по местам, на которые он и сам бы их определил. В камине лежали дрова, которые оставалось только зажечь. Подняв глаза, Пит увидел над камином фотографию в красной рамке и едва не расплакался. Много лет назад фотограф запечатлел на снимке всю их семью: папу, маму и Пита с новой доской для серфинга в руках.
— Энни! — снова крикнул он, с трудом оторвав взгляд от снимка. — Энни! Ради Бога, ответь мне!
Может, она принимает ванну?
Войдя в кухню, Пит на мгновение зажмурился. Он словно вернулся в детство, в уютную мамину кухню в их старом доме. Пит выскочил за дверь и бросился вверх по винтовой лестнице.
Он открывал двери одну за другой, мимоходом любуясь превосходным оформлением комнат, и без труда узнал свою спальню по широкой кровати с пологом. У него была похожая раньше.
На тумбочке у кровати стояла его любимая фотография, где они были сняты вместе с Мэдди. Между двумя креслами возвышался торшер от Тиффани. Над камином висела еще одна фотография: отец держит в руках огромную рыбу, пойманную им, рядом радостно улыбается мама.
— Энни!
Проклятье! Где же она?
Пит сходил в гараж, но он оказался пуст.
Она уехала? Но почему, ведь они собирались провести Рождество вдвоем! Хотя, с чего он так решил? Разве он ее пригласил? Разве предлагал вместе отметить праздники?
Пит вздохнул и вернулся в кухню. В холодильнике лежали продукты, в верхнем отделении — замороженная жареная индейка, тушеное мясо, что-то еще. Неужели ему придется есть все это одному? Пит ударил рукой по столу, заметил на нем палку с документами на дом и сбросил ее со стола.
Тупая боль в груди немного утихла, когда он подумал о «Волшебной сказке». Наверное, Энни задержали дела в магазине, и она приедет немного позже. Испытывая легкое головокружение, он набрал номер своей старой квартиры. Ответил автоответчик:
— Добро пожаловать домой, Пит. Счастливого Рождества. Надеюсь, ты остался доволен моей работой. Не забывай каждое утро поливать елку. Мэдди, на тот случай, если ты позвонишь, оставляю тебе новый телефон Пита — 303-555-4632…
Пит не удержался и заплакал, чувствуя, что потерял нечто, изначально принадлежащее ему по праву. Его душа разрывалась на части. Немного успокоившись, он вытер лицо бумажным полотенцем.
Стоило ему мысленно повторить имя Мэдди или Энни, как слезы снова наворачивались на глаза. Барни, вот кто смог бы утешить его сейчас.
Пит позвонил дяде, и тот почти сразу снял трубку.
— Лео, это Пит. Счастливого Рождества. Послушайте, я знаю, что уже поздно, но, может быть, вы приедете сюда, если у вас нет никаких важных дел? Мне не хочется оставаться одному. Я все объясню. Прошу вас, приезжайте. Простите за то, что не пригласил вас раньше.
— Все нормально. Я уже еду, сынок.
Совсем обессиленный, Пит рухнул на стул в кухне и уставился на телефон, надеясь, что тот зазвонит. Тишина. Он покопался в буфете и нашел в одном из ящиков телефонный справочник. Его неожиданно осенило, что Энни надо искать в какой-то из церквей, где идет ночная служба. Позвонив по нескольким номерам, он положил справочник на стол и посмотрел в окно.
Итак, скоро к нему в гости приедет Лео. Надо позаботиться о рождественском обеде, отнести свои вещи наверх и положить под елку подарки для Энни. Подарки, которые Пит на всякий случай купил для Мэдди, надо было положить в стенной шкаф. Подарок Лео он вручит на следующий день после Рождества. Пит вернулся к входной двери за сумкой и только сейчас заметил на полу письмо. Гадая, кто бы его мог оставить, он посмотрел на адрес отправителя. Лео Сондерсон. Пит вскрыл длинный красный конверт и нашел внутри поздравительную открытку с изображенным на ней розовощеким ангелом. Сам он не послал открыток ни Лео, ни Энни. Из открытки выпали два авиабилета в Австралию с непроставленной датой вылета. И еще два железнодорожных билета от Мельбурна до Беллз-Бич. Пит вздрогнул и разрыдался. Спустя некоторое время он разложил свои подарки под елкой. Лео наверняка позабавят купленные в Стетсоне длинные красные носки и мягкие тапочки из овечьей шерсти.
— Возьми себя в руки, Соренсон. Сегодня Рождество, и оно будет таким, каким ты его сделаешь.
Черт! Он так надеялся, что проведет это Рождество вместе с Энни. Где она и что сейчас делает? Мэдди… Нет, лучше не думать о Мэдди. Пит вытер рукавом глаза, как делал, когда был маленьким, и включил музыкальный центр. Спустя миг сладкий голос Бинга Кросби поплыл по гостиной.
— Первым делом надо разморозить индейку, приготовить гарнир и поставить в духовку пирог. И… счастливого всем Рождества! — пропел он.
* * *
Такие места, заснеженные, почти сказочные, художники выбирают для того, чтобы рисовать с них рождественские открытки. Ели с ветвями, провисшими под тяжестью шапок из сверкающего снега, испускали острый, кружащий голову аромат хвои. Серебристая луна заставляла снег на горах переливаться всеми цветами радуги.
Дым поднимался из труб домов. Тусклый желтый свет, струящийся из покрытых ледяными узорами окон, делал снег вокруг похожим на лоскутное покрывало.
