что ему нужно, и нажимает другую кнопку.
Все экраны сливаются в одно огромное изображение: на шоссе в Лос-Анджелесе произошла авария с участием нескольких автомобилей. Три черных внедорожника лежат на боку и объяты пламенем. Еще несколько машин разбросаны вокруг них, они развернуты в противоположную сторону или лежат на крыше. Движение на многие километры по обеим сторонам шоссе в обоих направлениях остановлено.
Сёрен нажимает другую кнопку, и мрачный голос репортера наполняет комнату.
— Три автомобиля, в которых находились сотрудники полиции и генеральный директор Outlier Pictures Миранда Лоусон, попали в серьезную аварию на трассе I-10. Как вы можете видеть, транспортные средства охвачены пламенем. Никто не выжил. Бригады экстренных служб уже в пути — если бы вы могли отъехать, камера четыре, вот так — мы видим на обочине вереницу пожарных машин и машин скорой помощи, которые медленно продвигаются сквозь поток.
Изображение переходит к двум репортерам за столом в студии новостей, небольшая вставка прямой видеотрансляции в верхнем углу экрана. Пока они продолжают обсуждать аварию, Сёрен отключает звук.
Без тени сожаления он говорит: — К сожалению, Миранда себя исчерпала.
Он убил Миранду. Использовал ее, чтобы добраться до меня, а потом прикончил, как будто она была не более чем надоедливым насекомым.
Тогда я думаю, — Женщина на видео Bank of America. Женщина, которая открыла счет на мое имя… Боже мой, это была Миранда? Насколько давними были их отношения?
— Только посмотри, как всё закручивается! — весело говорит Сёрен. — Но что действительно вскружит тебе голову, так это то, как много я знаю о твоем новом друге Конноре Хьюзе. — Его голос становится жестче. — И о том, что он чувствует к тебе. Дорогая сестра.
Имя Коннора, произнесенное Сёреном, выводит меня из ступора и вызывает прилив чистой ярости.
— Если ты причинишь ему вред…
— Больше никаких угроз, — прерывает он. — Суть вот в чем, Табита. Теперь ты моя. Моя. Я долго ждал, когда наша семья снова будет вместе, и ничто нас больше не разлучит. В том числе и ты. Мы вдвоем начнем здесь новую жизнь, и ты забудешь о своих старых друзьях. Если попытаешься сбежать, я убью их всех. Если попытаешься причинить мне боль, я убью их всех. В общем, если ты сделаешь что-то, что мне не понравится, я убью их всех.
Он дает время осмыслить сказанное. Затем, понизив голос на октаву, говорит: — Но, если ты будешь хорошей, я подарю тебе весь мир. Это всё, чего я когда-либо по-настоящему хотел.
Последовавшая за этим тишина была ужасна. Я томилась в ней, а мои мысли неслись со скоростью света.
— У меня есть вопросы, — говорю я.
Сёрен выглядит заинтригованным.
— Продолжай.
— Сначала отпусти охрану.
Когда его взгляд становится кислым, я говорю: — Я никогда не буду чувствовать себя комфортно, пока рядом люди с пистолетами, направленными мне в спину. Ты рассказал мне о последствиях, если я буду плохо себя вести, и я тебе верю. Если хочешь, чтобы мы были семьей, ты можешь начать относиться ко мне как к члену семьи. Отпусти охрану.
Его выражение лица невозможно прочесть. Мгновение он смотрит на меня, постукивая одним пальцем по подлокотнику кресла в ритме стаккато. Затем он отмахивается рукой, и его охранники уходят. Я жду, пока со стороны лестницы не стихнет глухой стук их сапог, и только потом снова заговариваю.
— Место, в котором я очнулась.
— Это наша комната.
Я заставляю себя не реагировать на подтекст этих двух слов и решаю сменить тему.
— Я знаю, как ты любишь игры и манипуляции, и знаю, что тебе было забавно наблюдать, как я играю тебе на руку. Только вот не понимаю, почему именно сейчас?
Сёрен склоняет голову, царственным кивком показывая, что одобряет этот вопрос.
— На поиски этого места ушли годы. На подготовку ушло еще больше лет. И за это время я довел до совершенства наш маленький проект, о котором мы мечтали в колледже. То, что, по словам всех экспертов, никогда не осуществится при нашей жизни.
Меня пробирает дрожь от страха. Увидев выражение моего лица, он снова кивает. Затем бросает взгляд на стеклянную стену справа от меня, за которой стоят ряды белых серверных стоек.
Ужас и восхищение смешиваются во мне, создавая почти непреодолимое желание подбежать к серверам и провести руками по их гладким бокам. Я шепчу: — Квантовый компьютер?
— В сто миллионов раз быстрее обычного домашнего компьютера, в три тысячи шестьсот раз быстрее самого быстрого суперкомпьютера в мире, построенного на кристалле легированного алмаза, который легко масштабируется и функционирует при комнатной температуре.
В его тоне слышится гордость. Хотя мне больно это признавать, но она заслуженная.
Квантовый компьютер настолько сложен, алгоритмы настолько совершенны, что машина действительно может думать сама. И не только думать.
А еще и учиться.
— Да, — говорит Сёрен, наблюдая за тем, как я изумляюсь. — Это революционная технология, которая изменит весь мир, каким мы его знаем. По моим подсчетам, только ее применение в сфере искусственного интеллекта, робототехники, обороны и криптографии принесет более триллиона долларов.
Мой голос дрожит, когда я говорю: — Ты мог бы получить за это Нобелевскую премию.
— Это меня не интересуют.
Я отрываю взгляд от серверов. Сёрен смотрит на меня в ожидании, зная, что я догадаюсь, что на самом деле его интересует.
Кровь отливает от моего лица так быстро, что у меня кружится голова.
— Ты собираешься разнести весь мир на части. Но сначала ты заставишь их заплатить тебе за это.
— Не я. Мы.
— Нет, — говорю я, мой голос становится жестким. — Я не хочу в этом участвовать. Анархия никогда не была моим увлечением. Причинять людям боль никогда не было моим хобби.
Он медленно поднимается, с безупречной грацией. Его глаза зловеще блестят в свете ламп.
— Когда-то ты хотела освободить мир. Теперь мы можем это сделать. Ты и я, вместе. Ради этого я потратил последние десять лет своей жизни. Ради этого мы были рождены, Табита. Это наша судьба.
Борясь с приступом паники, я отступаю на шаг. Сёрен следует за мной.
— Ты же знаешь, что я не такая.
— Я знаю, что за последние несколько лет ты разработала шифр, который позволяет тебе взламывать любые защищенные системы. Я тоже наблюдал за тем, как ты этим занимаешься, играя с властью. Флиртуя с ней. Ты бы не стала этого делать, если бы в глубине души не жаждала этого. Единственная разница между нами — это твое отрицание.
— Ты забыл об убийствах.
Сёрен делает еще один шаг ко мне.
