через двадцать четыре часа он будет с ними! Иван был на работе, но Лука сказал нам, что спальня Оскара почти готова, а если они все-таки не успеют ее доделать, он может поделиться своей комнатой. Их собака лаяла на заднем плане, как будто в подтверждение ее слов. Дол сказала Оскару, что он пойдет в школу на следующей неделе на последние несколько дней семестра, так как они уходят на рождественские каникулы, что позволит ему привыкнуть и быть готовым к новому семестру.
Оскар застонал, как большинство шестилетних мальчишек, от перспективы нового школьного семестра, а затем спросил:
– Мой социальный работник останется с нами?
– Нет, – ответила Дол. – Эндрю собирается привезти тебя сюда в четверг и останется на ночь и завтрак в четверг вечером. Он собирается посетить нас в пятницу, а потом улетит домой тем вечером. Он вернется для последнего визита на Новый год, и если все будет в порядке, мы его больше не увидим.
– Хорошо. Я не возражаю против того, чтобы больше его не видеть, – сказал Оскар, и Дол улыбнулась.
Дол сказала, что напишет мне сообщение, чтобы подтвердить, что Оскар добрался благополучно, и мы позвоним по скайпу на Рождество и затем будем оставаться на связи. Я поблагодарила ее и сказала, что если ей понадобится какая-нибудь помощь в том, что касается Оскара, то она может позвонить мне. Я не сомневаюсь в ее способности быть родителем Оскару, но мне пришло в голову, что она видела его последние несколько лет только на Рождество, так что сейчас я, возможно, знаю его лучше, чем она.
Оскар был очень взволнован после звонка, и ему понадобилось много времени, чтобы успокоиться и заснуть. Он упомянул о своей матери лишь раз с их последнего контакта, только когда говорил, что он увидит ее на Рождество.
На следующее утро, последнее утро Оскара в школе, Лео и другие дети в их классе собрались, чтобы поприветствовать его, как только мы вошли на детскую площадку. Они были рады за него и сказали, что ему повезло полететь на самолете жить в другую страну. Они устроили настоящий кавардак, и я снова подумала об одиноком ребенке, который вначале стоял на этой детской площадке, замкнутом и несчастном, с тайной абьюза за плечами. Когда наступило время начала занятий, я пожелала ему хорошего дня и подождала, пока он войдет внутрь.
Когда он вышел из школы по окончании занятий, он держал в руках самую большую прощальную открытку, которую я когда-либо видела. Ее сделали дети из его класса, и с одной ее стороны была большая фотография их всех, с миссис Уильямс, Элейн Саммер и мисс Джордан. Внутри каждый расписался. Это был милый жест, и я знала, что Оскар будет с любовью хранить ее. Под прощальные крики и пожелания удачи мы покинули игровую площадку, и я помогла Оскару отнести открытку в машину. Оказавшись дома, я поставила ее с другими его прощальными открытками на стол, где я накрыла фуршет.
В приглашениях я указала время вечеринки – с четырех тридцати до шести тридцати, что позволяло приглашенным детям из его класса вернуться домой и переодеться из школьной формы. Оскар тоже переоделся в повседневную одежду, и ровно в четыре тридцать зазвонил звонок. Оскар бросился открывать. Это оказался Лео, он пришел первым, со своей матерью и старшим братом. Они подарили Оскару открытку и подарок, и я напомнила ему сказать спасибо. Следующей пришла Паула, вернувшаяся домой из колледжа; Люси и Адриан должны были прийти так скоро, как смогут, после работы. Мисс Джордан, миссис Уильямс и Элейн Саммер появились вместе, в сопровождении группки из шести детей, с которыми Оскар подружился, и их матерей. Я не могла пригласить весь класс, так что Оскар выбрал самых близких друзей. Все принесли открытки и подарки. «Это как Рождество!» – заявил Оскар взволнованно.
Люси и Адриан пришли сразу после пяти, быстро переоделись и присоединились внизу к фуршету и напиткам. Паула и я организовали несколько игр и удостоверились, что все дети выиграли по небольшому призу. Эндрю заглянул в последние полчаса, но Эдит не было. Я предположила, что, должно быть, что-то случилось, но Оскар не заметил ее отсутствия. Я была тронута тем, что так много людей пришли к Оскару пожелать всего наилучшего. Он был так счастлив; даже если это было время прощаться, его настроение оставалось хорошим. Но я подумала, что это может быть совсем по-другому на следующее утро, когда дом будет тихим, и в нем будем только он и я, и мы станем прощаться. Тогда это обрушится на нас обоих.
Глава двадцать девять
Неожиданные новости
Адриан, Люси и Паула попрощались с Оскаром на следующее утро, уходя. Они знали, что важно оставаться оживленными и оптимистичными, несмотря на то что их могли обуревать сложные чувства. Адриан дал Оскару большую пятерню, прощаясь, и сказал, что Кирсти тоже передает свои наилучшие пожелания. Паула натянула храбрую улыбку, обняв Оскара на прощание, но Люси так сильно побледнела, что я спросила ее, хорошо ли она себя чувствует.
– Не очень, – сказала она и ушла на работу, ничего больше не сказав.
Я предположила, что это из-за того, что она должна была попрощаться с Оскаром. Когда дети уезжали, это часто сильно на нее влияло, так как она знала, что это такое, – быть вынужденной уезжать оттуда, где ты был под опекой, ведь с ней было то же самое, прежде чем она стала жить со мной.
К девяти пятнадцати в доме остались только Оскар и я с Сэмми, спящим на радиаторе в гостиной. Дом был тихим и казался погрустневшим. Оскар позавтракал, но съел не слишком много и спросил, может ли он посмотреть телевизор. Я подумала, что это хорошая идея, так что после того как почистил зубы, он сел смотреть детскую программу, пока я убирала последние его вещи. Я собрала внизу все чемоданы и выстроила их в холле, затем проверила дом на предмет каких-либо посторонних предметов и присоединилась к Оскару в гостиной. Сев на диван, я взяла его за руку. На нем были часы, которые мы купили ему в качестве прощального подарка.
– Мне было очень приятно заботиться о тебе, – сказала я. – Мы все будем скучать по тебе, но я знаю, что ты будешь счастлив со своей семьей. Ты хороший мальчик.
Он не ответил, но придвинулся ближе, положив голову мне на плечо. Иногда тишина и небольшой жест могут быть красноречивее
